Ядовитая ухмылка невольно расползлась на губах. Млада изо всех сил пыталась её сдержать, но не смогла и, в конце концов, рассмеялась. Гридни, стоящие на посту у шатров воевод и князя, удивленно повернули головы в её сторону. Сказал, что женится! Каков гусь! Знает, как подцепить на крючок юную девчонку. Нет, похоже, стыд никогда его не возьмёт. Неудержимый хохот раздирал на части, под рёбрами болело, скулы затекли, но Млада не могла остановиться. Хорошо бы кто-нибудь отвесил сейчас крепкую затрещину, чтобы заставить успокоиться. Наверное, только это помогло бы сдержать всю злобу и издёвку, что плескались в её горьком смехе.
Глаза Искры налились слезами, губы задрожали.
— Хватит! — наконец почти крикнула она.
Млада замолчала, наклонилась в её сторону, оглядела мягкий овал лица, гладкие щёки, тёплого зеленоватого оттенка глаза. Девчонка красива: наверняка, в деревне отбоя нет от ухажёров. Даже странно, что до сих пор не замужем. Но она слишком молода — ей не понять, что хорошенького личика и ладной фигурки хватит только, чтобы попасть в постель к Хальвдану. Но не привязать его к себе. Не придумали ещё такого поводка, чтобы накинуть на шею своевольного верега.
Искра сдержанно встретила изучающий взгляд: похоже, уже раздумала плакать. Млада только вздохнула, увидев самоуверенность на её лице. Любит себя, знает, что хороша. Странно, что сразу к Кириллу в постель не полезла.
Голос против воли полоснул холодной сталью:
— Хальвдан не женится на тебе. Ему достаточно того, что он уже получил.
Девчонка раздраженно поднялась, надменно посмотрела сверху вниз.
— Вот увидишь. Женится.
Глава 7
Хальвдан, ссутулив спину, мерно покачивался в седле. Время от времени всё вокруг начинало размываться перед глазами, терять очертания, он почти проваливался в дремоту, но заставлял себя встряхнуться. Странная и неспокойная нынче выдалась ночка.
Сначала в шатер Хальвдана пробралась Искра. Кто знает, почему гридни пустили девчонку так легко — даже его не спросили. И стоило бы сразу устроить за это хорошую взбучку, но желание лютовать и наказывать прошло, едва вспыхнув. Видно, просто услужить захотели, ведь не секрет, для чего обычно женщины к нему наведываются. Истинно девичьей скромностью Искра похвастаться не могла, а в её взгляде читалось настолько неприкрытое желание, что становилось даже как-то не по себе. Словно не юная девица смотрит. Её не остановило даже то, что вечером Хальвдан подошёл и как можно более спокойно и тихо постарался объяснить дурёхе, что ей лучше с ним не связываться. Молода, мол, да глупа. Но девчонка только загадочно улыбалась на его слова, а ни единому звуку не вняла. Ей бы с каким парнем своего возраста тайком у калитки целоваться — теперь же за такое поведение дома её никто по голове не погладит.
Уж как нагло и настойчиво Искра липла к нему — хоть силой из шатра выпроваживай. Точно муха к мёду. Уговаривала, припадала жаркими губами, вставая на цыпочки, а затем просто начала скидывать с себя одежду. И Хальвдан сдался — не железный ведь. К тому ж, правду сказать, девчонка-то хороша.
Да только надо же было случиться тому, что Млада пришла в шатёр Хальвдана ещё до того, как он успел спровадить оттуда Искру. В очередной раз гридни оплошали, за что всё же получили с утра пару лишних ночных дозоров на будущее и крепких слов вдогонку. А воительница, кажется, вовсе не удивилась тому, что старостова дочка оказалась в постели Хальвдана. И ничуть не смутилась, как бы он ни старался этого добиться. Посему раз от раза приходило всё большее убеждение, что эту девушку сроду ничем не проймёшь. Она напоминала камень, холодный и безразличный — убивает и любится, небось, с одним выражением лица. Лишь в один только миг помнилось, будто в её глазах промелькнула тень ревности. Когда Хальвдан, не сумев побороть невыносимого притяжения, коснулся её щеки. А может ему просто хотелось это увидеть.
Знать, с Младой вообще ни в чём нельзя быть уверенным. И больше всего — в целости своей шкуры.
Она легко, даже не моргнув глазом, уложила трёх вельдов. И не метни Рогл в одного нож — мальчишка-то тоже оказался не промах — уложила бы и четверых. Жаль только, последнему удалось сбежать. Но подобраться к самому становищу кочевников втихаря никто и не надеялся. С пронырливостью их жреца так или иначе вельды узнали бы обо всём загодя — вопрос только, насколько. А вот их способность скрываться в неких невидимых проходах могла добавить забот. Кто знает, где они выскочат снова. Лишь бы не в стенах Кирията.
Потому Вигену отправили гонца с донесением, чтобы он держал ухо востро. Не хватало ещё вернуться на развалины.
Хальвдан в очередной раз постарался согнать с себя мутную пелену дремоты и огляделся. Лес вокруг напоминал снеговика на солнце: оплывал, искажался. Дорога раскисла ещё накануне, ночью схватилась ледком, а теперь, к вечеру, больше походила на лужу. Вот так заснёшь, чего доброго, и рухнешь на глазах у всей дружины в эту мешанину. Разговоров на весь поход.
Ширился впереди просвет между деревьями. А там, в прозрачном, пронизанном золотыми лучами, воздухе, за сверкающей белизной гладью притока Нейры уже вырисовывалась Ракитка. И после всех неурядиц, свалившихся на дружину, радостно было видеть залитые солнцем дворы и дым, струящийся из печных труб. Раскиданные по невысоким холмам дома, уходящие вдаль обширные пашни — недаром тривичи самые лучшие земледельцы в княжестве. Потому вереги в недобрые времена, прогнав драккары по широкому руслу, каждое лето нападали на здешние земли. Теперь же торговали с местными племенами, как то подобает друзьям.
Однако даже издалека на окраинах можно было разглядеть следы бед, что коснулись людей с приходом вельдов. О них здесь напоминали темнеющие закопчёнными стенами остатки сожжённых домов. Как и многие другие племена, тривичи считали, что нельзя ставить новый дом на месте сгоревшего — иначе его рано или поздно постигнет та же участь. А потому свежие сосновые срубы они собирали как можно дальше отсюда. Едва не на другом конце Ракитки. Так безопаснее. И сейчас работа кипела: у реки достраивали избы, которые не успели закончить к зиме. В воздухе явственно пахло опилками и смолой. Скоро будет радость семьям, оставшимся на время без крова.
Звонко трындели у полыньи полощущие бельё бабы, не слишком тая от остальных последние сплетни. Даже не сразу заметили вышедший из тени леса головной отряд дружины. А заметив, засуетились. Побросали бельё — зазеваешься, и уплывёт — встали, прикрывая глаза ладонями от яркого солнца, и устремили взгляды на войско. Кто пожаловал, не враги ли?
Вои по добротному мосту медленно перебирались на другой берег. Скрипели доски и вздрагивали от топота ног да копыт. Хальвдан мимоходом подмигнул одной из разрумянившихся на лёгком морозе девиц, что, любопытствуя, поднялись от воды ближе к дороге. Подруга толкнула ту в бок локтем и что-то шепнула на ухо. Обе девчонки зарделись и захохотали в ладошки. Позади послышались оживлённые голоса кметей, тоже обрадованных нежданным женским вниманием.
В остальном размеренная жизнь тривичей, чуть притушенная наступившей зимой, шла своим чередом. По протоптанным после бурана дорожкам, уступая друг другу путь, сновали закутанные в тулупы и кожухи люди. Голосили дети, валялись в сугробах и кидались снежками. Но постепенно деревенские, насторожившись, выходили навстречу, пытливыми взглядами изучая побрякивающую оружием вереницу кметей. Некоторые особо шустрые мальчишки срывались с места и убегали, чтобы, верно, доложить старосте о прибытии самого князя и его войска.
Кирилл подозвал Лешко и что-то негромко сказал ему. Мальчишка кивнул и, развернув коня, поехал к хвосту войска. Вскоре он вернулся. За ним следом приехала и Млада, усадив к себе на седло Искру.
Тёмная река воев потекла по улице мимо. А Хальвдан вместе с князем, Бажаном и девицами остановились у дома старосты Земко. Из двора им навстречу высыпала гурьба мальчишек, галдя и толкаясь. Стало быть, хозяину уже доложили. Заметив прибывшего князя, сорванцы приосанились и тихонько друг за другом прошмыгнули в калитку. Однако далеко отходить не стали — уж больно интересно поглазеть. Над плетнем тут же появились их смешливые лица. Земко вышел встречать почётного гостя, довольно щурясь на закатное солнце, как сытый кот, и приветливо улыбаясь. За ним спешили сыновья, чтобы принять лошадей.
Открылись невысокие ворота. Хальвдан спешился и прошёл вслед за Кириллом на чисто убранный и расчищенный от снега двор.
Земко поклонился князю и протянул руку воеводам поочерёдно, Младу, казалось, даже и не заметил. Да она поперёк мужей и не лезла. Ещё и Искру придерживала в стороне, чтобы те поздоровались, как подобает.
— Здрав будь, владыка! — в очередной раз кланяясь, на всю округу гаркнул староста. — Мы вас ждали раньше. Непогодь, будь она неладна.
Кирилл выслушал и остановил уже было метнувшегося в дом Земко. Тот лишь недоуменно на него уставился. Князь кивнул на Искру, которая тут же робко подалась вперёд:
— Прежде всего, Земко, я хотел бы вернуть тебе и твоей жене вашу дочь. Ей очень повезло набрести на дружинников, которых я отправил искать дорогу после бурана. Иначе кто знает, что могло бы случиться.