Голая обезьяна. Людской зверинец. Основной инстинкт: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Те, кто бросил или пытается бросить курить, жалуются, что они быстро набирают вес. Это кое-что говорит о свойствах некоторых типов питания. Откусывание и сосание кусков съестного в значительной мере связаны с символическими орально-телесными контактами, а не с приемом пищи в прямом смысле слова. Когда у бросившего курить человека, которому очень не хватает сигареты, неожиданно возникает потребность в успокоении, он сует в рот, лишившийся привычного соска, что-нибудь съедобное. Леденцы и другие сласти – еще один закамуфлированный заменитель материнского соска. Для большинства из нас они заполняют брешь между младенческой соской и взрослой сигаретой. Кондитерский магазин – это мир ребенка. Слишком взрослый, чтобы сосать резиновую соску, он сосет конфеты. Они портят зубы, но помогают обрести утраченный душевный комфорт. Став взрослыми, мы, как правило, отказываемся от этих удовольствий, но многие скучающие домохозяйки частенько запускают руку в заветную коробку с конфетами, так успокаивающими душу. Иногда для придания им взрослой респектабельности в сласти вводят алкогольные ингредиенты.

Хотя по сравнению с соском или пустышкой конфеты весьма недолговечны, у них есть важные качества – мягкость и сладость, которые помогают им играть их символическую роль. Недостаток эфемерности сластей преодолен в жевательной резинке – ее можно жевать часами, и, как утверждает реклама, это «успокаивает нервы и помогает сосредоточиться». Жевательная резинка практически ничем не уступает резиновой соске. В силу своих свойств она могла бы пользоваться огромной популярностью, если бы не слишком заметные движения челюстей: складывается впечатление, что человек непрерывно ест. Поскольку он не проглатывает «пищу», у окружающих может возникнуть ощущение, что у него во рту находится что-то не очень приятное, например жесткий хрящ, и по мере того, как жующий успокаивается, окружающие начинают раздражаться. В результате публичное жевание резинки считается дурным тоном, поэтому данная практика не получила широкого распространения.

Поскольку материнское молоко – это теплая сладкая жидкость, неудивительно, что взрослые в моменты напряжения или скуки часто пьют именно такие напитки. Миллионы литров чая, кофе и какао выпиваются ежегодно отнюдь не ради утоления жажды. Жажда служит лишь формальным предлогом. Кроме того, гладкая поверхность чашек и кружек, из которых мы пьем эти заменители материнского молока, гарантирует нашим жаждущим успокоения губам приятные тактильные ощущения. Может быть, поэтому в последнее время раздаются шумные протесты по поводу перехода на одноразовые бумажные стаканчики.

И здесь мы тоже избегаем нежелательных ассоциаций: пьем горячий чай, но холодное молоко. Пить теплое молоко – слишком откровенно по-детски. Это делают только захворавшие люди, но им простительно, поскольку, как мы уже видели, больной на время прекращает борьбу за статус взрослого и становится «временным младенцем».

Помимо молочных и других коктейлей, которые со значительным видом обычно потягивают через соломинку, существует множество других холодных напитков, используемых в качестве успокоительных средств. Они рекламируются как моментально утоляющие жажду, но в этом отношении мало чем отличаются от простой воды. Однако они сладкие, и все более распространяющаяся манера пить их прямо из бутылки способствует повышению символической ценности таких напитков. В результате бутылки уменьшились в размерах и стали сравнимы с бутылками для детского питания. Впору вывешивать новый плакат наподобие цюрихского с изображением мужчины, пьющего кока-колу или лимонад из бутылки с резиновой соской.

Многие другие заменители, например стебли растений или шейные цепочки, часто подносятся к губам в ситуациях, когда нужно успокоиться. Однако уже было приведено достаточно свидетельств того, что оральные контакты младенчества остаются важной частью взрослой жизни даже за рамками такой очевидной сферы, как дружеские и сексуальные поцелуи, и теперь мы можем перейти к рассмотрению других частей человеческого тела.

Еще одна базовая форма младенческого контакта – прижимание щекой к телу матери. Ассоциирующийся с этим движением контакт с неодушевленным предметом редко встречается среди взрослых мужчин, но довольно распространен среди женщин. На многих рекламных плакатах и во многих рекламных роликах улыбающаяся женщина держит в руках постельные принадлежности и нежно прижимается к ним щекой. Это особенно характерно для рекламы одеял, в которой используется почти исключительно только такая поза, несмотря на очевидный факт, что, когда та же самая женщина ляжет в постель, поверхность одеяла неизбежно будет отделена от ее щеки пододеяльником. Тот же прием востребован в рекламе изделий из меха. Обычно воротник шубы поднят, и женщина касается его щекой.

Вероятно, самая распространенная и традиционная форма контакта щеки как среди женщин, так и среди мужчин – подкладывание под нее подушки во время сна. Нежное прикосновение мягкой подушки-груди способствует успокоению и помогает прийти в состояние, в котором мы готовы погрузиться в сон. Производителям удалось добиться идеального баланса между упругостью и мягкостью, и в любом отделе постельных принадлежностей имеется широкий ассортимент подушек, создающих разные тактильные ощущения. Для многих взрослых людей чрезвычайно важна способность подушки вызывать сон, или, как принято говорить, ее «сила». Все знают, что на новом месте – в отеле или в гостях – уснуть бывает очень трудно. Обычно это случается с людьми, которые мало путешествуют, привязаны к дому и привыкли спать на подушке, имеющей определенные характеристики, такие как толщина и упругость.

Подобные требования распространяются и на остальные постельные принадлежности. Люди предпочитают матрасы определенной мягкости или жесткости и одеяла определенной легкости или тяжести, а также определенных размеров. Такая разборчивость вполне оправданна, ведь мы проводим в постели треть жизни.

В 1970 году на американском рынке появилась «водяная кровать» – наполненный водой виниловый матрас. Ложась на него, человек словно возвращается в материнское лоно. Расположенные внутри термостат и нагревательный элемент поддерживают комфортную температуру воды. Во второй половине 1970 года было продано свыше 15 тысяч таких кроватей, и в скором времени спрос превысил предложение. Единственную проблему представляет разрыв мембраны, и, возможно, это легкое, но устойчивое опасение и удерживает нас в старомодных, но таких надежных постелях.

С объективной точки зрения наши спальные привычки – требования к мягкости подушек, матрасов и одеял – начинают приобретать особое значение. Сон – это нечто большее, чем просто средство умственного отдыха, необходимого для того, чтобы мозг имел возможность отрешиться от забот дня минувшего, и физического отдыха, нужного для того, чтобы организм восстановил силы и подготовился к наступлению дня грядущего. Это еще и интимная близость с постелью, символизирующей материнское лоно, и одеялом, заменяющим материнские объятия.

Даже в часы бодрствования мы не отвергаем полностью эти удовольствия, о чем столь наглядно свидетельствуют современные образцы мебели. «Легкие» кресла и диваны, невероятно мягкие и обеспечивающие уют, неведомый в предыдущие столетия и скорее свойственный кроватям, теперь являются неотъемлемой частью многих гостиных. Здесь после завершения тяжелого рабочего дня мы утопаем в любимом мягком кресле, которое дарует телу комфорт. Удобно расположившись на символических коленях кресла-матери, мы, защищенные его объятиями, спокойно, с безопасного расстояния, взираем на тот хаос, что творится в жестоком мире взрослых людей, отображаемый на экране телевизора или на страницах книги.

Если, сравнивая просмотр телепередач из уютного кресла с выглядыванием младенца в окно с материнских коленей, я, согласно чьему-то мнению, принизил такого рода досуг, спешу заверить, что это не входило в мои намерения. Напротив, сие сравнение лишь придает дополнительное преимущество этому ныне широко распространившемуся по всему миру образцу поведения. Наряду с развлекательной и познавательной, телевизор выполняет еще и чрезвычайно важную в нашем взрослом, насыщенном стрессами мире умиротворяющую функцию. Экран надежно удерживает все происходящее на нем внутри «ящика», и это никак не может повредить нам. Сия компенсация за то, что наше кресло-мать дает только один из двух жизненно необходимых факторов безопасности, которые реальная мать обеспечивает своему младенцу. Речь идет об интимном контакте мягкого тела и защите от внешнего мира. Кресло-мать гарантирует только мягкий контакт – защитить нас оно не может. Но тут на помощь приходит непроницаемая стеклянная поверхность экрана, отделяющая нас от трагедий, разворачивающихся внутри телевизора. Таким образом, символическое уравнение выглядит достаточно просто: реальная мать, обеспечивающая защиту и комфорт, = экран, обеспечивающий защиту, + кресло-мать, обеспечивающее комфорт.

Если рассматривать домашнюю жизнь в таком ракурсе, стоит ли удивляться тому, что большинство из нас на отдыхе предпочитает останавливаться в отелях, где обстановка максимально приближена к той, в которой мы провели детские годы. Как и тогда, все делается для нас и нам не нужно ни о чем беспокоиться. Повариха-мать готовит нам еду, которую подает официантка-мать, а наш номер убирает горничная-мать. В лучших отелях созданы все условия для того, чтобы ощутить себя фактически младенцем в колыбели, где детский крик заменяется нажатием на кнопку или включением телефонной трубки. И очень часто разбогатевшие люди первым делом воссоздают в своем доме условия детства, нанимая прислугу, состоящую из символических матерей. Кроме того, как я говорил в одной из предыдущих глав, сходные условия для человека, который временно прекратил борьбу за статус взрослого, обеспечивает больничная койка.

Принимая теплую ванну, мы ненадолго возвращаемся в еще более отдаленное прошлое, когда находились в материнской утробе. Не случайно многие предпочитают нежиться в воде, имеющей температуру тела, словно в амниотической жидкости, и перед этим всегда закрывают дверь ванной, дабы защитить себя от внешнего мира. Однако рано или поздно нам приходится извлекать пробку из слива и переживать новое рождение. Словно догадываясь о страхах такого рода, производители полотенец позаботились о том, чтобы обеспечить нас самыми мягкими и нежными объятиями после каждого очередного появления на свет. Как гласит одно рекламное объявление: «Наши полотенца обнимают так, что вы сразу высыхаете!», при этом изображенная на сопровождающей его картинке девушка судорожно прижимает одно из указанных полотенец к своему телу и лицу, словно от него зависит, выживет она или нет.

Когда эта барышня наконец начнет одеваться, ей не придется опасаться того, что нежные интимные контакты закончатся. Производители одежды – нижнего белья, свитеров, юбок и прочего – обещают ей сходные удовольствия. Эти трусики – не просто забота о комфорте, поскольку, как нам известно, они растягиваются, «следуя каждому изгибу вашего тела». А эти колготки – «шелковистые и чувственные» и «прекрасно облегают ноги, от верхней части до пальцев», не говоря уже о чулках, которые «нежно обнимают ваши ноги», или платьях из джерси, создающих «ощущение тепла и неги». Таким образом, счастливая девушка, одевшись, может оставаться в одиночестве и тем не менее ощущать ласки и объятия одежды-любовника. Если бы все эти рекламные посулы дали суммарный эффект, она вряд ли смогла бы сделать десять шагов, не испытав множественный оргазм. К счастью для ее настоящих возлюбленных, воздействие на нее одежды-любовника в большинстве случаев намного менее ощутимо, нежели нас пытаются убедить в том рекламодатели. Но сколь бы малым ни было это воздействие, оно имеет большое значение.

Интимные контакты между предметами гардероба и их владельцем носят отнюдь не односторонний характер. Не только одежда обнимает человека, он тоже обнимает ее. Это вполне справедливое вознаграждение за плотное облегание и нежные соприкосновения. Наиболее распространенный способ такого вознаграждения – засовывание одной или обеих рук в складки одежды. На память сразу приходит «поза Наполеона», но сегодня наиболее популярным вариантом являются руки в карманах. Формально они предназначены для ношения мелких предметов, и, если рука оказывается в кармане, предполагается, что она собирается что-то оттуда извлечь. Однако в подавляющем большинстве случаев засунутая в карман рука вовсе не означает намерение что-либо достать – это всего лишь осуществление контакта с одеждой. Школьникам и солдатам часто приказывают вынуть руки из карманов без каких-либо вразумительных объяснений причины. На самом деле данная поза свидетельствует о расслабленном состоянии во время символического акта интимной близости, поэтому она не соответствует роли подтянутых, дисциплинированных мужчин, если речь идет о военнослужащих. Для людей, свободных от подобных ограничений, существует несколько альтернативных вариантов, выбор среди которых в любом конкретном случае подчиняется весьма любопытному правилу: чем выше на теле осуществляется контакт руки с одеждой, тем самоувереннее поза. Вершина – поза, при которой пальцы сжимают лацканы. На втором месте – пальцы, просунутые в проймы жилета. Далее следует «поза Наполеона». Дальше вниз – руки, засунутые в карманы куртки, и еще ниже – в карманы брюк. Это самая распространенная поза.

Судя по всему, данное правило основывается на интуитивном ощущении: чем выше рука осуществляет контакт, тем вероятнее, что это движение намерения нанести удар, ведь чаще всего бьют сверху. Как мы уже видели, это действие приостанавливается, фиксируется и превращается в формальный сигнал, как в случае с поднятым кулаком коммунистического приветствия. Сжатие лацканов существенно сближается с этим действием, насколько это возможно для контакта с одеждой, и, следовательно, из всех возможных вариантов это послание является наиболее агрессивным. Наряду с пальцами, просунутыми в проймы жилета, эта поза стала чуть ли не карикатурой на излишнюю самоуверенность, и сегодня доминантный мужчина в общественном месте, вероятнее всего, будет держать руки в карманах куртки или пиджака. Эта поза особенно популярна у предпринимателей, высокопоставленных военных и политических лидеров, а кроме того, она была типичной для гангстеров бурных 20-х годов XX века. Такие люди редко суют руки в карманы брюк, по крайней мере, в ситуации, когда им необходимо продемонстрировать свою значительность.

Исключением из данного правила является поза, при которой большие пальцы засовывают за поясной ремень. Хотя этот контакт осуществляется довольно низко на теле, поза носит откровенно агрессивный характер. Похоже, своей самоуверенностью она обязана не только быстрому движению намерения, но и тому факту, что представляет собой современную версию старомодной позы, при которой пальцы просовывались в проймы жилета – просто жилеты в наше время носят довольно редко.

Наряду с этими действиями существует множество других мелких контактов рук с различными частями одежды. Все они осуществляются в состоянии стресса, и многие из них представляют собой символические версии действий по приведению себя в порядок, которые, согласно нашему желанию, должен был бы выполнять по отношению к нам кто-то другой, дабы успокоить нас. Мужчины часто поправляют запонки и разглаживают галстук. Президент Кеннеди на публике нередко теребил среднюю пуговицу пиджака или куртки. Уинстон Черчилль в моменты напряжения прижимал руку к нижней части кителя, словно обнимая самого себя.

Женщины, находящиеся в состоянии стресса, теребят браслеты и цепочки на шее точно так же, как монахини, вне всякого сомнения, находят утешение в перебирании четок. Нервная представительница слабого пола успокаивает себя тем, что лишний раз красит губы, пудрит лицо и расчесывает волосы.

В некоторых случаях контакт с окружающими осуществляется опосредованно, через какой-нибудь промежуточный предмет, когда, скажем, люди чокаются. Классический пример можно найти в любом альбоме Викторианской эпохи с семейными фотографиями. Обычно мать семейства восседает в центре, держа на коленях младшего ребенка. Рядом стоит отец, который при других обстоятельствах, наверное, обнял бы супругу, но в столь официальной обстановке ограничивается тем, что обнимает спинку ее кресла. Современную версию этого опосредованного контакта можно часто наблюдать, когда в неформальной обстановке два друга сидят на диване, и один протягивает руку в направлении спины другого вдоль спинки дивана. Подобным образом сидящий в кресле человек может обнять его ручку, оживленно разговаривая со своим визави, сидящим в кресле напротив. Иногда дополнительный душевный комфорт обеспечивается благодаря креслу-качалке, которым опять же пользовался президент Кеннеди в стрессовых ситуациях. Стоит ли говорить, что кресло-качалка ассоциируется с колыбелью или материнскими руками?

И наконец, мы подошли к предметам, которые являются заменителями сексуальных контактов. Самый умеренный вариант – это фотографии любимых или тех, с кем нам хотелось бы секса. Их можно целовать и к ним можно прикасаться в отсутствие реального человека. Новой тенденцией в этом направлении является использование наволочек с изображением лица кино– и шоу-звезд. Ложась в постель, вы можете прижаться щекой к любимому образу, после чего заснете счастливым сном.

Что касается собственно секса, во время Второй мировой войны звучали утверждения, что вражеские солдаты (солдаты противника всегда выставляются в неприглядном виде) на фронте имели в своем распоряжении надувных резиновых женщин. Была ли это чистой воды пропаганда, призванная очернить неприятеля, или нечто подобное имело место, выяснить мне не удалось.

В отличие от этого неодушевленные заменители мужского пениса имеют долгую и документально подтвержденную историю. Они упоминаются даже в Ветхом Завете. Фаллоимитаторы были известны еще до библейских времен и присутствуют в древних вавилонских скульптурах, появившихся за сотни лет до рождества Христова. В Древней Греции они назывались «олисбос», что означает «скользкий бык», а особенно популярны были, по всей видимости, в турецких гаремах. Со временем практика использования этих предметов распространилась практически по всему миру. Их популярность возрастала и падала, и ее пик, очевидно, приходится на XVIII век, когда они продавались в Лондоне свободно, чего больше никогда не было вплоть до второй половины XX столетия. Фаллоимитаторы, как правило, изготавливались очень искусно и выглядели весьма реалистично. В настоящее время они представлены в нескольких версиях в секс-шопах в ряде стран Запада. В основном их покупают лесбиянки и одинокие женщины.

Недавно появились две версии механического фаллоимитатора. Одна из них высокотехнологична. Предназначенная специально для проводимых в США исследований природы человеческой сексуальности, она разработана радиофизиками, изготовлена из пластика с оптическими свойствами зеркального стекла, имеет электрический привод, снабжена осветительным прибором для съемки внутри влагалища, а также регулятором скорости и глубины проникновения. По всем стандартам это поистине замечательный инструмент, чувствительный и неутомимый искусственный любовник, секс-суррогат из секс-суррогатов. Вторая версия представляет собой менее амбициозное и значительно более дешевое механическое устройство, которое приобрело в последнее время широкую популярность – это вибратор, или вибромассажер. Сие небольшой, работающий от батарейки длинный и тонкий аппарат, гладкий, с закругленным концом, чья первоначальная официальная функция заключалась в локальном массаже отнюдь не сокровенных частей тела. В этом и состояло преимущество данного устройства, поскольку, когда вибратор обрел новую жизнь, его без тени смущения могли покупать те, кто раньше стеснялся приобретать товары, так или иначе связанные с сексуальной сферой. Даже желтая пресса прибегала в рекламе к шифровке: «Персональный массажер – всепроникающий стимулирующий массажер. Устраняет боли и печали. 17 сантиметров в длину, 4 сантиметра диаметром. В комплект входят стандартные батарейки». Застенчивость этого объявления никак не вяжется с духом других публикаций, где можно обнаружить очень откровенные комментарии на сексуальные темы. Мы вновь сталкиваемся с действием правила, согласно которому интимные отношения взрослых требуют определенной маскировки либо для самих участников этих отношений, либо для других, чтобы скрыть подлинный характер происходящего.

Самая необычная и хитроумная форма секс-суррогата, иногда используемая японками, называется «рин-но-тама» и известна также под названиями «ватама» и «бен-ва». Это устройство состоит из двух полых шаров размером с голубиное яйцо, которые вставляют во влагалище. Раньше шары изготавливали из листовой латуни, а сейчас делают из пластика. Один шар пуст, в другом запаяно немного ртути. Пустой шар вводят в вагину первым и проталкивают до шейки матки. Следом вводят второй шар, который упирается в первый, после чего отверстие влагалища закупоривают небольшим тампоном. Теперь женщина может, не вызывая ни у кого подозрений, предаваться наслаждению в кресле-качалке. Ритмичные движения вперед и назад вызывают изменение давления внутри влагалища и создают ощущение полноценных фрикций. Хотя в качестве эротической игрушки «рин-но-тама» обладает большим преимуществом, поскольку позволяет получить интимное удовольствие где угодно, оно не получило широкого распространения подобно вибратору – возможно, потому, что в отличие от последнего не имеет несексуальной официальной функции.

Предметы, не имеющие никакого сексуального назначения, тоже могут стать посредниками тактильных контактов. Возможности в данной области чрезвычайно многочисленны, но лишь немногие из них были опробованы, а более или менее успешно реализованы и вовсе единицы. Обычно они предлагаются в качестве того или иного спортивного действия. Одним из таких упражнений являются прыжки на батуте, создающие удивительное ощущение, будто пружинистая поверхность охватывает вас, подбрасывает вверх и снова охватывает уже в другой позе. Действие происходит в исключительно спортивной атмосфере и требует определенной физической подготовки, поэтому для многих людей этот способ исключен. Еще одним примером является хула-хуп, сочетающий вращательное движение обруча вокруг талии с волнообразными движениями бедер. Впрочем, это упражнение не стало популярным и очень быстро оказалось достоянием прошлого.

Сфера искусства предприняла несколько попыток представить интимные предметы жаждущему интимной близости миру, которые не увенчались особым успехом. В 1942 году в Музее современного искусства в Нью-Йорке впервые выставили образцы поделок нового типа, получившего название «ручная скульптура». Они представляли собой маленькие, гладкие, округлые куски полированного дерева абстрактной формы, удобные для человеческой руки и пригодные для создания всевозможных тактильных ощущений. Изготовивший их ваятель подчеркивал, что они предназначены для того, чтобы их ощущать, а не для того, чтобы на них смотреть, и говорил, что они были бы прекрасными заменителями сигарет или жевательной резинки для тех, кому стало бы скучно на очередном заседании какого-нибудь комитета. Скажем откровенно, эти скульптуры так и не нашли практического применения, и с тех пор о них никто не слышал. И опять послание вполне очевидно: ни один член ни одного комитета не хочет, чтобы кто-то узнал о его потребности в небольшом успокаивающем псевдотелесном контакте.

В 60-е годы XX столетия некоторые скульпторы пытались осуществить более амбициозный подход к телам любителей искусства, создав «ландшафтные лабиринты». Они имели самые разнообразные формы, и некоторые из них представляли собой нечто вроде игрового пространства, где посетитель испытывал всевозможные тактильные ощущения, пробираясь через трубы, тоннели и коридоры, облицованные материалами с разной текстурой. Это изобретение тоже не пользовалось успехом, и весьма заманчивые возможности оказались упущенными.