Армия Карла XII. Золотой век шведской армии: читать начало книги онлайн

Дуэль между офицерами в шведской армии влекла за собой смертную казнь как для ее участников, так и для секундантов. Однако несмотря на строгий запрет, дуэли имели место. Картина Густава Улофа Седерстрёма под названием «Давид и Голиаф», 1918 г.

Надо сказать что шведские военные суды действовали активно. В то же время, при отсутствии достаточного снабжения, офицеры часто закрывали глаза на мародерство нижних чинов. Впрочем, если случаи неповиновения, мародерства и дезертирства были вопиющими, к части, в которой произошло подобное, применялась децимация. То есть каждый десятый военнослужащий по жребию подлежал расстрелу. У данного соединения изымались знамена, а личный состав направлялся на хозяйственные работы по лагерю. За кражи и воровство у своих товарищей полагался прогон сквозь строй и изгнание из полка. За оскорбление квартирных хозяев и уклонение от участия в богослужениях виновных заковывали в железо[25].

Оскорбление офицера влекло отсечение руки, а в случае его гибели – повешение. Дуэль между офицерами влекла за собой смертную казнь не только для ее участников, но и для секундантов[26].

Конный портрет короля Швеции Карла X Густава в доспехах. Иоахим фон Сандрарт, 1650 г. Из собрания замка Скоклостер

Таким образом, драконовскими мерами удалось резко повысить уровень дисциплины в шведской армии, в первую очередь в национальных полках. С вербованными частями все было несколько сложнее, впрочем, и они отличались большей организованностью и дисциплиной на фоне воевавших с ними имперских полков[27].

Шведское правительство продолжило курс на формирование национальных полков, обобщая опыт войн 17-го века. По уложению 1634 г., принятому при королеве Кристине (1632–1654 гг.), были созданы постоянные полки (20 пехотных и 8 рейтарских в Швеции; 7 пехотных и 4 рейтарских – в Финляндии), которые набирались из рекрутов строго определенных ленов, названия которых они носили[28]. Кроме того, в ее правление были утверждены новые штаты артиллерийского полка, сформирован первый национальный драгунский полк, учрежден корпус инженеров и Бремен – Верденский эскадрон дворянского знамени[29]. При Карле X Густаве набирается еще один шведский кавалерийский полк, 2 национальных пехотных полка (1 шведский и 1 финский), формируются 2 гарнизонных пехотных полка (1 эстляндский и 1 лифляндский) и 1 немецкий вербованный пехотный полк[30].

Карл X Густав во время перехода через пролив Большой Бельт, разделяющий Швецию и Данию. В результате этой рискованной операции шведской армии, застигнутая врасплох Дания была вынуждена подписать унизительный для нее Роскилльский мир, закончивший датско-шведскую войну 1657–1658 гг. Настенная роспись Иоганна Филиппа Лемке в галерее Карла X Густава во дворце Дроттнингхольм близ Стокгольма

После крайне тяжелой Сконской войны (1675–1679 гг.) и неудачного участия Швеции на стороне Франции в войне с коалицией европейских стран в 1672–1679 гг. финансовое положение королевства стало катастрофическим. Это не замедлило сказаться и на уровне боеспособности армии. Король Карл XI (1660–1697 гг.) был вынужден изыскивать средства внутри государства. Опираясь на поддержку податных сословий, низшего дворянства и части сановников-аристократов, король добился решения о редукции земель, т. е. пересмотра земельных пожалований дворянству. Редукция проводилась строго, и к 1700 г. дворянское землевладение уменьшилось вдвое. Особенно рьяно королевские чиновники проводили редукцию в Эстляндии, Лифляндии, Ингерманландии и Карелии, что вызвало сильный протест остзейского дворянства. Вместе с тем, королю Карлу XI удалось не только поправить финансовое положение королевства, но и получить в казну большие доходы.

Все это позволило королю в 1680 г. провести военную реформу, так называемую «молодую индельту» (indelningsverket). Сущность военной реформы Карла XI заключалась в замене периодических рекрутских наборов постоянной повинностью крестьян содержать личный состав королевского войска.

Все обрабатываемые земли в Швеции и Финляндии были разделены на участки, названными «индельтами». Группа крестьянских дворов, составлявшая индельту, обязывалась выставлять одного солдата. Индельта выделяла солдату участок земли (torp), дом, обмундирование, а также дополнительные продукты питания. Вооружение и снаряжение солдату выдавалось государством[31]. Группа крестьянских дворов, обязанная выставлять и содержать одного солдата, называлась «ротехолл» (rotehåll), а составлявшие ее крестьяне – землевладельцы – «ротехолларами» (rotehållarna). Солдаты, содержавшиеся индельтами одного лена, сводились в полк, носивший его название (например, Уппландский или Вестерботтенский пехотные полки – т. е. из лена Уппланд и Вестерботтен)[32].

Карл XI. Король Швеции с 1660 по 1697 г. Картина Давида Клёккер-Эренстраля, 1676 г., из собрания замка Грипсхольм

Солдаты внутри полка подразделялись на роты (kompaniеt), которые сводились в батальоны. Роты назывались по названию той местности, где они формировались (рота Расбу, рота из Лагунды и т. д.) Солдаты один раз в год призывались на военные сборы, поддерживая тем самым свою боеготовность. В случае войны индельта после ухода одного солдата выставляла второго, служившего для пополнения постоянного полка. Если и второй солдат уходил на войну, индельта могла выставить нового рекрута. Из этих рекрутов в случае необходимости формировали полки военного времени – так называемые «третьеочередные» (tremänningsregementen)[33]. Эти полки обычно носили имя шефа (например, Уппландский третьеочередной пехотный полк, шефом которого в 1700–1712 гг. был генерал Левенгаупт, назывался «полком Левенгаупта» и т. д.). Четвертая очередь рекрутов шла на пополнение основного полка (вместо погибших или пропавших солдат второй очереди), а из рекрутов пятой очереди, в крайнем случае могли также формироваться временные полки – пятиочередные (femmänningsregementen)[34].

Группа крестьянских дворов, содержавшая одного кавалериста, называлась «рустхолл» (rusthåll), а входившие в нее крестьяне – «рустхолларами» (rusthållarna). Офицеры и унтер-офицеры проживали на усадьбах в той местности, где расквартировывался их полк. Они жили в специально построенных для них домах, называвшихся «бостель» (boställ). Жалованье им выплачивалось закрепленной за ними группой дворов[35]. При этом сохранялась и вербовка (värvat) иностранных солдат в королевскую армию[36].

При Карле XI было сформировано 2 кавалерийских и 2 пехотных полка «индельты», Эстляндский и 2 германских вербованных кавалерийских полка и 7 пехотных вербованных полков (1 шведский, 5 германских и 1 лифляндский гарнизонный)[37].

Совершенствовалось и законодательство. В 1683 году были введены в действие «Регулы для ведения судебного процесса, розыска и приговора», во многом усовершенствовавшие артикул 1621 года. В отличии от предшественника, артикул Карла XI был более тщательно проработан с учетом передовых европейских тенденций и состоял из 550 статей[38].

За идолопоклонство, колдовство и применение оружия, если они повлекли тяжкие последствия, применялась смертная казнь. Если данная категория преступлений была совершена непредумышленно или в состоянии аффекта, применялось тюремное заключение[39].

За богохульство полагалось передать военнослужащего церковному трибуналу, а затем предать смерти. Однако если преступление было совершено однократно, солдат подвергался штрафу и отправлялся на хозяйственные работы сроком от пятнадцати дней до месяца.[40] При этом артикул 1683 года предусматривал чтобы епископы были обязаны направлять в полки хорошо подготовленных пасторов.

«Боевой дух шведской армии был чрезвычайно высок, что объяснялось особым религиозным настроем, основанным на протестантском учении о Божественном Предопределении. Этот настрой поддерживался полковыми священниками, которые утешали раненых и умирающих, надзирали за образом жизни солдат и выполнением ими религиозных обрядов. Пасторы внушали своей пастве в мундирах фатальное восприятие войны. Например, при штурме артиллерийских батарей, всегда связанном с крупными потерями, солдаты не должны были пытаться укрыться от картечи и ядер – им предписывалось идти в атаку в полный рост, с высоко поднятой головой и думать, что без воли Божьей ни одна пуля не заденет никого из них. После сражения офицеры, говоря об убитых, вновь подчеркивали, что на все воля Божья.

Во время сражения священники часто выходили на поле боя и поддерживали паству словом, а иногда и делом. Многие священники погибали, когда под пулями врага пытались возвратить на поле боя бегущих шведов.

Самым сильным доказательством Божьего благоволения к шведам была победа – а шведы привыкли побеждать. Солдаты были убеждены, что шведская армия послана Богом покарать еретиков и грешников, бесчестных и нечестивых князей, которые начали эту войну без справедливых причин»[41].

Артикулом запрещалась любая критика высшего командования. Вместе с тем солдаты имели право сообщать о злоупотреблениях своих командиров высшему начальству, что позволяло поддерживать высокий уровень дисциплины, сплачивать подразделения и пресекать на корню попытки мародерства и дезертирства[42].

За умышленное членовредительство полагалось прогнать преступника сквозь строй из 300 человек шесть раз, т. е. осужденный получал 1800 ударов розгами, что приводило к его смерти[43].

Умышленная клевета и лжесвидетельство карались пожизненным заключением.

Статья 53-я предусматривала, что использование офицерами солдат в своих корыстных целях влекло наложение на них денежного штрафа. Лицо, сообщившее о нарушении со стороны офицера, получало вознаграждение в виде трети суммы от назначенного судом штрафа[44].

За небрежное несение караульной службы офицеры лишались месячного жалованья. За дезертирство в первый и второй раз полагался прогон сквозь строй, в третий раз – смертная казнь. Без приказа командира никто не имел право покинуть знамя. Выйти за пределы лагеря можно было только с письменного разрешения командира роты[45].

Мародерство наказывалось денежными штрафами и тюремным заключением[46]. Кроме того, община была обязана выставить за каждого дезертировавшего нового рекрута, что удерживало солдат от подобного проступка.

Можно сделать вывод, что артикул 1683 года был направлен на укрепление авторитета офицерского корпуса и повышение уровня дисциплины в рядах шведских вооруженных сил. Да, эти меры кажутся подчас очень жестокими, но именно поддержание высокого уровня дисциплины является залогом высокой боеспособности армии.

[25] Бобровский П. О. Указ. соч. С. 10.

[26] Бобровский П. О. Указ. соч. С. 10.

[27] Бобровский П. О. Указ. соч. С. 11.

[28] Åberg A. Göransson G. Karolener. Stockholm, 1976. S. 7.

[29] Höglund L. E. Op. cit. S. 14–19.

[30] Ibid.

[31] RA. (Государственный архив Швеции). 754. Militaria (Военные документы). II. Regementschefersskrivelser till Kungl. Maj: t (Доклады полковых шефов о состоянии вверенных им частей Его Королевскому Величеству). Närkes-och Värmlands infanteriregemente (Нёрке-Вермландский пехотный полк). Vol. М. 296 (1701–1723). S. 3, 6–7, 11.

[32] KRA. (Военный архив Швеции). Främmande arkivalier. (från Krigskollegii-Kammarkollegii och Statskontorets arkiv). (Сопутствующие дела. Военная коллегия – Каммар-коллегия и Статс-конторы архив).Vol. 36 а: Rekruteringsrullor 1703–1706. (Рекрутские списки 1704–1706 гг.). S. 27–36.

[33] KRA. (Военный архив Швеции). 0001. Krigskollegium: Krigskollegii kansli (Военная коллегия: Документы военной коллегии).Vol. Koo 64:1 (1700). S. 115–117.

[34] Åberg A. Göransson G. Op. cit. S. 17–19.

[35] Ibid. S. 30–33.

[36] KRA. (Военный архив Швеции). 0001. Krigskollegium: Krigskollegii kansli (Военная коллегия: Документы военной коллегии).Vol. Vol. Koo 66:1 (1702). S. 184–188.

[37] Höglund L. E. Op. cit. S. 14–19.

[38] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 4

[39] Hallegren J. Med Satan i ryggen i Guds armé.Brott mot Gud inom den svenska armén 1704–1723. Stockholms Universitet, Historiska institutionen, Höstterminen. 2016. S. 12.

[40] Hallegren J. Med Satan i ryggen i Guds armé.Brott mot Gud inom den svenska armén 1704–1723. Stockholms Universitet, Historiska institutionen, Höstterminen. 2016. S. 13.

[41] Цветков С. Э. Карл XII. М., 2000. C. 182–183.

[42] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 14

[43] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 15

[44] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 19–20.

[45] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 27.

[46] Crusensvärd G. At Ähra, Dygd och Mandom må inrotas vähi Krijgzfolckets modh och Sinne Utvecklingen av Svea Rikes krigslagstiftning under 1600-talet: En komparativ studie av 1621 och 1683 års krigsartiklar. / / HT–2012. S. 29.