Габриэль бросила на него усталый взгляд.
— Просто выслушайте.
— Говори, — настаивал Ник, выглядя обманчиво незаинтересованным.
Габриэль в замешательстве посмотрела на дверь главного домика.
— Хотите поговорить здесь?
— Внутри дети. Я не подпущу к ним людей, которые, по моему мнению, могли бы представлять угрозу для их безопасности.
— Справедливо. — Габриэль откашлялась. — Мне позвонила волчица, которая утверждает, что прочитала мою статью о Харли. И ещё утверждает, что очень хорошо вас всех знает. — Лиса посмотрела на Харли. — Ты ей не очень нравишься. На самом деле, она была рада рассказать о тебе… и ничего не попросила взамен.
— Что она сказала? — Харли не осознавала, что придвигается ближе к репортёрше, пока Джесси не выбросил руку, действуя как защитный барьер.
— Что ты приехала сюда в поисках убежища, потому что экстремисты подложили в машину бомбу, и некоторые из ваших родственников теперь охотятся на них.
— Твою мать, — выпалил Джесси.
Габриэль продолжила:
— Ещё она сказала, что, судя по небольшому рассказу о Клайве, ты, похоже, не испытываешь к нему никакого уважения и не знаешь, возглавляет ли он Движение. Должна признаться, меня это несколько разочаровало. Она также заявила, что ты скоро станешь владельцем клуба, в котором выступала. Я не знаю её имени; она не сказала.
— Ким, — догадался Брекен с мрачным выражением лица.
— Возможно, это не она, — сказала Шайя, но не выглядела убеждённой.
— Её голос казался молодым, — заметила Габриэль. — И говорила она горько.
Брекен кивнул.
— Ким.
Харли стало жаль его. Его сестра передала дела стаи репортёру, предав их всех, включая и его. Когда он повернулся к Харли с извиняющимся выражением лица, она отрезала:
— Не смей извиняться. Ты не виноват ни в чём, что другой человек делает или не делает.
— Если бы стало известно, что ты скоро станешь владельцем клуба, экстремисты, вероятно, разрушили бы его из злобы, — отметил он.
— Знаю, — сказала она. — Но ты не виноват, так что не стоит извиняться.
Эли похлопал Брекена по спине.
— Она права.
— Зачем ты пришла к нам с этим? — спросил Ник Габриэль, подозрительно прищурившись.
Габриэль потянула себя за блузку.
— Я сказала, что больше не буду писать статьи о Харли. И не стану. Но я подумала, что вам может интересно узнать, что кто-то из близких предал вас, тем более она, вероятно, пойдёт к другому репортёру, если я не напишу статью. — Она сглотнула. — Я не обязана была приходить к тебе с новостями.
— Значит, хочешь что-то взамен, — предположил Джесси
— Только то, чего всегда хотела: эксклюзив от Харли. — Габриэль повернулась к ней. — Даже если не знаешь, связан ли твой отец с Движением, всё равно можешь рассказать о нём.
Джесси зарычал.
— Ты не получишь историю от Харли.