Часть ее в ярости.
Как он смеет превращать ее всего лишь в покорное существо?
Но она никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как в тот момент. Его прикосновение было успокаивающим бальзамом для ее души и рассеяло страхи и воспоминания, вызванные к жизни пожарной тревогой.
И его грешные губы были слишком мягкими и полными для их же блага.
Нет.
Она и так слишком многим с ним поделилась. Он слишком много знает о том, кто она такая, о ее сопереживании мести и ее абсолютном срыве из-за такой простой вещи, как пожарная сигнализация.
Это закончилось. Это должно закончиться.
* * *
Но, видимо, у судьбы другие планы.
— Извините, мисс Уинтерс, но никто не может въехать в Грин Вудс и выехать из него из-за шторма на дорогах.
Она стискивает зубы, пытаясь урезонить буксирную компанию. — Я заплачу столько, сколько вам нужно. Мне просто нужно, чтобы кто-нибудь вытащил меня отсюда. Пожалуйста.
— Извините, мэм, — в голосе секретарши звучит искреннее сочувствие. — Но пройдет по крайней мере еще несколько дней, прежде чем кто-нибудь сможет вас отбуксировать. Ни одна машина не въедет и не выедет.
Это шутка, думает она. Жестокая, блядь, шутка.
Она заканчивает разговор, и почти сразу же ее телефон жужжит.
Это частный номер.
Она выключает телефон, не желая разбираться с тем, что он хочет сказать.
Вся эта поездка была ошибкой по многим причинам.
Его прежние слова заполняют ее разум, те, что он произнес сразу после поцелуя.
Не убегай от меня.
Но она должна бежать. Ей следует убраться как можно дальше от Эрика и Грин Вудса.
Она могла бы забыть все это, притвориться, что это был ночной кошмар, и вернуться к работе в Лос-Анджелесе.
Но теперь она даже не может уехать. Ее занесло снегом.
Она в ловушке.
Прошло меньше недели, а он видел ее чаще, чем большинство людей за последние несколько лет. Только Лита знает о ее страхе перед огнем, но она показала свою уязвимость в течение трех дней после встречи с кровожадным Альфой.
И в тот момент ей захотелось рассказать ему все.
Она хотела сказать ему, что в самых темных уголках своей души верит, что месть — это ответ.
И эта правда напугала ее больше, чем она могла себе представить.
Она должна уволиться.
Но ее внутренняя Омега знает, что она этого не сделает.
* * *