— Ладно, ладно. Шутю я. Пошёл уже.
Обеспечив материалами будущую жену, сказавшую, что из этой шкуры она пошьёт подарок мужу, Михаил занялся рогами. Кости вылезли, хоть и с трудом — после долгой обработки киянкой и повторного замачивания. Но это только начало. Предстояло изогнуть у каждого рога кончик, чтобы не соскальзывала тетива. Сделать это надо, пока рога ещё разваренные. Снова бросив остывшие заготовки в булькающий таз, мужчина принялся выстругивать деревяшки. Михаил предполагал загнуть рога, действуя палками, как рычагами. Несколько раз примерившись, мастер подхватил горячую заготовку и похромал в мастерскую. Быстро надел обрезок велосипедной камеры на кончик рога, чтобы не повредить его, и зажал в тисках. Вставив деревяшку-рычаг, налёг на неё. Получалось плохо. Не хватало упора. И верстак не стоял на месте. Наконец, решение было найдено. Привязав верёвку к рычагу, Михаил пропустил её за верстаком. Теперь, упираясь в деревяшку и одновременно натягивая верёвку, он и сам не терял равновесие, и верстак, получая два противоположных импульса, стоял на месте. Заодно решение с креплением в конечной точке пришло само собой — просто привязал конец верёвки к раме верстака. Со вторым рогом получилось быстрее. Оставив сооружение сушиться, Михаил вернулся к разделке брёвен.
К приходу огородников Ирина доскоблила шкуру. Даже золой изнутри посыпала, сложив заготовку тут же на столе. Михаил за это время доконал два сосновых бревна, расколов их на осьмушки. Наружный и внутренний слой древесины он хотел просто и незатейливо обрубить топором, а потом поработать рубанком. Но сначала тесовины надо замочить и положить под пресс — выпрямляться. Наверно, стоило изначально брать сырую древесину. Но кто же знал, что ровный по виду ствол закручен спиралью. Хорошо, что немного. Может, градусов на пятнадцать-двадцать. Иначе доморощенный столяр не взялся бы править. Или оставить, как есть? Для прикладов он как раз берёзовый ствол колет. А для копья ещё найдёт. Пока снова из жерди можно сделать. Кстати, надо найти второй обломок древка. На нём драгоценные железные кольца, усиливающие оружие. Про это и спросил, но Андрей отрицательно покачал головой.
— Там сейчас полный кавардак, — пояснил замполит. — Волки, шакалы и медведица дерутся за кости. Такой цирк! Это что-то с чем-то! Шакалы выхватывают кость из кучи, которую отобрала Машка. Наверно, самые вкусные выбирала. Пока она пытается вернуть украденное, шакалы утаскивают уже расколотую ею кость и гордо удаляются с трофеем.
— Именно шакалы?
— Ну, я их так назвал. Похожи на волков, но мельче. Прям как Табаки из мультика.
— Понятно. Придётся ждать, когда эта карусель рассосётся. Жаль, заржавеет железо. Дождей нет, но туман и роса не хуже действуют. То есть, хуже, конечно — для железа. Что ещё в мире происходит?
— Да всё так же. Утром туман, в обед наблюдал за сварой в долине. Хотя… Ты знаешь… Есть один момент. В конце дня сделали перерыв, и я решил ещё раз подняться на скалу. Так вот, на востоке заметил отблеск на горизонте. И небольшое, едва заметное облако в трубу увидел. Хотя, могло показаться.
— Облако? Облако, облако, облако…
Михаил в задумчивости принялся настукивать по столешнице.
— Облако кучевое?
— Да.
— Ага… Ага… Слушай, если это горы… А что ещё, кроме гор? Где ещё здесь можно встретить облако, если сухо и дождя нет?
— Может, над большой водой?
— Большая вода — это море. Море солёное. Это хорошо. И в горах может быть что-то полезное. Та же соль, например. Я только сейчас понял: все стада идут в ту сторону. Обратно почти никого. Там наверняка соль.
— По-моему, слишком далеко получается. Не будут же животные много дней идти из-за соли?
— Ещё как будут! Просто они сделали этот путь своим постоянным маршрутом. Вон в Америке до прибытия белого человека бизоны бегали через весь континент. А насколько далеко облако — сейчас посчитаем.
Михаил начертил на вытоптанной земле дугу. На одном краю поставил короткую чёрточку с цифрой «2». Подумал, и исправил на число «0,002». Соединил вершину отрезка с дугой, продолжил за горизонт, и уже где-то там нарисовал отрезок побольше. Поставил возле него цифру «9», знаки прямого угла, и задумался.
— Ира, помнишь радиус Земли?
Та подумала несколько секунд и ответила:
— Шесть с чем-то тысяч километров. Хотя, длина меридиана почти ровно двадцать тысяч. Там пара километров сверху, если точно. Сейчас посчитаю. Считать?
— Считай. А кучевые облака на какой высоте?
— Про облака не помню… — Девушка огорчилась, что не смогла помочь.
— Я помню, — ответила Ольга. — В дождь — очень низко. От полукилометра. А в сухую погоду — несколько километров. Три, иногда четыре или выше. До четырёх с половиной.
— Sehr gut!
Михаил стёр девятку и пририсовал четвёрку, потом добавил запятую и пятёрку.
— Получается раза в два ближе. Не Гималаи же на той стороне!
— А если Гималаи? — Подколол Андрей.
— А Гималаи мы бы уже давно увидели. Там облака на середине высоты гуляют. Всё! Не мешайте мне вычислять.
Вскоре всё свободное место в центре уже заняли формулы. А когда к нему присоединилась Ирина, вычисляя радиус Земли, Ольга с Андреем вынуждены стали далеко обходить эту писанину.