— Если госпоже угодно, — прогудел правофланговый, — она может заказать для своих охранников татуировки.
Бет обвела взглядом их всех. Братья-близнецы Рэя, они были совсем непохожи на него. Никого из них нельзя было бы с ним перепутать. Он не нуждался бы в татуировке.
— Нет, — сказала она. — Я еще придумаю, как вас различать, а пока что я дам вам имена.
Она подошла к «правофланговому» и коснулась рукой его плеча.
— Роланд.
Потом шагнула к следующему:
— Оливер.
К третьему:
— Галахад.
И к четвертому:
— Кей. А теперь встаньте.
Морлоки не поднялись.
— Госпожа забыла кое-что, — прогудел Роланд.
— Ты про пароль, который у вас вызовет приступ симпатии ко мне? — Бет помахала дарственной: — «Стереть тут»? Нет, ребята, мы обойдемся без этого.
Морлок поднял на нее глаза.
— Но мы не можем без этого обойтись, — судя по голосу, он растерялся, если не паниковал. Паникуют ли морлоки, и если паникуют, то как? Что это для него значит — необходимость возражать новой хозяйке? Что для него значит этот пароль?
— А мы попробуем, — ухмыльнулась она и спрятала дарственную за корсаж комбо. — Так что, вы должны все время ходить за мной, все четверо?
— Каково будет желание госпожи? Обычно охранники сменяются, сопровождая господина по двое.
— Ладно, — кивнула Бет. — Значит, ты и ты, — она показала пальцами на первого и четвертого. — Сейчас идете со мной. А вы двое устраивайтесь здесь. Пусть Нэко, это моя экономка, устроит вас. Найдите ее внизу.
Морлоки ответили поклоном и двое удалились, неся свои пожитки и вещи товарищей.
— Теперь так. Роланд и Кей… — Бет назвала имена, чтобы убедиться, что она по-прежнему их не путает. — Кто из вас умеет водить карт?
— Мы все умеем, — видимо, Роланд должен был и отвечать за всех.
— Класс. Значит, ты за рулем.
Они спустились на лифте в гараж, и Бет своим перстнем-ключом открыла карт.
— Мы едем в императорский дворец, — сказала она, усаживаясь рядом с водителем. — Ты в курсе, как туда проехать? Или вызвать навигатор?
— Роланд знает дорогу, — кивнул морлок.
Даже на эстакаду, ведущую к императорской резиденции, нельзя было въехать, не пройдя контроля на посту. И было еще две проверки — у ворот и в гараже. Бет узнали и отдали ей честь: офицеры отсалютовали флордами, морлоки склонились до земли. С Роланда и Кея считали индексы клейм.
В грандиозном дворе Ониксовых Палат было специальное помещение для морлоков: к императору запрещалось входить с личной охраной. Запрет этот был введен как раз после того как Экхарт Бон («мой отец», — Бет специально заставляла себя так думать всякий раз, вспоминая его имя) совершил сэппуку перед яшмовым ликом Солнца Аттара. Солнце Аттар, по слухам, изволило разомкнуть уста и блевануть на золототканые одежды ручной работы. Во избежание таких вот конфузов и повелели охрану оставлять за пределами Ониксовых Покоев.
Бет покинула своих новобранцев под присмотром специального чиновника из личной СБ императора и поднялась по ступеням высокого крыльца к длинной колоннаде.
Распорядительница императорского двора госпожа Нухху обычно пропускала Бет без разговоров — но на этот раз огорошила ее, сообщив, что у Керета приватная беседа с очень дорогим гостем. Людей, которых нельзя было отослать поскорее, узнав, что пришла невеста императора, можно было бы сосчитать по пальцам, не разуваясь, так что Бет стало жгуче любопытно, что же это за человек?