— Теперь поздно, придётся терпеть.
Он полностью расшнуровал обувь и медленно потянул за пятку, придерживая, чтобы пальцы остались в том же положении. Кроссовок и короткий носочек улетели под стол, а парочка уставилась на опухший и побагровевший палец.
— Что могу сказать. Пациент определённо жив.
– *ля! Можно без шуточек?! Больно ведь… Извини…
— Да ладно. Знаешь, где больше матерятся?
— Где?
— В бухгалтерии, конечно. Женщины не стесняются женщин. А вот мужики чаще себя останавливают.
— Да ладно! Соврал ведь про бухгалтерию. Уй!
— Не совсем. Так, хватит рассуждать. Надо сначала снять опухоль и боль. Хорошо, что ты воды принесла. Давай, ногу сувай.
Когда конечность погрузилась в ледяную воду, Михаил вернулся к прерванному занятию.
— И что, ты так и будешь спокойно заниматься шкурой, когда я раненная сижу?
— А что изменится, если я буду или не буду скоблить? Тебе всё равно надо охладить ушиб.
— Ну-у-у, — Ирина закатила глаза. — А посопереживать?
— Так я же псих.
— Точно… Блин, удобно. Ведёшь себя, как хочешь, а если что — я псих. Надо так же попробовать.
— Этого надо с детства добиваться. Чуть что — лезть в драку, кусаться, царапаться. Чтобы все отстали от тебя — чего с психа возьмёшь?
— И что? Ты так делал?
— Нет, конечно. Это так — фантазии на тему.
— Да ну тебя! Опять шутишь. Лучше скажи. Ты говорил, что пока рано. А когда не рано?
— Вот когда Ольга скажет, тогда и не рано. У неё есть план.
— Что ты заладил: Ольга, Ольга! Ты что — не мужик?
— Не-а… — Беззаботно мотнул головой Михаил.
— Чего?
Ирина не поверила, а Михаил продолжил:
— Мужики в поле пашут. А я считаю себя мужчиной, мужем. А насчёт ситуации… Старую присказку знаешь? Муж — голова, а жена — шея. Куда шея повернётся, туда и голова смотрит. Народная мудрость, однако!
В своей привычной шуточной манере он поднял указательный палец.
— То есть, вы с Ольгой решили заморить меня, пока я не разлюблю тебя? Так вот — я не разлюблю! Я упрямая!
— Это хорошо, что упрямая. Я и сам упрямый. Все люди упрямые. Иначе человечество не выжило бы. А бесхребетные, пацифисты и толерасты появились только в последнее время.
— А при чём здесь толерантность?
— Как слово переводится? Помнишь?