Тихий стон, полный боли, встал поперек горла. Я попыталась подавить его, но он все равно вырвался наружу и затерялся в скрипе открывающейся двери.
– Я как раз собиралась тебя будить, – Селеста зашла в спальню и поднесла мне большую кружку. – Я сварила тебе ванильный латте.
– Спасибо, – я села и взяла кофе. – Я не думаю… не думаю, что хочу…
– Не-а, – подруга сбросила одеяло с моих ног. – Ты идешь, и я иду с тобой.
– Селеста…
– Если ты не пойдешь, Ева выиграет.
– Может быть, я больше не хочу побеждать.
– А я не хочу, чтобы выиграла она, так что вставай. Выпей кофе с сиропом, а потом оденься. Мы выходим через пятнадцать минут.
Я одарила Селесту своим самым тяжелым взглядом – или, по крайней мере, попыталась. Это было нелегко – подруга лишь закатила глаза на мою попытку выглядеть сердитой.
– Кроме того, ты пообещала мне на мизинчике. Эта клятва нерушима.
В полдень мы прибыли на площадь Вогезов, под аркадой уже было не протолкнуться. Очередь просителей вилась по всему кварталу. Интересно, как долго Джаред этим занимается? Положил ли начало ежемесячной традиции его дядя?
– Le culot de ces deux-là. «Эти двое такие наглые». Костлявая рука сжала мое предплечье и развернула меня. – Hé-oh. Derrière. «Встань в очередь».
Я скинула руку женщины.
– Мы здесь не для того, чтобы…
Прежде чем я успела объяснить, что мы пришли не ради аудиенции с Джаредом, Селеста прорычала:
– Не трогайте мою подругу.
– Я жду уже больше двух часов! – взвизгнула женщина, схватившая меня за руку.
Я оттащила Селесту назад.
– Мы здесь не по тем же причинам, что и вы.
Женщина сцепила руки перед собой.
– А зачем же?
Позади нее пожилая дама с облаком седых волос прижала к себе в защитном жесте маленького мальчика.
Взгляды в нашу сторону варьировались от раздраженных и обеспокоенных до откровенно агрессивных.
– Elles sont peut-étre des putes, – услышала я чей-то шепот. «Они, наверное, шлюхи».
– La petite est un peu jeune pour se prostituer, non? – ответили ему. «Разве низкая не слишком молода, чтобы заниматься проституцией?»
Селеста сжала кулаки.
– Мы не…
– Селеста… это не имеет значения, – я разжала ее кулак и потащила к кроваво-красным дверям, охраняемым Амиром и еще одним мускулистым охранником в идеально сидящем на нем костюме.
– Bonjour[41], – рискнула я.
Не говоря ни слова, Амир кивнул своему товарищу. Тот вставил ключ в замочную скважину.
[41] Добрый день (фр.).