Войдя следом, мы сразу увидели невысокую женщину в круглых очках, расставлявшую на пластмассовом поддоне металлические рамки. Перед ней лежала груда сине-красных магнитиков, и валялись несколько медных катушек.
— Мисс Кобер, у полицейских есть к вам несколько вопросов, — сходу заявила директриса, садясь на чёрный коленкоровый стул, стоявший возле входа.
— Да? — с готовностью обернулась лаборантка, воззрившись на нас поверх очков. — Полиция? Но с какой стати?
— Это связано с нашими учениками, — нетерпеливо ответила директриса. — Я вам потом объясню. Сейчас просто ответьте на вопросы.
— Хорошо. Слушаю.
— Когда последний раз пользовались химической посудой для изготовления соляной кислоты? — спросил я.
— Если не ошибаюсь, в начале года.
— А потом?
— Не припоминаю.
— У вас свой ключ от кабинета?
— Да, вот он, — лаборантка продемонстрировала ключ на пластмассовом брелоке.
— Вы его не теряли?
— Нет.
— Я ведь говорила, ключи есть в учительской, — с лёгким раздражением напомнила директриса.
— Да, верно. Что ж, наверное, это пока все вопросы, — я взглянул на Глорию, ожидая подтверждения, и она коротко кивнула. — Спасибо, мисс Кобер.
— Что-нибудь ещё? — спросила директриса, когда мы вышли.
Я открыл было рот, чтобы ответить, что хочу поговорить с учащимися шестого «А», но в этот момент распахнулась дверь кабинета напротив, и из него вышел мистер Нокс. Заметив нас и директрису, он кивнул, а затем стал запускать детей в класс.
Наблюдая за этим, я подумал, что кабинет классного руководителя шестого «А» расположен в непосредственной близи от лаборантских, и тот мог спокойно зайти в одну из них и воспользоваться посудой или позаимствовать соляную кислоту. А пропажу части жидкости замаскировать, например, долив в остаток воду.
— Ну, так что? — нетерпеливо проговорила директриса, выводя меня из задумчивости.
— Можно поговорить с учащимися шестого «А»?
— Не думаю. При этом должен присутствовать представитель полиции из отдела по работе с несовершеннолетними, а также необходимо согласие родителей.
Я вопросительно взглянул на Глорию. Та нехотя кивнула, подтверждая слова директрисы.
— Но я имею в виду неофициальную беседу. В конце концов, вы сами можете задавать вопросы, а мы только поприсутствуем.
— Что вы хотите узнать? — недовольно спросила директриса.
— Как они относятся к Уолтер и Мердок.
— Зачем это?
— Дети тонко чувствуют, если у их товарищей дома проблемы. Учителя могут этого не заметить — они общаются с учениками на уроках и в рамках заданий. Но от одноклассников переживания скрыть нелегко.
— Вы психолог?
— Немного, — соврал я. — Профессия обязывает. Ну, так как?
Директриса задумалась.