MoreKnig.org

Нанкинская резня: читать начало книги онлайн

Автор: Чан Айрис



Шрифт:

Женщины для удовольствия: наследие Нанкина

Одним из наиболее причудливых последствий случившегося в Нанкине массового насилия стала реакция японского правительства на возмущение со стороны западных государств. Вместо того чтобы наказать виновных солдат, японское верховное командование запланировало создание гигантской подпольной системы военной проституции, вовлекшей в свою сеть сотни тысяч женщин по всей Азии. «Японский экспедиционный корпус в Центральном Китае отдал приказ открыть на этот период дома удовольствия, – отмечает Ёсими Ёсиаки, выдающийся профессор-историк Университета Чуо, – поскольку Япония опасалась критики со стороны Китая, Соединенных Штатов Америки и Европы после случаев массового насилия в промежутке между сражениями в Шанхае и Нанкине»[87].

План был прост. Заманив, купив или похитив от 80 до 200 тысяч женщин – большинство из японской колонии в Корее, но многих также и из Китая, Тайваня, Филиппин и Индонезии, – японские военные надеялись снизить процент беспорядочного насилия над местными женщинами (уменьшив возможность для международной критики), сдержать распространение венерических заболеваний посредством использования презервативов и таким образом вознаградить солдат за долгое пребывание на фронте. Естественно, позднее, когда мир узнал об этом плане, японское правительство отказалось признать свою ответственность, настаивая в течение последующих десятилетий, что военными борделями заведовали местные частные предприниматели, а не имперское правительство. Однако в 1991 году Ёсими Ёсиаки обнаружил в архивах японского министерства обороны документ под названием «О наборе женщин для военных борделей»[88]. На документе стояли личные печати представителей японского высшего командования, и в нем содержался приказ о немедленном строительстве «заведений для сексуального удовольствия», чтобы прекратить насилие военных над женщинами в контролируемых японцами регионах Китая.

Первый официальный дом удовольствий открылся в окрестностях Нанкина в 1938 году. Слово «удовольствия» в отношении как женщин, так и домов, в которых они жили, выглядит смехотворно, поскольку оно наводит на мысль об идиллических образах прекрасных гейш, играющих на лютнях, купающих мужчин и делающих им массаж «шиацу». В реальности условия в этих борделях были крайне убогими с точки зрения большинства цивилизованных людей. Бессчетное множество этих женщин (которых японцы называли «общественными уборными») кончали с собой, узнав о своем предназначении; другие умирали от болезней или были убиты. Тех, кто остался в живых, ждали пожизненный позор и изоляция, бесплодие и разрушенное здоровье. Поскольку большинство жертв происходили из культур, идеализировавших женское целомудрие, даже те, кто выжил, редко рассказывали после войны (большинство – вплоть до самого недавнего времени) о том, что им пришлось пережить, в страхе перед еще большим позором и осмеянием. Азиатское конфуцианство – особенно корейское – возводило женскую непорочность в ранг большей добродетели, нежели сама жизнь, убежденно веря, что любая женщина, пережившая подобное унижение и не покончившая с собой, оскорбляет общество самим фактом своего существования. Соответственно, прошло полвека, прежде чем некоторые из «женщин для удовольствия» нашли в себе смелость нарушить молчание и потребовать денежной компенсации от японского правительства за их страдания.

Мотивы Нанкина

Теперь мы переходим к самому волнующему вопросу – умонастроениям японцев в Нанкине. Что именно толкало на подобные зверства юного солдата, которому вручили винтовку и штык?

Над этим вопросом задумывались многие ученые, но обнаружили, что на него практически невозможно ответить. Теодор Кук, написавший вместе со своей женой Харуко Таей книгу «Япония на войне: устная история», признаёт, что жестокость Нанкинской резни повергает его в смятение. Он не находит никаких аналогов в истории гражданской войны в Японии; систематическое уничтожение и массовые убийства населения городов походят, скорее, на часть монгольской, а не японской культуры. По его словам, попытки исследовать образ мыслей японцев в Нанкине напоминают заглядывание в «черную дыру»[89].

Многим нелегко соединить варварство Нанкина с изысканной вежливостью и хорошими манерами, которыми славятся японцы. Однако некоторые военные эксперты считают, что два эти внешне различных образа поведения на самом деле тесно переплетаются. Они указывают на внушающий страх статус древнего самурая, который в течение многих столетий обладал властью снести голову крестьянину, если тот не сумел вежливо ответить воину на его вопрос. «И поныне, – писал американский офицер флотской разведки о японской культуре во время Второй мировой войны, – японская идея вежливого ответа заключается в том, чтобы удовлетворить задающего вопрос. Стоит ли удивляться, что хорошие манеры являются национальной чертой японцев?»[90]

Часть экспертов приписывала японские зверства военного времени самой японской культуре. В своей книге «Хризантема и меч» американская ученая-антрополог Рут Бенедикт писала, что, поскольку моральные обязательства в японском обществе носят не всеобщий, но местный и обособленный характер, они легко могут быть нарушены на чужой земле[91]. Другие эксперты обвиняют нехристианскую природу японской религии, заявляя, что в то время как христианство ставит на первый план идею о том, что все люди братья – по сути, что все созданы по образу и подобию Господа, – синтоизм в Японии утверждает, что по образу Божьему созданы лишь император и его потомки. Указывая на эти различия, данные эксперты приходят к выводу, что некоторые культуры, сколь бы утонченными они ни стали, остаются по своей сути первобытно-племенными, где обязательства конкретного индивидуума перед другими членами племени сильно отличаются от обязательств перед чужаками.

Подобное предположение несет в себе определенную опасность, поскольку из него следует два вывода: во-первых, что японцы в силу их религии по своей природе менее гуманны, чем западные культуры, и их следует оценивать по иным стандартам (вывод, который я считаю безответственным и пренебрежительным), и, во-вторых, что иудео-христианские культуры менее способны на зверства, подобные Нанкинской резне. Нацисты в Германии, стране благочестивых христиан, в 1930–1940-е годы сумели ожесточить немецкую душу и даже демонизировать народы, объявленные врагами немцев. Итогом стал ряд худших преступлений против человечества, которые когда-либо видел мир.

Если оглянуться на тысячелетия истории, становится ясно, что ни одна раса или культура не имеет монополии на жестокости военного времени. Налет цивилизации выглядит крайне тонким и легко слетает, особенно под давлением войны.

Как в таком случае объяснить неприкрытые зверства, творившиеся день за днем в Нанкине? В отличие от нацистских военных преступников, по большей части закончивших свои дни в тюрьмах или на эшафоте или проведших остаток жизни в бегах, скрываясь от возмездия, многие из их японских коллег продолжают жить в покое и комфорте, под защитой японского правительства. Соответственно, это одни из немногих людей на планете, которые, не беспокоясь о наказании со стороны международного суда, могут дать авторам и журналистам некоторое представление о своих мыслях и чувствах, когда они совершали злодеяния во время Второй мировой войны.

И вот что мы узнаём: японского солдата готовили не просто к сражениям в Китае; его готовили к выполнению задачи по уничтожению китайцев, как военных, так и мирного населения. Многие военные игры и учения, которые устраивала японская армия, имели целью притупить в солдатах человеческий инстинкт, запрещающий убивать тех, кто не нападает.

Например, по пути к столице японских солдат заставляли участвовать в состязаниях по убийствам, активно освещавшихся в японской прессе, подобно спортивным соревнованиям. Наиболее примечательное из них описано в выпуске «Японской газеты» от 7 декабря под заголовком «Состязание лейтенантов: кто первым положит сто китайцев»[92].

Младший лейтенант Мукаи Тосиаки и младший лейтенант Нода Такэси, оба из подразделения Катагири в Куюне, в дружеском состязании, кто из них первым положит сто китайцев в поединке на мечах до полной оккупации войсками Нанкина, приблизились к конечному этапу своей гонки, идя почти голова в голову. В воскресенье [5 декабря] … «счет», по информации «Асахи», составлял: младший лейтенант Мукаи – 89 и младший лейтенант Нода – 78.

Неделю спустя газета сообщила, что никто из двоих не смог решить, кто первым преодолел рубеж в сотню, и они подняли цель до ста пятидесяти. «Клинок Мукаи был слегка поврежден в процессе состязания, – сообщала “Японская газета”. – Он объяснил, что это случилось после того, как он разрубил китайца пополам вместе с каской и всем прочим. Как он заявил, состязание было “весьма веселым”».

Подобные зверства не были уникальны для Нанкина и окрестностей. Скорее, они были типичным лишавшим человеческих чувств упражнением, практиковавшимся японцами по всему Китаю на протяжении войны. В следующем свидетельстве японского рядового по имени Тадзима нет ничего необычного:

Однажды лейтенант Оно сказал нам: «Вы пока что еще никого не убили, так что сегодня мы немного потренируемся. Вы должны относиться к китайцу не как к человеку, но как к чему-то менее ценному, чем собака или кошка. Смелее! Кто хочет поучаствовать в тренировке добровольно – шаг вперед».

Никто не двинулся с места. Лейтенант разозлился.

«Трусы! – заорал он. – Никто из вас не достоин того, чтобы называться японским солдатом! Значит, добровольцев нет? Что ж, тогда слушайте мой приказ. – И он начал называть имена: – Отани! Фурукава! Уэно! Тадзима!» (Господи, и меня тоже!)

Дрожащими руками я поднял ружье со штыком и, подгоняемый почти истерическими ругательствами лейтенанта, медленно шагнул к охваченному ужасом китайцу, стоявшему возле ямы – могилы, которую он помогал копать. Мысленно попросив у него прощения, я закрыл глаза и, продолжая слышать ругательства лейтенанта, воткнул штык в окаменевшего китайца. Когда я снова открыл глаза, он уже свалился в яму. «Убийца! Преступник!» – обозвал я сам себя[93].

Для солдат-новичков ужас был естественной реакцией. В японских мемуарах времен войны описывается, как группа зеленых японских новобранцев не сумела скрыть потрясения, глядя, как закаленные солдаты пытают до смерти группу гражданских. Их командир ожидал подобной реакции и записал в своем дневнике: «Все новобранцы таковы, но вскоре они будут делать то же самое сами»[94].

Однако новичков-офицеров тоже требовалось лишить всего человеческого. Офицер-ветеран по имени Томинага Сёдзо живо вспоминал свое собственное превращение из невинного юноши в машину для убийства. Лейтенант Томинага, только что закончивший военную академию, был назначен в 232-й полк 39-й дивизии из Хиросимы. Когда его представили подчиненным, Томинага был потрясен. «В их глазах светилось зло, – вспоминал он. – Это были глаза не людей, но леопардов или тигров»[95].

На фронте Томинага и другие новоиспеченные офицеры прошли усиленную подготовку, призванную укрепить их выносливость на войне. В процессе обучения инструктор показал на худого истощенного китайца в центре содержания пленных и сказал офицерам: «Это сырой материал для вашего испытания на отвагу». День за днем инструктор учил их обезглавливать и закалывать штыками живых пленных.

В последний день нас отвели на место наших испытаний. Там сидели на корточках 24 пленных со связанными за спиной руками. Глаза их были завязаны. Рядом была выкопана большая яма – десять метров в длину, два в ширину и более трех в глубину. Командир полка, командиры батальонов и командиры рот заняли подготовленные для них места. Лейтенант Танака поклонился командиру полка и доложил: «Начинаем». Он приказал солдату из наряда подтащить одного из пленных к краю ямы; тот отбивался ногами, пытаясь сопротивляться. Солдаты приволокли его к яме и силой поставили на колени. Танака повернулся к нам и посмотрел каждому в лицо. «Головы следует рубить таким образом», – сказал он, доставая из ножен свой меч. Зачерпнув ковшиком воды из ведра, он полил клинок с обеих сторон. Стряхнув воду, он высоко поднял меч и, встав позади пленного, широко расставил ноги и срубил тому голову с криком: «Йо!» Голова отлетела более чем на метр. Из тела двумя фонтанами хлынула кровь, стекая в яму.

Сцена была столь ужасающей, что у меня перехватило дыхание.

Но постепенно Томинага Сёдзо научился убивать. И, набираясь опыта, он уже больше не замечал зла в глазах своих солдат. Для него жестокость превратилась в ежедневную рутину, почти банальность. Оглядываясь на пережитое, он писал: «Мы сделали их такими. Тех, кто дома был хорошими сыновьями, отцами, старшими братьями, отправили на фронт, чтобы убивать друг друга. Люди превратились в демонов-убийц. За три месяца дьяволом стал каждый».

Некоторые японские солдаты признавались, что им было легко убивать, поскольку их учили, что по сравнению с императором любая отдельная жизнь, даже своя собственная, не имеет цены. Адзума Сиро, японский солдат, бывший свидетелем ряда злодеяний в Нанкине, сделал емкое замечание насчет поведения своих товарищей в своем письме, адресованном мне. В течение двух лет военной подготовки в 20-м пехотном полку Киото-фу Фукути-яма его учили, что «преданность крепче горы, а наша жизнь легче перышка»[96]. Он вспоминал, что высшей честью для солдата во время войны было вернуться мертвым: умереть за императора считалось величайшей славой, а оказаться живым в плену врага – величайшим позором. «Если моя жизнь не имела значения, – писал мне Адзума, – жизнь врага неизбежно становилась намного менее важна… Подобная философия приводила к тому, что мы свысока смотрели на врага и в конечном счете так же относились к массовым убийствам и жестокому обращению с пленными».

Во многих интервью японские ветераны Нанкинской резни честно сообщали, что не испытывали никакого сожаления или ощущения, что делают что-то не так, даже когда пытали беспомощных мирных жителей. Нагатоми Хакудо откровенно рассказывал о своих чувствах в павшей столице:

Я помню, как меня везли в грузовике вдоль дороги, проложенной среди груд из многих тысяч мертвых тел, которые глодали дикие собаки. Мы остановились и вывели из кузова группу китайских пленных. Затем японский офицер предложил мне испытать свою отвагу. Вынув из ножен меч, он плюнул на него и, внезапно размахнувшись, опустил его на шею съежившегося возле нас китайского мальчишки. Чисто срезанная голова покатилась в сторону, а тело упало ничком, разбрызгивая из шеи фонтаны крови. Офицер предложил мне забрать голову домой в качестве сувенира. Я помню, как я гордо улыбнулся и, взяв свой меч, начал убивать людей[97].

[87] Yoshimi Yoshiaki, «Historical Understandings on the ‘Military Comfort Women’ Issue», в: War Victimization and Japan: International Public Hearing Report (Osaka-shi, Japan: Toho Shuppan, 1993), с. 85.

[88] Информацию на английском языке о находке Ёсими в архивах министерства обороны см. в: Journal of Studies of Japanese Aggression Against China (февраль 1992 г.), с. 62. Сообщение об этой находке попало на первую полосу «Асахи Симбун» во время визита премьер-министра Миядзавы Киити в Сеул в январе 1992 года.

[89] Теодор Кук, телефонное интервью с автором.

[90] «Некоторые заметки, сравнения и наблюдения капитана Э. Х. Уотсона, бывшего военно-морского атташе, после пятнадцатилетнего отсутствия в Японии». Управление штаба флота, отдел военно-морской разведки, общая переписка, 1929–1942, папка P9–2/EF16#23, ящик 284, группа документов 38, Национальный архив.

[91] Ruth Benedict, The Chrysanthemum and the Sword: Patterns of Japanese Culture (Boston: Houghton Mifflin, 1946).

[92] Bergamini, Japan’s Imperial Conspiracy, с. 21. Об этом состязании в убийствах сообщала газета в Осаке «Майнити Симбун», а также токийские газеты «Нити Симбун» и «Japan Advertiser» (английское издание).

[93] Цит. в: Wilson, When Tigers Fight, с. 80.

[94] Там же.

[95] Интервью с Томинагой Сёдзо, в: Haruko Taya Cook and Theodore F. Cook, Japan at War: An Oral History (New York: New Press, 1992), с. 40.

[96] Адзума Сиро, недатированное письмо автору, 1996 г.

[97] Цит. в: Joanna Pitman, «Repentance», New Republic, 10 февраля 1992 г., с. 14.

Правообладателям и читателям!

Произведение защищается авторским правом. Вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.
Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Путь моих грехов
Путь моих грехов
[Современная проза / Приключения / Фантастика / Попаданцы]
Поиски редкого артефакта привели капитана пиратов Изабеллу в Монтану. Но она, кажется, отлично справилась
0
Вайолет. Узнай
Вайолет. Узнай
[Современные любовные романы / Проза / Роман]
Она: Со стороны моя жизнь идеальна. Парень — капитан футбольной команды. Подруги с детства. Дом на острове, где по ночам горит зелёный маяк. А потом папа женится, и в комнате напротив моей поселяется
0
Развод. Второй шанс.
Развод. Второй шанс.
[Психология / Секс и семейная психология / Проза / Современная проза]
Двадцать лет я была идеальной декорацией для его успешной жизни. Валентина Берёза — законная жена, которая терпит , держит лицо перед прессой и воспитывает двоих детей. Наш брак превратился в грязную
0
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
[Психология / Секс и семейная психология / Медицина / Современная проза]
– Ты этого не сделаешь, – сказал он, когда я сказала про развод. – Ты никто без меня. Приползёшь обратно. – Хорошо, что ты так думаешь. Потому что я не приползу. И все сделаю, чтобы тебя больше не
0
Дворник 39-го уровня. Том 16
Дворник 39-го уровня. Том 16
[Современная проза / Приключения / ЛитРПГ (LitRPG) / Юмор]
Первый том здесь Современная Россия, июль 2026 года. Наш герой тяжело болеет и чтобы заработать на лекарства, он и его мать пашут как проклятые. Но в один прекрасный день всё меняется, он
0
Путь к бессмертию. Том 8
Путь к бессмертию. Том 8
[Роман / Приключения / Фантастика]
Я умер преданный всеми. И переродился в мире бессмертных культиваторов. Тут у меня нет ни таланта, ни богатой семьи. Только желание — никогда больше не умирать. Кто сказал, что без таланта и
1
Жнец и Ворон
Жнец и Ворон
[Детективы / Триллер / Боевик / Современные любовные романы]
????Дарк–роман.???? Справедливость не всегда приходит в мантии судьи. Иногда она приходит в маске. И с ножом в руке. В криминальном подполье шепчут два имени — Ворон и Жнец. Они появляются там, где
0
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
[Дом и семья / Психология / Секс и семейная психология / Современная проза]
— Вашей дочери нужен живой отец. — А вам какое дело? Вы — врач. Пришли, ушли, получили деньги. — А ещё я ваша соседка и три месяца смотрю, как Алиса разговаривает только с моим котом, потому
0
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
[Проза / Современная проза / Приключения]
В мире пережившим апокалипсис, люди живут в густонаселенных, высокотехнологичных городах, а все за их пределами населено жуткими монстрами, зомби и смертоносными порождениями магии. Люди
0
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
[Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
0
Целительница для палача
Целительница для палача
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези]
Я умерла, спасая пациента, — и проснулась в чужом теле. Попаданка. Второй шанс? Пять лет назад я не села на свой самолёт. Жених, родители, друзья — погибли без меня. С тех пор я спасаю чужие
0
Легенда о неклишированном герое 1
Легенда о неклишированном герое 1
[Фэнтези / Попаданцы / Юмор]
Я спас девушку из-под автобуса. Она оказалась не совсем человеком и в благодарность устроила мне новую жизнь — с памятью, благородным происхождением и даром без «верхнего предела». Теперь я
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
[Исторические приключения / Историческая проза]
XIV столетие для Англии – время серьезных испытаний: военный конфликт с Шотландией, начавшаяся война с Францией, внутренние неурядицы и, наконец, Черная смерть – одна из самых масштабных эпидемий в
0
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
[Любовная фантастика]
В день, когда Каэль Ардан привёл меня на Совет Крылатых Домов, я думала, что ещё остаюсь его женой. Ошиблась. Он потребовал развода. Его род обвинил меня в слабости. Его мать уже выбрала ему новую
0
Вкус серебра
Вкус серебра
[Любовная фантастика]
Он следил за мной через каждое зеркало на протяжении веков. В королевстве Вирельда отражения под запретом, и говорят, что за стеклом обитает призрачный принц с голосом столь прекрасным, что он
0
Нулевой цикл
Нулевой цикл
[Современная проза / Контркультура]
«Верни мне мой 2007-й» – уже не актуально. «Нулевой цикл» вернет тебе целое десятилетие. Вниманию читателей предлагается книга, посвященная «поколению миллениума» – людей, чьи взросление и молодость
0
Его должница. Бой за любовь
Его должница. Бой за любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
— Ты моя должница, — широкоплечий хозяин бойцовского клуба царапнул меня острым взглядом и хрипло рассмеялся. — Это я вытащил тебя из вонючей камеры! — И что? По какому курсу принимаете
0
Капитан под залог
Капитан под залог
[Любовная фантастика / Космическая фантастика]
Внести залог за Рейвена Блэкторна казалось огромной ошибкой. Он — капитан полиции, мой начальник и мужчина, в которого я год безнадёжно влюблена. Но когда я узнаю, что его подставил мой жених,
0
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
— Ты сама позвала Аду помогать, — холодно говорит мама. — Вот она и помогла. * — Помогла? — срываюсь я, едва сдерживая слёзы и злость. — Тем, что забрала моего мужа, пока я месяц лежала беспомощная
1
Жених (дракон) по наследству
Жених (дракон) по наследству
[Любовная фантастика / Юмористическая фантастика / Самиздат]
Я только рассталась с женихом из-за его измены, как древний артефакт решил, что мне подходит ещё один бабник… Но только дракон и в другом мире. Мне нужна любовь, а драконы любить не умеют. Все
1
Последний танец
Последний танец
[Полицейский детектив / Детективы]
Будьте знакомы – Деклан Миллер, главный герой новой детективной серии Марка Биллингема. Сержант Миллер, прекрасный сыщик, возвращается к работе после недавно пережитой трагедии. Его жена Алекс,
1
Грань силы
Грань силы
[Фанфик / Повесть / Попаданцы]
Фэндом: Marvel Comics Персонажи: оригинальный мужской персонаж, Пётр Распутин (Колосс), Сьюзан Шторм (Невидимая леди) Константин должен был умереть на полу тюремной камеры. Но разверзшиеся врата
1
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
[Детская фантастика / Научная фантастика]
Альфа Ориона – яркая красноватая звезда в созвездии Ориона. Она подарила свое имя космическому кораблю, который унесет в невероятное путешествие обычного российского школьника Мишку Сорокина… А
0
Цент на двох
Цент на двох
[Классическая проза]
У творах Френсіса Скотта Фіцджеральда (1896—1940), створених на початку 1920-х pp. — збірках новел «Flappers and Philosophers» (1920), «Tales of the Jazz Age» (1922) — зберігається здебільшого
0