— Мы здесь рядом, в кустах, — отозвался Миша, — берите правее от моста.
Разведчики сползли с насыпи и в зарослях кустарников наткнулись на Михаила. Он крепко удерживал за руку пленного, а Инга задавала вопросы.
— Что рассказал, британец? Есть сведения?
— Молчит, Константин, — ответила недовольно девушка, сделав шаг назад, пропустив Киселева.
— Упертый, брит, — добавил раздраженно Михаил, дернул пленного за руку.
— Молчит? У меня заговорит.
Киселев сжал кулак, придвинулся вплотную к солдату. — Отпусти Медведь. — Миша отстранился от пленного. — Привет Черчиллю! — выдохнул яростно майор и нанес резкий, боксерский удар в челюсть снизу.
— О-ох…! — вскрикнул солдат, заваливаясь в обледенелые кусты.
— Следопыт, не стой. Встряхни его, только душу оставь.
Степан вытащил солдата, поднял за шиворот, как шелудивого котенка, подтянул к Киселеву.
— Дорогу в караул? Говори! — выпалил разведчик на немецком языке. — Быстро, я сказал. Говори!…Сирень, переводи! — шикнул Киселев, застывшей Инге.
Инга перевела вопрос. Солдат сплюнул кровь на снег, замычал нечленораздельно.
— Где караул, говори? — выдавил Киселев, сжав зубы. — Ну! Будешь упорствовать, не вернешься в свой коварный Альбион!
Солдат молчал. Разведчик схватил в гневе брита за грудки и стал трясти. — Говори! Последний раз спрашиваю!
— Через пятьсот метров по дороге, налево. Одинокое здание. Не убивайте, я все расскажу. Я все расскажу, — прорвало солдата.
— Где заложена взрывчатка? Пароль? — не унимался Киселев, войдя в раж, тряся пленного, как грушу.
— Я не сапер, но я видел, что ящики с динамитом закрепляли под центральную опору, — пролепетал, всхлипывая новобранец.
— Пароль?
— Норфолк.
— Молодчина, хороший мальчик. Следопыт, принимай! — отбросил пленного в сторону Степана.
— Что с ним делать, Константин?
— В расход! Хотя, отставить. Запереть в каптерку к остальным, если живы. Может еще что расскажет. Всем вперед.
Разведчики вскарабкались по насыпи к блокпосту, подгоняя военнопленного. Тот с трудом переставлял ноги, обессилив от допроса. В укрытии уже вовсю командовал Музыченко. Двое десантников, переодетых в английские шинели и каски тарелки, нарочито выставлялись напоказ. Несколько человек с автоматами сидели у бойниц. Пулеметный расчет заправлял ленту. Сам командир сидел у костра, грелся. Завидев Киселева, Музыченко вскочил, подался навстречу. Взор внимательный, подобострастный.
— Справился, Музыченко, все тихо? — бросил сходу разведчик.
— А як же. Супчики упакованы, не в обиде. Хлопцы расставлены, несут дежурство. Скоро…
— Мы идем в караульное помещение, — оборвал Киселев командира группы. — Сидеть тихо, как мыши под веником. Станцию не отключать, быть на связи. Следите за мостом. Под центральной опорой заложена взрывчатка. В случае раскрытия и нападения англичан, отразить атаки, не дать взорвать мост. Этого, — Киселев махнул в сторону пленного, которого придерживал лапищей Следопыт, — к остальным. Не спускайте с пленных глаз, чтобы не убежали. Приказ ясен?
— Так точно.
— Повтори.
— Если нападут англичане — отразить атаки. Не дать взорвать мост. Пленных держать под охраной. Быть на связи.
— Хорошо, бывай…Следопыт, веди группу. Ты у нас один зрячий. Надо успеть закрепиться, рассветает. Сирень рядом. Если что, ответь. Пароль Норфолк. Бегом!