— Свяжите его, ради Пресвятой Девы, — сказал Торвальд, бросая Хельге свой пояс. — И дайте ему что-то, чтобы прийти в себя, хотя бы швайнехунда. Ох, йавлар, я знал, что дело плохо, но не думал, что настолько плохо.
Он поднял флорд и положил его в карман Грегора, который закинул Дика через плечо и понес его прочь из кают-компании.
— Он сильно нуждается в починке головы, — сказала Хельга. — А вашу голову, мастер Ройе, кажется, уже поздно чинить.
— Не вы ли только что изволили на него орать?
— По его больным местам смачно оттоптались именно вы, — тихо ответил за Хельгу Дельгадо. — Моя вина, сеу Ройе, я должен был понять, к чему идет, и пресечь это сразу. Вы человек рассудка, но когда дело касается эмоций, вы, простите меня, просто обезьяна в оружейной.
— Я всего лишь сказал правду.
— Да, и на удивление бесполезную. Психические травмы не проходят по команде «соберись!».
— Но и слова «ох, бедный мальчик» их тоже не излечивают!
— По крайней мере, за такие слова тебе не выпустят кишки, — мрачно сказала Кендра.
— Ваш юный мессия показал свое настоящее лицо, — Вальне встал. — Капитан Нордстрем, вы поняли теперь, какой ошибкой было брать его на борт? Вы не верили, что он в дьявольской прелести — а теперь мы наблюдали самое настоящее беснование. Я бы советовал…
— Ох, да заткнитесь вы, Бога ради, — сказал Торвальд.
— Заткнись, та миг фан! — рявкнула Хельга.
— Умолкните, старый дурак, — повернулся к Вальне Детонатор.
Поскольку все трое высказались одновременно, Вальне нечего было противопоставить такому единодушию, и он опять сел.
— Тор, сделай мне любезность, — попросила Хельга. — Не хочу видеть этого засранца на борту моего корабля.
— Тебе придется потерпеть, пока с «Фаэтона» пришлют глайдер. Тем более, нам нужен господин Бадрис. И… может, мне стоит забрать юношу?
— У тебя на борту гемы, — напомнила Хельга. — Они не поймут, если парень начнет от них шарахаться.
— Тоже верно. Но оставлять его на борту с господином Ройе, пожалуй, опасно.
— Не волнуйтесь, я не дам себя прирезать, — усмехнулся Детонатор.
— Обезьяна в оружейной, — проговорил Габо.
— Да чего вы от меня хотите!? Чтобы я прижал его к груди, поцеловал в лобик и спел колыбельную? Я не могу собственного сына обнять! Я должен был отречься от своей плоти и крови, чтобы сохранить своих детей в безопасности! Я предал своего друга, чтобы спасти жизнь его жене! Я должен был вести себя как последняя мразь, чтобы Нуарэ и его прихвостни мне поверили! Если кто здесь и отрекался от своей совести и сути, то это был я! И я не требую жалости за это! И не говорю, что сделал это ради кого-то, кроме себя! Да, это я хотел остановить сползание Сога в дерьмо! Это я хочу вытащить Дом Рива из ямы! Если кто и понимает, как чувствует себя этот щенок — так это я!
— Нет, вы не понимаете, — ответил Дельгадо. — Подумайте вот о чем, мастер Ройе. Родители этого мальчика умерли страшной смертью на Сунагиси. Его усыновил экипаж Синдэнского корабля, но им пришлось оставить его на Мауи в сиротском приюте. Затем его усыновил капитан «Паломника», и этот человек погиб у него на глазах. Его опекуншу тоже забрали от него, и он долго думал, что она мертва. Он встретил Нейгала, и Нейгала убили. Наконец, он привязался к вашему брату… и вы знаете остальное. Он настолько часто терял тех, кого любит, что приучил себя заранее ожидать потери. Иначе он сошел бы с ума. Вот почему он не сказал нам ни слова. И вот почему он не попросил вас о помощи, а предпочел пойти на сделку. Он боялся доверять нам, боялся доверять вам — он как бы заклинал себя от потери.
Ройе какое-то время молчал, и наконец тихо произнес:
— Вы не можете требовать, чтоб я заменил ему отца. Всех отцов, которых он потерял.
— Боже сохраньи вас обоих от этого! — воскликнул Лапидот.
— Нет, — сказал Дельгадо. — Но я могу требовать — и буду! — чтобы вы помнили: эмоциональная сфера этого мальчика — оружейная. Не лучшее место, чтобы нажимать на все, что торчит и дергать за все, что свисает. Взорванный Детонатор — чертовски мрачная ирония.
— Одно я знаю точно, — сказал Торвальд. — Он был прав, оставаться с нами он не может.
— Нужно, чтобы Сильвер порылась у него в черепушке, Или ты, Габо, можешь сделать это? Ты только что говорил как форменный сайк. Ты из них?
— Нет, я получил только основы. Сильвер справится лучше.
— Так кто ты все-таки? — спросил Грегор, который вернулся с минуту назад и все это время молча стоял у двери.