– Игрушка?!
Вспомнились кучи тряпья и пыль, что совсем недавно была человеком. Не скажу, что я сильно переживал из-за смерти нескольких придурков. Но Машка, надо думать, реально опасается Ножа. Кажется, у него еще та репутация в этом мире.
– Любой из нас когда-то развлекался созданием таких игрушек. А потом подбрасывал их в соседние миры. Ты там поосторожнее у себя будь. Не хватай все, что попадется под руку. Иногда выплывают такие штуки, что даже я их немного опасаюсь.
– Зачем?
У меня голова шла кругом. Нет, квадратом. И по диагонали.
– Что «зачем"?
– Зачем вы делали их?
– Чтобы таскать куски из чужих тарелок. Все очень просто. Теперь, убивая других моей игрушкой, ты будешь отправлять ко мне маленький вкусный кусочек. – Собеседник облизнулся, а меня аж передернуло. – Не волнуйся, кое-что останется и тебе. За службу.
Пошутил он или на полном серьезе сказал, не знаю. Но настроение мне испортил.
– Я выброшу его на фиг!
– Попробуй! Последний пользователь долго не мог сделать этого. Но зачем отказываться от того, что у тебя так хорошо получается? И подумай о вознаграждении. Я не жадный.
– Я стану богом? – Возвращаю усмешку этой наглой черной морде. Надеюсь, у меня получилось улыбнуться так же паскудно.
– Не думаю. И бессмертным ты тоже вряд ли станешь. Но убить тебя будет очень непросто. И проживешь ты дольше многих. Подумай. А там как хочешь…
Пока я соображал, чего бы такого ответить этому болтуну, он дунул в мою сторону.
С какой это радости меня подняло в воздух, перевернуло несколько раз и куда-то понесло, я так и не понял. Минута-другая таких кувырков – и я перестал ориентироваться в пространстве. Когда меня занесло в туман, тоже не заметил. Только что вокруг не было никакого тумана, и вот уже его полным-полно. Лезет в рот, в глаза, облепляет тело, не дает шевельнуться и вздохнуть. Изо всех сил пытаюсь выбраться и…
Раздались аплодисменты. Сначала – жидкие, потом переходящие в овацию. Интересно, за что это мне? Я ведь ничего такого не сделал. Только и того, что смог вздохнуть.
Еще послышались какие-то голоса. Слов не разобрать. Многоголосое бормотание. Пытаюсь понять, что бы оно значило! Будто от этого зависит моя жизнь. В сумятице голосов улавливаю знакомый. Чей, не помню, да это и неважно. Слова важнее. И я цепляюсь за них, ищу смысл. Как хватался когда-то за осыпающийся карниз и лихорадочно искал опору. А до земли было пять этажей.
Многоголосица становится слаженным хором, что скандирует одно-эдинственное слово. Аплодисменты задают ритм. Слово почти понятное, почти знакомое…
– Ларт, ларт!
Еще немного – и я пойму, что это такое, еще немного…
– Ларт, ларт!!!
Зов, от которого не отмахнуться, не…
– Слышу, иду, – хочу крикнуть я, а голоса нет. Только хрип.
И оглушительный, рвущий барабанные перепонки крик:
– Ларт!!!
Меня подхватывает вал оваций и с размаху швыряет в темноту. Туман исчезает, будто его и не было.
Задыхаюсь от запаха цветов и сырой земли. Кажется, я попал на кладбище…
«Не надо меня закапывать – я еще живой!..»
Самое страшное проклятие, какое может услышать врач: чтоб все твои клиенты были врачами!
Кажется, ерунда, чего там страшного?.. А попробуй полечи умного больного. Все-то ему не так, все-то он лучше своего лечащего знает и со справочником в руках докажет, что доктор болван и коновал, которого и к лошадям подпускать нельзя. А если пациент сам врач – все, тушите свет. Этот умник в точно таком же случае назначает своему клиенту совсем другое и… Короче, коррида и пирожки с котятами обеспечены. Ну не умеют врачи нормально болеть – и все тут! Из двадцати захворавших только один принимает все назначения с улыбкой великомученика и страстотерпца, а потом спокойно отправляет рецепт в мусорку. И никакого мордобития и ора с использованием ненормативной латыни.