"Проект Земля" критическая ошибка.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

До кипятка воду нагреть не удалось – огонь от такого топлива был хоть и хорошо заметным, но не столь энергичным, что несколько дискредитировало бытовые отходы как энергоресурс. Правильно, стало быть, многие страны скептически относятся к получению электроэнергии путём сжигания мусора – грязи куча, которую фильтровать заколупаешся, а толку шиш. Так, а это ещё откуда всплыло в моей голове? Нет, не стоит отвлекаться на досужие домыслы в такой ответственный момент, да и зарабатывать мигрень накануне такого приятного вечерка тоже.

Залив горячей водой бумажный стаканчик с подозрительно серыми хлопьями, с проглядывающими оранжевыми и коричневыми вкраплениями, я закрыл его крышкой, и приготовился ждать положенные 3 минуты. Желудок наигрывал на бонзах что-то воодушевляющее, меж делом точа ножи и вилки

, Мозг поощрял его в этом, впрочем, как и другие внутренние органы, всевозможными гормонами, нейромедиаторами, и прочими секрециями да кислотами; в воздухе растекалось что-то вкусное и аппетитное.

Пока шли внешние и внутренние приготовления, я, решив занять чем-то паузу, пока ещё слюной не захлебнулся, достал ППК, глянул на экран – кнопка с личными данными вновь посинела. Снова изменилась строка коэффициента эффективности – теперь она составляла 0,6. Стало быть, сегодняшний визит к сборному пункту, Зиновию больше пришёлся по душе, если, конечно, он лично проставляет эти цифры, что навряд ли – замучаешься каждому коэффициенты проставлять… Или, быть может, это только у новичков? Так сказать, предварительная оценка? Надо будет уточнить этот вопрос у желтизны, или у других сборщиков, среди них, как оказывается, тоже нормальные люди попадаются.

Три минуты истекло, и вот – тадам! Крышка демонтирована со стакана.

Это была картошка, и в ней явно присутствовали некие специи. Насчёт специй уверен, а вот насчёт картофана не совсем… Ну да и пёс с ней – в данный момент я готов стать самым горячим и яростным сторонником ГМО, пестицидов, и роботизированного сельского хозяйства, лишь бы мне никто не мешал насыщать организм белками, жирами и углеводами, питая измождённые мышцы витаминами, а усталый мозг, сырьём для синтеза так им обожаемой глюкозы… Вот только моей готовности встать на сторону алчных агрокорпораций, не думающих о будущим планеты,, производя продукты не естественным для природы способом, кажется, не хватило…

Из тьмы, в резко очерченную костром область света, вступила тройка силуэтов.

- Приятного аппетита, - осклабился Бакен, отсвечивая клочьями своей особенно рыжей, в свете костра, бороды, остановившись в паре тройке шагов от меня.

Его сподручные, не став дожидаться особого распоряжения своего предводителя, начали расходиться по сторонам, оказываясь у меня за спиной.

- Спасибо, - неизменно вежливо ответил я. Люблю вежливость, знаете ли…

- А мы тут мимо проходили, дай, думаем, заглянем на огонёк, - хохотнул Бакен, углядевший, видимо, в своих словах каламбур.

- Эх, а мне вас и угостить-то нечем, - посетовал я, продолжая жевать картошку.

Посетовал я вполне искренне, а не только потому что решил поддержать добродушный тон, ведь по всему выходило, что я и впрямь не успею угостить Бакена своей арматурой…. Извлечь я её, быть может, и успею, но подняться на ноги и перепрыгнуть через костёр, находящийся между нами, уже вряд ли… Не стоит также о его приятелях забывать, они, если судить по звукам, находятся на таком же расстоянии позади, и в руках у них материализовалось какое-то дубьё.

- Ну почему же нечем? – деланно удивился Бакен, бросив взгляд на алюминиевый лом, лежащий у входа в нору, рефлекторно погладив обмотанную изолентой рукоять отрезка металлической трубы, висящей на поясе, – Не царские хоромы у тебя тут, конечно, но и излишне прибеднятся тоже не стоит. Я гость скромный, мне угодить дело не хитрое.

Позиция у меня неудобная… сидячие положение, в руках стаканчик с наверняка геномодифицированной, но всё же не смертоубийственной картошкой… И чего они по раньше не подошли? А ещё лучше – попозже! А может специально из темноты следили, дожидаясь момента когда руки будут заняты. Даже сейчас, если бы хотя бы костерок не был бы заставлен кирпичами, одновременно выполнявшими функции держателей фляжки с водой над огнём, и теплоносителя, для последующего обогрева норы, то можно было бы попытаться вскочить, пнув горящие угли Бакену в район криво постриженной физиономией – с такой порослью хватило бы и пары угольков, дабы заставить отвлечься от рейдерских планов, правда и самому пришлось бы, возможно, быстро снимать обувь с правой ноги, спасая конечность от попавших внутрь углей, но увы, кирпичи стояли там куда я их установил. Да и что делать с оставшимися двумя прихлебателями? Эх…

Отдать им собранные ресурсы, за которыми они скорее всего и явились? Жаба такого не простит – всю жизнь потом тыкать будет… Но помимо проблем с земноводными, с которыми ещё можно выстроить какой-никакой конструктивный диалог, была и другая проблема – получив с меня так просто металл, эта тройка сборщиков, с низкой моральной ответственностью, уже вряд ли сможет отказаться от дальнейшего рецидива – придётся стать их дойной коровой, проще говоря, а ни я, ни жаба, ни являемся по природе своей парнокопытными, и тут уж ничего не попишешь… Впрочем, может не всё потеряно?

- Ну так что будем делать, хлебосольный хозяин? – перешёл к делу Бакен.

- Ну раз вы так настаиваете… - отвечаю я, обернувшись назад и оглядев замерших позади соратников рыжего, - то тогда ладно…

Бакен ещё раз осклабился, делая шаг вперёд и начиная говорить что-то вроде: «Ну вот и молодец, хороший мальчик», когда я резко поднялся на ноги, отбрасывая стаканчик в сторону, и поддевая ступнёй стоявший возле самого огня кирпич.

На какой-то момент время словно замедлилось, я увидел как он, оставляя позади себя шлейф из золы и искр, летит в голову Бакена, но тот, успевает слегка пригнутся, и хорошо разогретый строительный элемент проносится в сантиметрах над причёской любителя лёгкой наживы. Я даже не успел как следует огорчится такому безуспешному исхода каменного пенальти, как фляжка, с не менее хорошо прогретой водой, увлечённая кирпичом, но получившая несколько меньший кинетический импульс, врезается прямо в рыжую поросль.

Увы, любоваться итогами попадания специфического снаряда некогда: я сразу же разворачиваюсь на 180 градусов, не хочется оставлять прихлебателей без присмотра, и не зря – один из них успел приблизится почти вплотную, и его дубина уже опускается мне в район головы.

Ни уклониться, ни уж тем более как-то контратаковать я не успеваю, всё что получается – на одних инстинктах выставить правую руку, защищая голову, лишь стараясь подставить лучезапястную кость так, чтобы удар пришёлся не по прямой, а по касательной, но и без того понимая что ей всё одно хана – обладатель дубины сил для удара не пожалел.

Удар был такой силы, что собственная рука съездила мне по скуле, и я начал падать назад. На несколько мгновении сознание вышибло из головы, и я на одних рефлексах оттолкнулся от земли, дабы попытаться перелететь через костёр.

Перекувыркнувшись через спину, я более-менее пришёл в себя: правая рука висела бесчувственной плетью, правая сторона лица саднила, а уши терзала боль от оравшего на всю округу Бакена – от его лица, груди и живота исходил густой пар вперемешку с матюгами.

На ноги я подняться успел, но это было не надолго – парочка с дубьём не стала отказываться от прежних намерений. От нового удара дубины я смог уклониться, но второй противник успел поставить подножку, от чего я таки снова упал. Ещё один удар дубины, и вновь перекатом я от неё ухожу, приятно всё же чувствовать себя быстрее противника, но вот удар поддых, словно шелудивому кабыздоху, я принимаю полноценно – дыхание вышибает капитально.

- Гасите его! – злобно прорычал Бакен, видать не понравился ему мой чаёк… ну да я и сам знаю, что без заварки это всё ерунда.

Ещё от пары ударов я успел уклониться, один пропустить вскользь, но на ноги мне подняться так и не дали, а очередной, особо удачный, правда не для меня, удар, пробил прямо в голову. Тьма…

Глава 6 - интермедия

Как известно, генералам противопоказано передвигаться бегом, ибо в мирное время, вид бегущего генерала вызывает смех, а в военное – панику. Генерал Семчев был об этом прекрасно осведомлён, а потому вряд ли он смог бы так просто вспомнить, кому в последний раз удавалось заставить его таким заниматься. Этого не удавалось сделать даже журналистам, в последние годы оборзевшим до такой степени,, что даже пытаются освещать ход выполнения сдачи нормативов по физической подготовки высшего офицерского состава. Но Семчев тоже не лаптем щи хлебать приучен, а потому успешно избегал публичного освещения таких мероприятий со своим участием, для чего иногда приходилось идти на устроение почти фиктивных экзаменов, где экзаменовались в основном только те офицеры, в чьей физподготовке можно было особо не сомневаться. На эти экзамены журналистов приглашали официально, что, безусловно, им льстило, а на каверзные вопросы: «А где же наш светычь и гордость генерал Семчев?», адъютант, специально отряжённый для особого контроля, отвечал в стиле – служба-с… задерживается-с…

Надо сказать, такие усилия со стороны генерала, не только избавляли его от присутствия ехидных журналистских морд, желающих посмотреть как Семчев, с его-то комплекцией, размахивая солидным авторитетом, что не слабо выступал чуть понижи груди, будет доказывать свое соответствие занимаемой должности, а заодно и всей стране показать во всех красках, но также давало и признательность со стороны других штабных офицеров – борзописцам ведь не объяснишь, что они хоть и офицеры удалые, но работа у них в основном сидячая, и страну они защищают не в окопах.