— Но, господин Бадрис… Если вы видели этот бот на сканере как наш… Значит, он подавал наш код?
— Именно, — отчеканил эколог. — И я хочу понять, почему. Отправляйтесь к капитану, доложите и ждите меня там.
У эколога был вид хорошо воспитанного человека, которому по смертельной необходимости нужно провести тайный обыск в чужой спальне. Дик не сомневался поэтому, что господин Бадрис просмотрит лог быстро. Он отправился наверх и доложил Торвальду о неожиданном открытии.
Торвальд вызвал Стейна и Вальне. Дик не выходил из рубки, раздумывая, стоит ли попросить разрешения остаться. Ему хотелось услышать, что скажет Бадрис.
Когда Стейн и Вальне прибыли, Торвальд попросил юношу пересказать всю историю для них. Дик еще не закончил, когда дверь открылась и эколог, шагнув в рубку, бросил мнемопатрон прямо в руки Торвальду.
— Ну что? — спросил тот.
— Этот бот, — Бадрис неспешно вынул из гнезда сифон, взял из стопки одноразовый стакан, напустил себе воды, одним глотком выпил и тут же налил еще. — Следовал за нами от Шункана. Только за нами. Не отвлекаясь ни на косяки рыб, ни на китов, ни на кракенов. И у него была наша сигнатура. Каждый раз, когда я ловил его на сканере поблизости, я думал, что это рыскает один из моих. Интересно, не правда ли?
— Убийственно интересно, — согласился Торвальд. — Эта штуковина… она вроде бы непростая и очень редкая?
— Одна из опытных моделей разработки Кордо.
— И ее может купить не каждый первый?
— Ее вообще никто не может купить. Идут полевые испытания. Ее давали бесплатно, но под гарантию компенсации ущерба.
— И кто-то взял ее, чтобы проследить нас от Шункана до…
— До встречи с «Юрате» и «Фафниром», — подсказал Стейн. — Нам повезло, что малый пырнул эту… вещь.
— Да, его предполагаемые хозяева вряд ли станут подавать на Сейта в суд за ущерб, — согласился господин Бадрис. — Но что они сделают, когда в назначенное время бот не вернется?
— А что они могут? — спросил Стейн. — И что может эта штуковина? Например, то, что говорилось на палубе, могла она слышать?
— Нет, — уверенно сказал Бадрис. — Могла кое-что увидеть и заснять. И уж конечно, увидела и засняла этого… миссионера.
— Она ко мне так и бросилась, — сообщил Дик, когда все повернулись к нему. — Прямо чуть ли не обмоталась вокруг…
— Я видел ваш поединок — ее глазами, — усмехнулся Бадрис.
— Ты действуешь быстрей, чем соображаешь, — Стейн хлопнул Дика по плечу. — Но иногда это хорошо.
— Да, если бы было наоборот — бот принес бы хозяевам роскошные доказательства того, что юноша скрывается именно у нас.
— Что будем делать? — спросил господин Бадрис.
— Стратегически — наилучшим вариантом было бы подделать лог, — скал Торвальд. — И отпустить бот восвояси, с объяснением, что мы, например, случайно повредили его снастью. Это ведь случается?
— И нередко, — согласился Бадрис. — Но подделать лог не так-то просто.
— Холмберг справился бы. Однако если мы его выпустим, он и дальше будет следовать за нами — и проследит встречу с двумя другими навегами…
— Которую все равно можно будет отследить со спутника, — вставил Стейн. — Я думаю, в систему экологического слежения синоби прорвались легко.
— Но со спутника нельзя будет проследить, на каком из трех кораблей в конце концов оказался юноша.
— А с ботом — можно? — изумился Стейн.
— С этим — да. Понимаете, это действительно нечто особенное. Шедевр. Если у синоби есть образец ДНК — а я готов поспорить, что он есть — он будет следовать за молодым человеком как пес. Повсюду, где есть водоемы. Он улавливает чудовищно малые концентрации запахов. Его можно натравить не только на какой-то особый вид рыбы — но и на определенную конкретную рыбу. Тем паче — на конкретного человека, чей индивидуальный, скажем, вкус гораздо.
— Но здесь восемьдесят шесть человек, — Стейн все никак не мог поверить в могущество техники. — Ладно, у гемов ДНК одинакова, считаем их всех за одного. Пятьдесят один человек. Все потеют, моются, ходят в гальюн…
— Это осложняет задачу, — Бадрис приподнял брови. — Но не так сильно, как вы думаете.