— Письмо от господина Огаты, — Белль тут же начала застилать кровать.
«Дорогая госпожа моя и сестра!», — прочитала Бет, развернув плотный, шелковистый на ощупь лист. — «Твои дядя и бабушка сочли, что непосредственная угроза твоей жизни миновала, и ты достаточно освоилась в обществе Картаго, а потому мои услуги более не требуются. Не желая тебя беспокоить, я покинул гостевые апартаменты ночью, пока ты спала, и оставил это письмо с указанием вручить его тебе, как только ты проснешься.
Прости меня за то, что я не попрощался лично — не будь новое мое поручение таким срочным, я непременно сделал бы именно так. Прости меня также за то, что я не могу собственными устами поблагодарить тебя за то удовольствие и ту пользу, что я получил от нашего с тобой общения. Мне остается только надеяться, что они были обоюдными и что я научил тебя большему, чем предполагал. Твой Рин».
— Ах ты черт, — прошептала Бет и сунула письмо в книгу на столике. Значит, устранили и Рина. Шеф синоби решился возражать — и синоби удалили из окружения юной принцессы. «Новое поручение»? Ха! Шито белыми нитками.
Пока она умывалась и чистила зубы, служанка подала сегодняшний костюм: узкие брюки-«нимы» и длинный шелковый пали.
— Нет, не это, — сказала Бет, решительно прошагала к шкафу и распахнула двери. На кровать полетел «малый парадный комплект»: черный комбо, красная гербовая накидка.
— Прическа, госпожа… — пролепетала ничего не понимающая Белль.
— Сама, — нахмурилась юная хозяйка, собирая гребнем кудри. Что же сделать? Хвостик? Не пойдет к «малому параду». С узлом возиться лень… Ага, вот решение — просто, как все гениальное.
— Госпожа! — ахнула Белль, роняя вешалку.
— Не подходи! — крикнула ей Бет. — Это приказ.
Толстый пучок волос не отрезался в один прием и даже в два. Бет кромсала, кромсала, кромсала… пока наконец он не остался в ее руке — тугой золотой «султанчик». Положив его на полку перед зеркалом, Бет критически оглядела себя на предмет упущенных из виду локонов и отдельных волосков.
— Вид сзади, — приказала она зеркалу. — Вид справа. Вид слева.
Вроде ничего. Конечно, видно, что волосы отхвачены, хм… не мастерской рукой. Но это тоже по-своему эффектно.
— Ах, что же вы сделали… — жалобно проговорила Белль.
— Убавила тебе работы, — Бет сбросила пижаму и взяла комбо. — Ну чего ты смотришь, выкинь их куда-нибудь.
— Они такие красивые, — вздохнула Белль.
— Значит, сделай из них боевое знамя, — Бет надела накидку и посмотрела на себя в зеркало. Потом пошла к двери.
— Куда вы, госпожа? Белль должна следовать за вами.
— Не надо, — отрезала Бет. — Мне не нужна компания. Посиди тут, отдохни… э-э-э… почитай.
— Кому?
— Себе, балда. Ты что, никогда не читала для собственного удовольствия?
— Белль довольна тем, что служит госпоже.
— Уххх… — Бет подошла к книжной полке, пробежалась глазами по названиям, схватила томище «Моби Дика». — На возьми. Чтобы к моему возвращению дочитала вот до этого места. Всем скажи, что это приказ. Пока.
Она вышла из спальни и прошествовала в гостиную. Там ее ожидал новый сюрприз: прямо на ковровом покрытии, поджав под себя ноги и подвернув хвосты, сидели четверо морлоков в черно-красных гербовых туниках. Увидев Бет, они поклонились ей в пол.
— С добрым утром, — растерянно пробормотала она. — Это еще что такое?
Морлоки снова коснулись лбами пола, и тот, что сидел справа, протянул Бет конвертик.
— Сейчас вроде не Валентинов день… — Бет распечатала пакет. Оттуда выпала записка — она узнала дядин почерк — и документ на пластиковой карте, дарственная, честь по чести, с серебряным квадратиком в углу и надписью «стереть тут».
Бет прочитала сначала записку, которая во многом повторяла письмо Огаты.
«Эльза! Твой брат срочно понадобился сеу Ли, и я отпустил его, потому что, в общем, его работа сделана. В постоянной охране ты больше не нуждаешься, а необходимый уровень твоей безопасности я решил обеспечить, подарив тебе гемов-телохранителей. Эти четверо тренированы подобающим образом, Рин сам проверил их, так что считай это подарком от нас обоих. Могу тебя поздравить также с тем, что твое дворцовое заключение закончилось: после свадьбы тебе трудно будет оставаться частным лицом, так что сейчас я хотел бы, чтоб ты немного расслабилась. Можешь съездить в город за покупками, сходить потанцевать, пойти на вечеринку или устроить прием у себя. Я буду занят весь день, но хотел бы видеть тебя на ужине. Рихард».
— Значит, вы — мой подарок, — Бет сдвинула брови, потом взяла дарственную. — Ладно. Я буду называть номер, а вы поднимайте руки, чтоб я знала, где кто. Двести шестой, двести пятьдесят второй, сто восемьдесят пятый и сто шестьдесят третий… Замечательно. Что мне, ленточки вам повязать, чтобы различать вас?