Моргнув от неожиданности, я отпустил свечу:
– Откуда знаешь?
Она указала пальцем на его одежду – стало быть, мы думали об одном и том же. Затем обратила мое внимание на его головной убор:
– Наверняка он с Золотого Пути. Вряд ли из какого-то соседнего королевства. Может, из Зибрата или Тикара? Только странствующие купцы носят такие платки – защищают лицо от пустынных ветров с песком. А вот взгляни на его руки…
Я послушно перевел взгляд. Что это он держит? Маленький кожаный мешочек. Ниша взяла меня за подбородок, заставив посмотреть ниже. От мешочка шел тонкий кожаный шнурок, исчезавший в складках хламиды.
– Похоже, его раньше обворовывали, а может – заранее предупредили о здешних ловчилах. Так поступают только умные и осторожные купцы. Чаще всего подобные люди и наживают богатство. – Она гордо качнулась с носка на пятку. – Коли был бы счастлив, если бы я увела этот кошель.
Я невольно напрягся:
– Может, хватит воровать для Коли?
Ниша взглянула на меня так, будто я сообщил, что небо упало на землю, и, запустив руку в волосы, лениво намотала локон на палец.
– Мне придется этим заниматься всю жизнь. Куда податься? Я ведь тоже Оскверненная. Ничего не поделаешь, Ари. Коли обо мне все-таки заботится.
Она слегка переменила позу. Вроде бы ничего особенного, однако после месяца занятий с Маграбом взгляд у меня был наметан. С тем же успехом Ниша могла сделать сальто.
Девочка слегка напряглась и чуть отстранилась. Ее плечи едва заметно вздрогнули, но она тут же взяла себя в руки, вот только взгляд стал каким-то рассеянным.
Я прекрасно понимал, что лезть с утешениями сейчас не следует – только спугну. Понизив голос, тихонько пробормотал, словно передо мной был настороженный зайчонок:
– Почему бы нам не уйти вместе?
– Куда? – Презрения в ее голосе я не ощутил. Скорее любопытство. – Халим меня в театр не примет. Что я там буду делать?
Она задрала голову, тоскливо разглядывая тускнеющее небо. Наверняка желала оказаться сейчас как можно дальше от Абхара, заняться чем-то другим. Не воровством.
– А если я скажу, что планирую уехать?
Не знаю, с чего вдруг такое сболтнул. Наверное, уже тогда в глубине души догадывался, что мне предстоит. Или, может, просто ляпнул что попало, лишь бы внушить подружке надежду на лучшее будущее.
Порой это единственный выход. Выдать ложь за правду, ведь правда успокоит не каждого. Иногда человеку нужно только зацепиться за что-то приятное.
– Куда собрался? – спросила Ниша, продолжая смотреть на небо, уже окрасившееся оранжево-красными мазками.
Похоже, мой язык решил, что вполне обойдется без меня:
– На север, в Ашрам. Маграб мне много о нем рассказывал. Говорит, любой может найти там прибежище. В Ашраме свои законы, с которыми считаются все королевства империи. Я хочу выучиться на мастера плетения.
– Хм… Это далеко. Очень далеко, Ари, – задумчиво прошептала она.
Шесть сотен миль от Кешума – во всяком случае, так я слышал от Маграба. Еще он заявил, что добрался туда пешком, да и вообще всю жизнь передвигался на своих двоих. Поверить непросто, однако у меня не было ни имущества, ни денег, так что придется повторить его подвиг. Впрочем, с подружкой делиться соображениями я не стал.
– Мы можем об этом подумать, Ниша.
Она улыбнулась, хотя в ее глазах стояла печаль. Не верит… Возможно, жизнь в банде Коли лишила девочку веры. Мне стало невыносимо больно за подругу. Прижать бы ее к себе, утешить… Нет, она не в том настроении. Похоже, потеряла всякую надежду, ищет успокоения в несбыточных мечтах.
Повременив, я пришел к выводу, что просто так из подавленного состояния Ниша не выйдет, придвинулся ближе и замер с ней бок о бок.
Вечер потихоньку превращался в ночь. Близился час кундхул.
Наконец Ниша встряхнула головой, прижалась к моему плечу и, взяв меня за руку, сплела наши пальцы в замок:
– Что-нибудь расскажешь?