Кипан принюхался и взял мешочек.
– Знаю. Дорогое зелье. – Он запустил пальцы в мешочек. – Спасибо, Нип. Я твой должник.
– Сочтемся, Крант. Ты же не собираешься сегодня умирать?
– Нет. Не собираюсь.
Кипан занялся своей царапиной, которая все еще кровоточила. Щепотка желтой пыли – и на ране появилась рыжая корка. А кипан зашипел и выругался сквозь зубы.
В моей руке была полная фляга, и я вдруг вспомнил, что ничего не пил с самого утра. И во рту сразу пересохло, будто я съел полный котел асты.
Быстро открыл флягу, глотнул раз, другой.
Молодой опять что-то захрипел и замахал рукой. Он сидел и даже не пытался встать.
Я так сильно его придавил?
– Ролус помоги ему подняться. Наш отважный мастер так устал, что у него ноги дрожат.
Кипан засмеялся, а Ролус бросился помогать молодому охраннику. Из всех, кто смотрел поединок, только Ролус остался возле нас.
Я сделал еще глоток и понял, что нам пора менять воду – эта уже задохнулась. Хотел сказать кипану, но что-то хрустнуло на зубах и во рту стало горько. Я выплюнул на ладонь вязкую желтоватую слюну. А вместе с ней маленького красного жучка. Уже раздавленного. Лекари делают из них мазь от ожогов и сильный яд.
Фляга вдруг сделалась очень тяжелой и упала на дорогу. Потом и я лег рядом. Таким уставшим я никогда еще не был. Быстро темнело. Теперь я знаю, что над дорогой тоже бывает ночь. А ночью трудно дышать. И голоса в темноте плохо слышно. И непонятно, кто говорит и о чем.
– …я не хотел! …он сказал!
– …ты гайнул, Ситу…
Кто-то тряс меня и кричал над ухом:
– …ости, Нип! Я не знал, зачем ему фляга!..
Я открыл глаза и увидел флягу. Вода текла и текла из нее. Вся плита намокла и опять сияла. На ней не было рун – только рисунок. Пояс Мюрту, свернутый кольцами. Вода текла по кольцам пояса к середине рисунка. Там получился маленький водоворот. А вместе с водой кружились красные жучки. Много красных жучков. Они были такие яркие, что я не мог на них смотреть. Я закрыл глаза и услышал голос демона:
… И надо же было так лохануться!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Тряхнуло. И реально так… Не держался – слетел бы вниз. Камушком. А там – всмятку…
«И пораскинул он мозгами на два квартала…»
Ну это вряд ли. Сколько ж мозгов надо?
Это мне с перепугу всякая ерунда в голову лезет. Воображение у меня богатое и опыта хватает: видел, что бывает с теми, кто птицами себя воображают, да с шестнадцатого этажа… прыг. Мордой в бетон. Зрелище не для слабонервных.
Ладно, проехали. Вернее, приехали. Дальше лифты не «ездют» – дальше на своих двоих «ходют».
А Тощая дрыхнет. Даже улыбается. Спит, блин, – никакой у нее не обморок. Во нервы! Как у Наташки.
– … Все, Лёшка, я сплю. Делай, что хочешь, только не буди.
– А если камни с неба?
– У меня зонтик… – Зевает во весь рот. – Откроешь и подождешь, когда я проснусь.
На майские праздники это было. Вино, шашлычки, берег реки, старый дуб… Отметили, расслабились. Ларку на природу только под наркозом вытащишь. Или за отдельную плату. Об интиме и речи никакой – вдруг в кустах кто сидит, подглядывает?..