— Осторожно опускайся. — сказал я.
Лия начала сгибать ноги, и остановилась только коснувшись задом воды, чуть слышно пискнув при этом. Я взял ее за вторую руку, и дело сдвинулось. Усевшись на дно ванны, она обхватила колени и выдохнула.
— Помнишь? Ты ведь была в ванне у меня во сне, когда первый раз явилась.
Лия задумалась.
— Да, помню… Но ощущения были другие, совсем другие. Это все же сон… Все что я видела и чувствовала там — это все взято из твоей памяти. Я знаю тот мир только твоими глазами.
— Откинься на спину.
Лия откинулась, прильнув спиной к стенке ванны, и вытянула ноги.
— Как хорошо… — блаженно выдохнула она.
— Во сне ты сказала тоже самое. — улыбнулся я.
— Все-таки ты необычный. Я еще не видела таких людей.
— Ничего, завтра увидишь. — пообещал я, — Своими глазами.
— Глазами… — слепая тяжело вздохнула, — Это все не правильно.
— Что не правильно? — не понял я.
— Все. Все не правильно. — туманно ответила Лия, — Не должно было так случиться.
Она вдруг стала грустной и серьезной.
— А как должно было случиться? — спросил я.
— Не знаю. Не так.
Она очень тяжело вздохнула. Я не понимал, что ее гложет, но не нашел в себе сил спросить.
— Побудь со мной, пожалуйста. — вдруг попросила она.
— Да, конечно. — ответил я и уселся на край ванны.
Лия протянула руку, нащупала меня, и стала шарить дальше, я понял этот жест и взял ее за руку.
— Грустно мне, — сказала она, — Не хочу я.
— Чего ты не хочешь?
— Всего. Всего не хочу.
— Ты про глаза?
— И про них тоже, но не только.
Я почесал ее голову свободной рукой.
— Не грузись, солнышко, все будет хорошо. — попытался я подбодрить слепую.
— Нет, чистый, не будет. — сказала она, и замолчала, крепко держа мою руку.
Я немножко сжал ее кисть, и расслабил хватку. Она, наверное, расскажет о своих мыслях, но не сейчас. Завтра у нас важный день, тайны и приключения ждут нас, нас двоих, меня и ее. Я вспомнил свой сон, в котором видел футуристический город. Неужели это и правда Москва?.. Наверное, слепая же говорит, что сны бывают пророческими. И тут я вспомнил сон, который видел еще в самом начале: как я стою во главе отряда в крутой броне с энергетическим оружием, и идем мы на Москву. Но этого отряда больше нет… А значит все сны фуфло полное. Я посмотрел на слепую. Сидела, откинув голову на стену, но на лице было выражение муки. Почему? Что такое? Она должна была хоть немного расслабиться.