— Пошли.
Утром Бет получила приятное известие: на сегодняшнюю заседаловку Лунной палаты идти не надо. Это была бабушкина затея — таскать ее на эти заседаловки, чтобы она понимала, в чем заключается работа цукино-сёгуна.
Лунная палата состояла сплошь из баб и занималась делами мира — в противовес Солнечной, занимающейся делами войны и внешней торговли. К делам мира относились терраформирование, внутренняя торговля, производство гемов, заключение межклановых браков и, конечно, Проект.
Благодаря этим заседаловкам при консультациях Огаты Бет действительно стала кое-что понимать относительно Картаго. И понимать даже чуть больше, чем того хотела леди Альберта. А именно — до нее стало доходить, что леди Альберта не справляется.
— Она — ученый, а не политик, — сказал Огата, когда Бет спросила его об этом. — Ее научный гений никто не оспаривает, и у себя в лаборатории она действует примерно в таком же стиле, в каком пытается действовать здесь…
Бет кивнула.
— «Я не хочу знать, почему этого нельзя сделать. Я хочу знать, КАК это сделать», — сказала она голосом, очень похожим на бабушкин. Рин засмеялся.
— Да примерно так. Видишь ли, твоя мать была политиком. Она привыкла учитывать настроения людей, играть их стремлениями и разрешать противоречия за счет компромиссов. Леди Альберта видит задачу, которая должна быть решена и не понимает, почему все еще не распределили между собой обязанности.
— Я иногда тоже не понимаю, — призналась Бет. Рин вздохнул и отложил вилку (дело было за обедом).
— Что обсуждали сегодня? — спросил он.
— Энергопоставки в сто девятый сектор, — Бет поморщилась. Шла рубка не хуже, чем на первых Соборах по вопросам о единосущности Отца и Сына, только что за волосы никто никого не таскал.
— А что такое сто девятый сектор? — спросил Рин.
— Э-э-э… — Бет попыталась вспомнить, но не смогла и обратилась к киберсекретарю.
— Теплицы и парники.
— Верно. Они находятся под силовыми куполами. Перебой в энергии во время осенних дождей может погубить работу нескольких лет.
— А зимой… — Бет изобразила понимание.
— Нет, зимой Анат не так уж плохо и куда больше шансов, что растения переживут отсутствие купола на несколько часов… Ты просто не видела пока еще настоящих осенних дождей.
— А-а-а, — Бет неприятно было осознавать, что она снова села в лужу. — А в чем проблема с этими поставками? Почему нельзя дать туда столько энергии, сколько надо?
— О, вот здесь и зарыта собака, — улыбнулся Рин. — Клан Сейта, которому принадлежат энергостанции девяносто третьего сектора, состоит в союзе с кланом Миура, который держит свои собственные теплицы на плантациях далеко за пределами города. Рынок сбыта живых овощей и фруктов весьма ограничен, и становится уже с каждым годом. Население Пещер Диса беднеет. Все больше людей не могут себе позволить свежих фруктов и овощей. Поэтому Миура с удовольствием удавили бы теплицы Шота в сто девятом, а Шота с удовольствием удавили бы Миура более низкими ценами.
— А нельзя покупать энергию у другого клана? — не поняла Бет.
— Можно. Но это потребует прокладки новых коммуникаций, это нужно будет привлекать к делу муниципалитет и начинать новое строительство. А для города лучше всего, чтобы Шота и Миура конкурировали и ни один из них не мог диктовать цен.
Рин развел ладонями и снова взялся за вилку.
— Ваша бабушка пытается решать эту — и другие проблемы — так же, как она решает проблемы, возникающие в лаборатории. Но там она имеет дело с коллективом единомышленниц. А здесь у нее — представительницы разных кланов с разными, порой трудно примиримыми интересами.
— Как вы еще не передрались между собой… — проворчала Бет.
— Клятва, — сказал Огата, словно это все объясняло. — Там, где идет речь об общественной безопасности, даже враждующие кланы сотрудничают. Потому что общество наказывает тех, кто ради своих интересов пытается его разрушить.
— Фиговый же инструмент эта ваша клятва, — сказала Бет.
— Не более и не менее, чем любой другой, — Огата взял вилку и вернулся к еде.
Этот разговор был две недели назад — а сейчас вот Бет освободили от заседаловок. Ура.
Какое, к черту, «ура»! — Бет даже подскочила на кровати. Идиотка! Они же там будут обсуждать элиминацию гемов — вот, почему ее решили не пускать! Бет рывком отбросила одеяло, и Белль (собственно, и разбудившая ее) подала ей какой-то конверт.
— Это еще что такое?