Вдруг ударило окованными сапогами по ступеням – над нами стоял человек в маске.
— Вот вы где! – взревел новоприбывший, замахиваясь внушительных размеров топором – брызнула черная в неверном пляшущем свете огня кровь. Чья же?.. – Так, кто у нас тут?.. Ага. – Я не видела, но по голосу поняла, что губы растянулись в хищной улыбке под маской. – Отойди-ка, дедуля!
— Пусти! – взъярилась я, отчаянно вырываясь, когда обладатель топора выволок меня наружу, больно выворачивая руку.
— Ай, да ну-у?.. – сладенько протянул ночной рубака, отбросив окровавленный топор и грубо засовывая освободившуюся руку мне в джинсы.
Треснула старенькая ткань. Я рванулась – получила в зубы, брызнула кровь – на сей раз моя, в участке с грохотом обрушилось перекрытие, брызнуло с жалобным звоном стекло, взревело жарким гулом пламя, Горислав неожиданно вскочил, вскинул руки по обе стороны головы моего противника – и тот вдруг закатил глаза и рухнул навзничь.
Я отскочила на шаг назад, меня трясло от злости и от удара, передние зубы шатались – я невольно прижала ладонь ко рту, ухватившись за больное место. Горислав переступил тело и шагнул ко мне, ухватил мою руку, с силой дернул, открывая лицо.
— Потерпи, – сказал он. От жилистой старческой руки исходило упругое мягкое тепло. Горислав провел пальцами по моему лицу, будто гладил, губы шептали что-то непонятное. А боль вдруг погасла. Исчезла, будто ее и не было вовсе. – Легче?
Я ошалело кивнула, осторожно вытирая кровь. Зубы больше не шатались.
— Идем. – Старец потянул меня за руку, и мы побежали туда, откуда явилась толпа. Я отметила, что нога тоже больше не болит.
— Что здесь происходит? – на бегу выдохнула я, следом за нежданным попутчиком заворачивая за угол заборчика, за которым узнала дом Нэйси и Лесли. – Кто вы такой?
— Я – Настоятель, – коротко ответил Горислав. Бежал он с нестарческой скоростью, и я с трудом за ним поспевала. – Они пришли из-под земли.
— Из подземного города?! – Глаза мои распахнулись, невзирая на дым. – Как... как они нашли дорогу?!
Горислав, не снижая скорости, проницательно покосился на меня.
— Может, они шли по вашим следам?
В груди будто бы обожгло холодом. Мамочки... Это ведь мы привели их сюда.
Правильно. Все сходится. Выследили...
— А как же... мы им ничем не помешаем? Они же весь город разнесут!
— Чем мы можем им помешать?.. – Горислав неожиданно остановился. Огляделся. Вокруг было темно, и только через улицу из распахнутой настежь двери лился яркий свет. Не огненный, а обычный, электрический. И никого вокруг не было.
— Можем! – вскинулась я. – Я видела, что ты умеешь. И я кое-что могу...
— Куда – против вооруженной толпы! – Горислав встряхнул меня за плечо. – Осади. Я могу усмирить одного подонка – но не сотни разъяренных подонков одновременно, – продолжал он спокойнее. Я притихла.
— Он мертв?
— Нет. Он скоро очнется. Я не убиваю живое.
Я обессиленно сползла по стене дома, у которого мы стояли.
— А тварей?
— Те, кого вы называете тварями, тоже часть Природы. Искалеченная, изуродованная – но часть. – Горислав опустился рядом. – Отдохни, дочка. Ты устала.
— Некогда отдыхать... – Я возражала – и знала, что в ближайшее время не поднимусь. Просто-напросто не смогу. В висках стучало отбойным молотком, в глазах темнело. Больно резало загнанное сердце. Как бы приступ не схватить... – А если... если они нападают – тогда что?
— Существуют другие методы. Ты видела.
Я сделала попытку подняться, но тело будто налилось свинцом.
— Горислав... ты знаешь Дэннера?.. Он говорил, ты его знаешь...
— Знаю.