Армия Карла XII. Золотой век шведской армии: читать начало книги онлайн

К 1700 году в руках у Карла XII была прекрасно отлаженная военная машина, правда неоднородная по своему составу, что объясняется применением двух различных систем комплектования: 1) поземельной воинской повинности (indelningsverket); 2) вербовки наемных солдат (värvat).

Отборные полки «индельты» составляли основную силу армии Карла XII в ходе Северной войны 1700–1721 гг.

Лейб-гвардии пеший полк (Livgarde till fot) в отличие от полков индельты вербовался из добровольцев во всех ленах Швеции на постоянной основе.

За весь период правления Карла XII не было сформировано ни одного нового полка «индельты», но именно в его царствование была полностью опробована на практике система поселенных войск. Наибольшее количество резервных (третье-, четырех- и пятиочередных) полков и батальонов было создано в 1700–1701 гг. За этот период было сформировано 7 резервных (третьеочередных) пехотных полков и 7 резервных (третье-четырехочередных) батальонов[47]. В 1703 г. было сформировано 2 резервных (четырех-пятиочередных) пехотных батальона, а в 1705 г. 1 резервный (четырехочередной) пехотный батальон[48].

Кроме того, была применена система дополнительного принудительного набора рекрутов, что позволило сформировать три призывных пехотных полка – Восточно- и Западно-Сконский, а также Халландский[49].

Кавалерия являлась любимым родом войск Карла XII, человека решительного, быстрого, с ярко выраженными дарованиями крупного кавалерийского военачальника. Цветом шведской кавалерии являлся отдельный корпус лейб-драбантов. С 1700 г. лейб-драбанты имели штатный состав 200 человек, но летом 1708 г. их численность была сокращена до 150 человек[50]. Все рейтарские полки индельты, за исключением Лейб-регимента, имели в своем составе по 2 эскадрона 4-ротного состава. Всего в полку было 8 рот. Конный Лейб-регимент состоял из 3 эскадронов (12 рот)[51].

Лейб-регимент имел по штату в 12 ротах 1500 человек (1488 рядовых и 12 трубачей).

Кавалерийская офицерская шпага с оправой из позолоченной латуни, 1700 г. Из собрания Королевской сокровищницы, Стокгольм

В состав шведской армии входили Шведский, Померанский, Бремен-Верденский, Эстляндский и Лифляндский полки и эскадроны дворянского знамени, выставлявшиеся за счет богатых дворян провинций королевства. Шведский полк дворянского знамени состоял из 8 рот по 100 человек. Наиболее малочисленными были Померанский и Бремен-Верденский эскадроны дворянского знамени. Они насчитывали 160 и 147 человек соответственно[52].

В отличие от своих предшественников, не придававших большого значения драгунской коннице, Карл XII стал в Швеции ее подлинным создателем и учителем. До воцарения Карла XII, его предшественники старались набирать драгунские полки из числа уроженцев Северной Германии только на период военных действий. Это было связано в первую очередь с недостатком финансовых средств на их содержание[53].

С другой стороны, именно драгуны в силу своей специфической подготовки, а они обучались действовать как в конном, так и пешем строю, должны были стать, по замыслу шведского монарха, тем самым мобильным родом войск, который бы смог действовать оперативно на больших расстояниях и достойно противостоять противникам на поле боя[54].

Поэтому именно при нем драгуны становятся массовым и самым любимым родом войск короля. Карл XII стал первым из шведских монархов, широко практиковавших набор рейтаров и драгун за счет сословий.

К сословным драгунским полкам, набранным за счет мелкопоместных дворян и священников, относились Сконский, Вестманландский и Уппландский драгунские полки. Они имели тот же штат, что и рейтарские полки индельты (по 8 рот или 1000 человек). По некоторым сведениям, Сконский полк накануне русского похода был увеличен на 2 роты и имел в своем составе 1250 человек.

Лейб-драгунский полк, набранный во всех областях Швеции на тех же условиях, что и лейб-гвардии Пеший полк, относился к вербованным драгунским полкам. Он состоял из 12 рот по 125 человек, т. е. 1500 человек штатного состава. Организация рот в драгунских полках была та же, что и в рейтарских, только вместо ротмистров у драгун были капитаны, а вместо корнетов – прапорщики.

Шведская армия состояла не только из полков индельты, но и в значительной степени из вербованных частей, формировавшихся на период войны[55]. В Эстляндии и Лифляндии их можно подразделить следующим образом: 1) вербованные войска; 2) дворянские эскадроны; 3) сословные драгунские эскадроны; 4) ландмилиция; 5) части, составленные из немцев, призванных в ополчение; 6) слабо организованные соединения из крестьян, призванных в порядке всеобщего ополчения[56].

Древней повинностью эстляндских и лифляндских мыз, со времен Ливонского ордена, была рейтарская повинность, или конная служба. Рейтарская повинность возлагалась на частные мызы, включая грациальные [11.] мызы и их терциальные части [12.]. Каждые 15 гаков [13.] составляли одну единицу – так называемый росдинст (Rosdienst). С одного росдинста надлежало поставлять одного рейтара в полном обмундировании, снаряжении и с конем. Рейтарская повинность не выполнялась самими помещиками. Дворян призывали на службу в качестве офицеров или в порядке ополчения, а не простыми рейтарами. Если частная мыза была сдана в аренду, то обыкновенно за выполнение повинности отвечал собственник, а не арендатор [7.]. При меньшем числе гаков мызы объединялись в группы, составляющие вместе один росдинст, причем самая крупная мыза должна была выделять человека и обмундирование, а другие, более мелкие, выплачивали ей деньгами и натурой соответствующую часть расходов. Мызы не только давали рейтара в армию, но и платили ему жалованье, снабжали продовольствием, часто клочком земли, заменяли пришедшее в негодность обмундирование и вооружение. Вместо выбывшего из строя рейтара держатель росдинста должен был поставить другого. Подобная система конной службы была невыгодна собственникам и действовала крайне медленно. Хотя обычно в качестве рейтаров должны были служить немцы, власти разрешали за неимением последних выставлять в рейтары эстонцев и латышей.

Так как все это требовало от дворян и помещиков больших расходов, то они всеми силами стремились уклониться от выполнения росдинста. По переписи 1699 года в Эстляндии насчитывалось 394 росдинста, а к 1703 году – 410. Карл XII в своем письме к А. Ю. Делагарди 17 / 18 октября 1700 года потребовал удвоения числа рейтаров. Это требование короля натолкнулось на глухое сопротивление дворянства, так как содержание рейтар стоило им недешево. Однократное обмундирование рейтара стоило 77 риксдалеров 34 эре, лошадь – 50 риксдалеров, жалованье за три года вперед составляло 36 риксдалеров, чаевые – 3 и провиант да фураж стоили 3 риксдалера. Всего 169 риксдалеров 34 эре [7.]. Кроме того, на зимнее снаряжение рейтара было дополнительно израсходовано 5 риксдалеров 35 эре. После боя у Нарвы пришлось заменить пришедшее в негодность обмундирование и привести в порядок оружие. Это обошлось в 56 риксдалеров 28 эре. За неполученный доход с земли, которой пользовался рейтар (то есть, его семья), считалось 12 риксдалеров и снабжение его провиантом – 4 риксдалера. Всего за срок меньше года на одного рейтара было затрачено 255 риксдалеров 28 эре. Как видно из данных примеров, стоимость обмундирования рейтара колебалась от 62 до 77 риксдалеров, жалованье (за год) – от 12 до 24, а стоимость лошади – от 30 до 50 риксдалеров. Обычно лошадь помещику не надо было покупать, также и некоторые предметы обмундирования (сорочки, рукавицы и т. п.). Кроме того, цены в этих счетах, наверно, преувеличены. Все же примерно 50–100 риксдалеров на одного рейтара приходилось затрачивать сразу и кроме того дополнительно 20–80 риксдалеров в год. Снаряжение и содержание двух рейтаров обходилось в сумму, равную примерно от четверти до полной годовой контрибуции.

При этом следует учитывать, что средняя плата сезонного рабочего не превышала 3 риксдалеров в год, а стоимость коровы – от 1 до 2,5 риксдалера [17. P. 152–158].

С ноября 1700 г. Карл XII своими распоряжениями обязал арендаторов мыз и пасторов поставлять обмундированных драгун. Арендаторы обязывались поставлять с каждых 15 гаков двух драгун, причем за каждого драгуна было обещано вычитывать из арендной платы 40 риксдалеров [6.].

В отличие от рейтарской повинности арендаторам и духовенству не надо было поставлять новых драгун вместо выбывших (за исключением случаев дезертирства). По разъяснению Карла XII, пополнение сословных драгунских эскадронов должно было происходить путем вербовки. Расходы на содержание драгун (провиант и фураж) несла казна, которая выплачивала им также жалованье.

По указу Карла XII в январе 1701 г. было принято решение о формировании из крестьян постоянных военных соединений – ландмилиции [7.]. С каждого росдинста (15 гаков) требовалось поставлять 10 крестьян, умеющих обращаться с ружьем, причем хороших стрелков. Дополнительно каждый уезд должен был поставить 60 драгун. Офицерами должны были стать дворяне, которые всеми возможными способами уклонялись от службы в королевской армии [6.].

К сентябрю 1701 г. окончательно выяснились принципы комплектования ландмилиции. Поставлять солдат в ландмилицию должны были крестьяне, которые также были обязаны снабжать их обмундированием [14.]. Во время похода части ландмилиции снабжались из военных магазинов фуражом и продовольствием, а из арсеналов – оружием. Командного состава в частях ландмилиции не хватало. Крайне низкий уровень боевой подготовки делал ландмилицию малопригодным родом войск.

В целях повышения боеспособности и комплектования частей ландмилиции король 10/11 апреля 1702 г. подписал рескрипт, изменивший саму основу ее комплектования [7.]. Теперь все крестьянские дворы были разделены на так называемые роты. В каждой роте должно было быть столько дворов, чтобы они все вместе составляли 1, 5 гака. Эти дворы сообща должны были поставить в ландмилицию одного человека, снабдить его обмундированием, а в случае, если он выйдет из строя или дезертирует, найти ему замену. В то же самое время все льготы по барщине отменялись: работать на полях мызы отныне все крестьяне должны были, как и до образования ландмилиции.

Отдельное место в шведской армии занимали полки, навербованные из уроженцев германских владений Швеции. Королевская администрация стремилась сохранить самоуправление и самобытность данных провинций. Поэтому вербовка в шведскую армию проводилась на сугубо добровольной основе. Немецкие части набирались в шведской Померании, Голштинии, Гессене, Мекленбурге, Саксонии. Воинские соединения, образованные в немецких провинциях, можно подразделить следующим образом: 1) вербованные войска; 2) дворянские эскадроны; 3) ландмилиция.

До 1697 г. они состояли из Померанского и Бремен-Верденского эскадронов дворянского знамени, Померанского и Бременского кавалерийских полков, Померанского Её Величества вдовствующей королевы лейб-пехотного, Его Величества германского лейб-пехотного, Померанского пехотного, Штральзундского, Висмарского и Штадского гарнизонных полков, общей численностью 9104 человека. В 1699 г. Карл XII сформировал Бременский драгунский и еще один Висмарский крепостной полки.

В 1700 и 1702 гг. в Бремене был навербован пехотный, а в Вердене драгунский полки. Наиболее интенсивная волна вербовки прокатилась по германским провинциям в 1703, 1704, 1706 и 1707 гг. За этот период под шведские знамена встали 1 гарнизонный, 2 пехотных и 7 драгунских полков общей численностью до 14 000 человек[57].

В русском походе 1707–1709 гг. под шведскими знаменами участвовали шесть вербованных немецких драгунских полков (Дюкера, Таубе, Майерфельта, Ельма, Юлленшерны, Альбедиля).

Немецкие вербованные драгунские полки Дюкера, Таубе и Ельма имели каждый по 10 рот (в роте 125 человек). Всего 1250 человек. Драгунские полки Майерфельта, Альбедиля и Юлленшерны имели штатную организацию лейб-драгунского полка, т. е. 12 рот (по 125 человек). Всего в полку было 1500 человек.

После катастрофы под Полтавой король был вынужден прибегнуть к тотальной мобилизации ресурсов для продолжения войны. Это коснулось и германских провинций королевства. В период с 1710 по 1716 г. было сформировано 3 драгунских полка (Бассевича, фон Шверина и Фитингофа), а также Рюгенская драгунская команда полковника Теттенборна[58]. В 1716 г. остатки германских драгунских полков были эвакуированы в Швецию, где из них был сформирован Германский драгунский полк, принявший участие в Норвежском походе 1718 г[59].

[47] Ibid. S. 34–42.

[48] Ibid. S. 36, 41.

[49] KRA. 0388. Stora Nordiska Kriget.: krigshandlingar (Великая Северная война: военные дела).1. Samtida relationer i original eller avsrift. (Подлинники докладов и реляций).Vol. 4: Skrivelser och rapporter 1702–1720. (Письма, доклады и рапорта). S. 466–498.

[50] Беспалов А. В. «Последняя дружина викингов». Корпус лейб-драбантов Карла XII до 27 июня 1709 года. / / «Армии и битвы», № 12 / 2010. С. 28–30.

[51] KRA. 0388. Stora Nordiska Kriget.: krigshandlingar (Великая Северная война: военные дела).1. Samtida relationer i original eller avsrift. (Подлинники докладов и реляций).Vol. 4: Skrivelser och rapporter 1702–1720. (Письма, доклады и рапорта). S. 400–407.

[52] Нöglund L. E. Op. cit. S. 43.

[53] Waxberg H. Hästen i det karolinska rytteriet. Borås, 1975. S. 15–16.

[54] Ibid. S. 18

[55] Gripenberg O. Finsk krigsmanna lekladnan derom fyka sekler. Borga, 1966. S. 92–93.

[56] ЦГИА Эстонии. Ф.278. Оп. 1. Д.IV–38а. Л. 211.

[57] Höglund L. E. Op. cit. S. 32–39.

[58] Ibid. S. 39–40.

[59] Ibid. S. 40.