Б а г т ы. Все живы и здоровы, и папа, и мама.
Г е р е к. А Батыр?
Д ж е р е н. Бабушка!..
С е р д а р. Говорят, у вас в гостях министр был?
Д ж е р е н. Дедушка!
Г е р е к. «Дедушка», «бабушка»! Слова сказать нельзя. (Берет у Сердара пиалу с кумысом, протягивает Багты.) Пей, красавица! Ничто так не помогает от испуга, как кумыс.
Б а г т ы. А я вовсе не испугалась.
С е р д а р. Если эта старуха говорит, что ты испугалась, значит, так оно и есть, даже если ты и не испугалась. Не перечь ей и пей кумыс!
Багты пьет.
Г е р е к. Сейчас пойду чай тебе готовить. (Уходит.)
С е р д а р. А я букет соберу. (Уходит.)
Б а г т ы. Я пришла на минутку — спросить вас.
Д ж е р е н. Что-нибудь срочное?
Б а г т ы. Очень!
Д ж е р е н. Спрашивай!
Б а г т ы. Бывает так, что мужчина плачет?
Д ж е р е н (смеется). Вот так срочный вопрос! Кто же плачет?
Б а г т ы. Батыр.
Д ж е р е н. Батыр?
Б а г т ы (быстро). После того как вы ушли, он долго сидел сам не свой, я даже испугалась, не заболел ли он, и назвала ваше имя. Тут он очнулся, и я увидела слезы в его глазах.
Д ж е р е н. Тебе показалось, Багты-джан.
Б а г т ы. Если бы мне показалось, у меня не сжалось бы сердце и я сама не заплакала бы!
Д ж е р е н. Ты заплакала? (Обнимает ее.) Почему же?
Б а г т ы. Он сказал, что вы никогда к нам не придете. Это правда?
Д ж е р е н. Ах, он так сказал? Значит, правда.
Б а г т ы. Мало ли что он сказал!
Д ж е р е н. И я так говорю.
Б а г т ы. Мало ли что вы говорите. Я не допущу этого. Читайте! (Сует ей рукопись.) Я не знаю, что здесь, но чувствую, что от этого многое зависит.
Д ж е р е н (смотрит, разочарованно). Статья? Я же ее читала. И с этим он прислал тебя?
Б а г т ы. Ой, нет, не посылал! Честное пионерское! Если он узнает, что я была здесь, он убьет меня.