– Рад познакомиться, – говорит он и снова поворачивается к Милли. – И… всегда рад видеть вас, мисс Уилсон. – У него черные как смоль волосы, седеющие на висках, хотя видно, что он лет на пятнадцать младше Милли. Когда они стоят рядом, его макушка едва достигает ее ключицы.
– Взаимно, вы же давно доставляете нам товар. Мы в принципе… старые друзья. И вы должны называть меня Милли.
– Милли, – говорит он, на мгновение задержав на ней взгляд, прежде чем повернуться к двери. – До свидания.
– До свидания, Фернандо, – отвечает она, слабо махнув рукой, словно ее правая рука внезапно потеряла семьдесят пять процентов мышечной силы.
– Так-так-так, – поддразниваю я, когда фургон доставки отъезжает. – Кто-то влюбился в парня из FedEx!
– Во всяком случае, не я, – утверждает Милли, как будто выходя из-под власти каких-то чар.
Я улыбаюсь, помогая ей закончить расстановку новых поступлений, и тут вспоминаю последнюю мамину подсказку. Я достаю сумочку и вытаскиваю открытку, чтобы прочитать Милли строчку: «Пускай меня не будет рядом, чтобы вытереть твои слезы, это сделает кто-то другой. Свернись калачиком в бабушкиных мудрых объятиях и слушай, как она говорит: „Тсс“».
Я выжидательно смотрю на Милли.
– Ты хоть представляешь, что это значит?
Ее глаза сверкают.
– Да, представляю, и ты тоже.
– Но я не знаю! Я перечитывала это снова и снова, и… просто не могу вспомнить.
Милли опускается в старое мягкое кресло у окна. Ручки так потерты, что эта дизайнерша интерьера, как ее там, покрылась бы крапивницей.
– Когда ты родилась, я послала твоей маме коробку детских книг – проверенную временем классику. Одну из них, как она мне сказала, ты полюбила чуть ли не с рождения.
Я прикусываю губу, пытаясь извлечь из памяти хоть что-нибудь, что могло бы пролить свет на последнюю подсказку.
– Кролик… Питер?[20] – наконец говорю я.
Милли улыбается.
– Может, дать тебе подсказку?
– Да, пожалуйста.
– Четыре слова. Готова слушать?
Я киваю.
– «В той зеленой комнате…»[21]
Я ахаю, перед глазами у меня мелькают картинки из раннего детства.
– Там был кукольный домик, и воздушный шарик, и… господи, Милли! Бабушка в кресле сказала «Тсс!» – Я качаю головой, вспоминая старую любимую книжку. – «Баю-баюшки, луна!»
– Да. Маргарет Уайз Браун.
Эти строки были действительно запечатлены в моем подсознании, и все же в своем горе мне почему-то до сих пор не удавалось их оттуда извлечь. А сейчас – мне три года, я сижу на коленях у мамы, и мы медленно перелистываем страницы старой книжки со стихами: мышка, кукольный дом, кашка в миске и бабушка, говорящая «Тсс», – набор разрозненных слов и образов, из которых сложилась идеальная картинка, по крайней мере для меня.
Я бегу в отдел детской книги и осматриваю полки, пока не нахожу единственный экземпляр «Баю-баюшки, луна». Перелистываю страницы и… не нахожу ничего.
– Есть успехи? – спрашивает Милли, выглядывая из-за угла.
– Нет, – говорю я, опускаясь в потертое кресло, стоящее справа.
– Знаешь, Валентина, – начинает она. – У твоей мамы была близкая подруга, Мэй Уэзерби. Она живет в трех кварталах отсюда, в угловой квартире на верхнем этаже бледно-голубого дома.
[20] Кролик Питер – персонаж сказок Беатрикс Поттер
[21] Стихотворение М. У. Браун здесь и далее цитируется в переводе М. Бородицкой.