Но даже не это было главной странностью сделанных в овраге находок. Весьма необычным представлялось само местоположение настила. Напомним, что кедр, подле которого оказались найдены тела Юрия Дорошенко и Георгия Кривонищенко, стоял над четвертым притоком Лозьвы на удалении 70–80 м от границы леса на небольшой возвышенности. Это был не холм и не сопка, но превышение над долиной было явственным и весьма крутым — примерно 5–7 метров. По воспоминаниям участников поисковой операции, на лыжах к кедру снизу было никак не подъехать, приходилось идти «лесенкой». Овраг же, в котором находился настил из еловых верхушек, располагался западнее от кедра и имел четкое направление с юга на север. Кратчайшее расстояние между кедром и оврагом не превышало 25 м. А расстояние от кедра до настила из веток составляло примерно 75 м. Если мы вспомним о взаимном расположении покинутой туристами палатки на склоне Холат-Сяхыл и кедра, то нам придется констатировать весьма неожиданный постулат: Золотарев, Колеватов, Тибо-Бриньоль и Дубинина, проведя под деревом некоторое время, двинулись в обратном направлении. Да-да, они фактически пошли в сторону палатки, от которой только что бежали. Правда, в отличие от Игоря Дятлова и Зины Колмогоровой, они вовсе не собирались возвращаться на склон, а всего лишь искали удобное убежище от ветра. Но для этого они пошли на юго-запад.
Эта схема демонстрирует взаимное расположение основных объектов в районе «кедр — овраг». Условные обозначения: 1 — кедр; 2 — место обнаружения разрезанных штанов и свитера на краю оврага; 3 — яма в овраге, в которой были найдены тела четырех без вести пропавших туристов; 4 — настил из веток. Красная стрела «Р» показывает направление на оставленную на склоне Холат-Сяхыл палатку. Расстояния: R1 — расстояние от кедра до границы леса, R2 — кратчайшее расстояние от кедра до оврага, R3 — расстояние от кедра до места обнаружения разрезанных штанов и свитера, R4 — от места, где были брошены разрезанные вещи, до места, где оказались найдены трупы погибших туристов, R5 — расстояние между настилом и местонахождением тел погибших, R6 — расстояние от кедра до настила. Синие штриховые линии показывают места заготовки лапника для настила в районе кедра и непосредственно у оврага.
Почему именно туда? Прежде чем ответить на этот вопрос, подчеркнем, что погибших в овраге туристов объективно следует признать людьми абсолютно адекватными и рассудочными, сохранявшими здравый смысл до последних мгновений жизни, — в этом нас убеждает логика их действий. Мы аргументируем этот посыл ниже и покажем мотивацию членов этой маленькой группы, пока же просто примем к сведению, что никаких безумных или малоосмысленных метаний по лесу, хаотичных действий и взаимного непонимания между ними в последние часы жизни не было. Дубинина, Золотарев, Колеватов и Тибо-Бриньоль вместе искали выход из почти безвыходного положения и действовали согласованно. Именно так! Но почему они пошли к юго-западу? А не на северо-восток, север или восток, ведь, двигаясь в тех направлениях, они бы удалялись от источника опасности, погнавшего их со склона! Более того, кедр, подле которого разожгли и поддерживали огонь Дорошенко и Кривонищенко, находился между двух ручьев-притоков Лозьвы — один из них туристы преодолели, а до второго — не дошли. Если бы четверка Дубинина — Золотарев — Колеватов — Тибо продолжила движение в первоначальном направлении, то через несколько десятков метров она увидела бы другую низинку (овраг) и смогла бы оборудовать укрытие от ветра там.
Но этого не случилось. Вместо ожидаемого движения вперед последовал разворот на 180°. Почему?
Причин может быть несколько. Самая очевидная заключается в том, что, двинувшись в обратном направлении, люди подставили ветру спины. Другими словами, им было комфортнее искать столь нужное убежище в темноте именно в том направлении. Расставшись с Кривонищенко и Дорошенко у кедра, они оказались предоставлены сами себе, и движение в юго-западном направлении было оптимально с точки зрения эргономики, т. е. минимизации затрат сил и энергии. К тому моменту (после спуска с горы) об экономии сил уже приходилось думать всерьез — впереди была ночь, и симптомы грядущих обморожений почувствовал уже каждый.
Сразу оговоримся, что истинного направления ветра в ту ночь в районе кедра не знает сейчас никто. Имеются сведения (от побывавших там туристов), согласно которым в районе перевала Дятлова наблюдаются сильные ветры в направлении «запад — восток», т. е. через Уральские горы в сторону Сибири. Однако и мощные «сквозняки» с Ледовитого океана тоже нередки — именно они определяют суровый климат Западной Сибири. Подсказку об истинном направлении ветра во второй половине дня 1 февраля 1959 г. нам дает ориентация брошенной на склоне палатки, поскольку обычно никто и никогда не ставит палатки входом к ветру. Не ставят и боком, иначе ветер будет заваливать большой «парус». Палатка ставится по ветру, таким образом, чтобы тот задувал в ее заднюю стенку. Зная ориентацию палатки в направлении «север — юг» (задняя стенка — на север, вход — в южном направлении), можно уверенно предположить, что ветер во время ее постановки был северным, северо-западным, северо-восточным. Отсюда следует, что четверо туристов, двинувшись прочь от кедра, повернулись к ветру спиной. Эту гипотезу сейчас невозможно ни доказать, ни опровергнуть, но она выглядит в высшей степени логичной. Ведь наша четверка не просто отправилась на поиски убежища от ветра — она еще поволокла с собою несколько срезанных елок. Какая-никакая, а это была определенная физическая нагрузка, которую любой разумный человек в сложившейся 1 февраля 1959 г. ситуации постарался бы минимизировать.
Если мы посчитаем, что изложенная выше версия о направлении ветра вполне здрава и имеет полное право на существование, то сможем получить в высшей степени неожиданное и очень важное для понимания случившегося следствие. А именно: спускаясь от палатки к кедру, группа Игоря Дятлова все время двигалась против ветра. Даже в лучшем для туристов случае — при ветре с северо-западного направления — им приходилось идти перпендикулярно ветровому потоку, что тоже, согласитесь, крайне некомфортно. Люди предприняли весьма опасный в темное время суток спуск с горы в направлении совсем не оптимальном! Точнее говоря, из всех возможных в той обстановке направлений они выбрали самое неудачное — пошли вниз против ветра… И на это они решились, не имея головных уборов, обуви и перчаток!
Извлечение тел из ручья в овраге. Человек в форме с хорошо различимыми погонами — Ортюков; на фотографии справа мужчина в вязаной шапочке — радист Неволин.
Казалось бы, поверни в другую сторону, ступай к лабазу, и ветер будет дуть в спину! А в лабазе найдется обувь, хотя бы пара ботинок, уже заготовленные дрова, сухари… Так нет же! Дятловцы не пошли к лабазу, они пошли против ветра в неизвестность. И в итоге остановились возле кедра.
И снова уместен вопрос «почему?». Почему так случилось? Ответ может быть только один — грозившая им опасность находилась вовсе не выше палатки по склону, она была с юга, со стороны лабаза. Фактически то, что погнало дятловцев вон из палатки, загородило им отход к лабазу, самим фактом своего присутствия исключив возможность вернуться назад. Другими словами, грозившая им опасность отнюдь не плющила палатку, не топтала ее, не утюжила и не каталась по ней бильярдным шаром. Угроза преграждала отход к югу и при этом выглядела достаточно серьезной для того, чтобы никто из девяти туристов не попытался ею пренебречь. Внизу же, у кедра, этого «фактора страха» уже не существовало, и четверка туристов, озаботившаяся созданием укрытия от ветра, была свободна выбирать дальнейшие действия. Она и сделала оптимальный в той ситуации выбор — отправилась на юго-запад.
Слева: Людмила Дубинина и Николай Тибо. Справа: Семен Золотарев и Александр Колеватов. Фотографии были сделаны перед помещением тел в брезентовые мешки и отправкой на судебно-медицинское исследование.
Так-то…
Вывод фундаментальный и, в принципе, если основываться на описанном нами фактологическом материале, явно преждевременный. Автор понимает, что самые простодушные и наивные читатели в этом месте поспешат расхохотаться и даже покрутят пальцем у виска. Запаситесь терпением, дорогие товарищи, и в свое время мы подойдем к этому же самому выводу совершенно с другой стороны.
Кстати, завершая затянувшийся монолог о странности местоположения настила — к юго-западу от кедра, следует отметить один нюанс. Движение четырех членов группы в направлении обратном первоначальному казалось многим исследователям трагедии 1959 г. абсурдным и лишенным всякого смысла. Дело даже доходило до того, что некоторые участники интернет-обсуждений всерьез задавались вопросом «а не ошибся ли Ортюков с определением сторон света?» и пытались доказать, что истинное положение настила соответствует вовсе не юго-западному направлению от кедра, а юго-восточному и даже северо-восточному. Прямо скажем, довольно лукавое предположение, лишенное притом всяческого основания; Ортюков, разумеется, не ошибался в определении сторон света, да и радист Неволин, участвовавший во всех работах у кедра и в овраге (имеются его фотографии, сделанные во время раскопки настила), обратил бы внимание на ошибочность передаваемого им текста. Ломать голову над несуществующей проблемой незачем — свое убежище четверо туристов действительно оборудовали в овраге именно
Слева: полковник Георгий Ортюков, преподаватель тактики с военной кафедры УПИ, возглавивший розыск группы Дятлова. По воспоминаниям участников поисковой операции, Ортюков буквально изводил их пересказом одного и того же набора солдатских анекдотов и воспоминаний из своего воинского пути. Полковник неоднократно подчеркивал, что являлся личным адъютантом маршала Советского Союза Г. К. Жукова, которого превозносил до небес, как образчик мужественности и полководческой мудрости. В минуты особенно хорошего настроения Ортюков даже рассказывал, как маршал приглашал его ехать с ним в Москву, но полковник отказался, т. к. имел в Свердловске очень хорошую квартиру. По-видимому, Жуков не мог обеспечить своего адъютанта квартирой в Москве. Однако историческими документами факт службы Ортюкова в качестве порученца, шофера, охранника или адъютанта Жукова не подтверждается. Студенты-участники поисковой операции, видимо, знали истинную цену россказням Ортюкова и шутливо называли его за глаза «полковник Отортэн». Справа: радист поисковых групп Егор Неволин. Безусловно, являлся одним из самых информированных участников поисков. Он присутствовал в районе Холат-Сяхыл буквально с первого до последнего дня розысков, шифровал и передавал в Ивдель все радиограммы полковника Ортюкова. Не будет большим преувеличением сказать, что Неволин видел и знал то, что видел и знал начальник поисковой партии.
к юго-западу от кедра. И действовали они при этом в высшей степени логично, здраво и во всех смыслах оправданно.
Вернемся, впрочем, к фабуле повествования. Обнаруженные в овраге тела четырех погибших туристов были полностью промерзшими, однако их извлечение из толщи снега таило угрозу быстрой разморозки и начала гниения плоти.
Чтобы задержать этот процесс, полковник Ортюков распорядился обложить тела еловым лапником и зашить в брезент, что и было проделано, однако тут возникла почти неразрешимая проблема: обслуживающие поисковую группу вертолетчики отказались эвакуировать тела в Ивдель, где предлагалось их анатомирование. Мотивировали свой отказ пилоты просто и непробиваемо — существуют правила транспортировки трупов, так давайте их придерживаться! Летчики желали, чтобы тела погибших поместили в цинковые гробы. Можно понять негодование полковника Ортюкова — в феврале-то те же самые вертолетчики без лишних словопрений перевезли тела туристов, зашитые в брезент, просто уложив их в грузовом отсеке! В мае, однако, они этого делать не стали. Дело дошло до скандала, Ортюков даже жаловался на взбунтовавшихся пилотов штабу поисковой операции. В конце концов цинковые гробы были заказаны и доставлены…
История с цинковыми гробами и упрямыми вертолетчиками упомянута здесь не случайно. Запомним ее, поскольку она питает один из самых устойчивых мифов, связанных с погибшими в 1959 г. туристами. В свое время нам еще придется вспомнить и о принципиальных вертолетчиках, и о неожиданном требовании поместить найденные в овраге тела в цинковые гробы.
ГЛАВА 12 СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ТЕЛ ТУРИСТОВ, НАЙДЕННЫХ В ОВРАГЕ
9 мая 1959 г. судмедэксперт Возрожденный произвел вскрытие и исследование тел последних четырех членов погибшей группы Игоря Дятлова. Работа эта проводилась в помещении морга Ивдельской ИТК, того же самого, где двумя месяцами ранее осуществлялось судебно-медицинское исследование трупов других участников похода. Только на этот раз в составленных актах экспертиз не упоминаются понятые, а роль второго эксперта сыграла уже знакомая нам Е. Чуркина. Данное обстоятельство чрезвычайно любопытно в силу двух причин: во-первых, Генриетта Елисеевна не являлась судебным медиком и не могла давать экспертные заключения по вопросам, связанным с судебной медициной, а во-вторых, она вообще не подписала документы, составленные Борисом Возрожденным. Обратим внимание на этот казус — это только одна из многих странностей, связанных с рассматриваемыми экспертизами.
Судмедэксперт Борис Алексеевич Возрожденный обнаружил и описал следующее состояние тел погибших, а также их одежды:
1. Людмила Александровна Дубинина была облачена в серовато-коричневый поношенный свитер, под ним бежевый шерстяной свитер, под которым, в свою очередь, клетчатая ковбойка с застегнутыми рукавами. Упоминание о застегнутых рукавах тем более странно, что о состоянии карманов рубашки и пуговиц, застегивающих ее, эксперт не упомянул ни единым словом. Очень странная забывчивость, особенно если принять во внимание, что прежде Возрожденный не забывал фиксировать «застегнутость-расстегнутость» одежды и карманов. Более того, подобного рода фиксирование состояния одежды являлось прямым требованием нормативных документов, регламентировавших порядок осуществления судебно-медицинской экспертизы (о нормативной базе того времени и ее соблюдении судмедэкспертом Борисом Алексеевичем Возрожденным мы поговорим вскоре особо — эта тема таит столько чудных открытий, что ее не следует комкать кратким упоминанием). Наконец, под ковбойкой находился белый хлопчатобумажный бюстгальтер, застегнутый на 3 пуговицы (тут наш судмедэксперт не забыл подчеркнуть «застегнутость»).
Как была утеплена нижняя часть тела? В ответе на этот вопрос Возрожденный вновь становится педантичен и исчерпывающе полон. Он описывает рваные хлопчатобумажные брюки («местами сильно рваные и местами обожжены»), под ними — черное хлопчатобумажное трико («рваное в области промежности»), мужские сатиновые трусы. Кроме того, на ногах светло-коричневые хлопчатобумажные чулки, на левой ноге чулок спущен, на правой — удерживается резинкой. Соответственно чулкам, «серый пояс с резинками-подвязками» (Возрожденный и тут не забывает подчеркнуть, что пояс застегнут).
Русые волосы погибшей девушки были заплетены в косу длиной до 50 см, в косу вплетена синяя шелковая лента. Рост Людмилы Дубининой составлял 167 см, и нельзя не отметить, что для того времени это была крупная, крепкая, спортивная девушка. Погибшая была девственницей — об этом тоже надо сказать прямо и недвусмысленно, несмотря на всю деликатность вопроса.
Судмедэксперт описал трупные пятна, которые локализовались на задней и боковой поверхностях туловища и конечностей. Это означает, что в момент смерти и вплоть до промораживания, пока сохранялась возможность кровотока по сосудам, тело погибшей находилось в положении «на спине», возможно, «на спине и частично на боку», но совсем не в той позе, в какой оно было сфотографировано при раскопе оврага (на коленях, лицом и грудью на камне).