Г е р е к. Никуда я тебя не отпущу без чая.
Д ж е р е н. Она вернется на обратном пути.
Б а г т ы. Вернусь!
Уходят вдвоем. Герек и Сердар смотрят им вслед. Пауза.
Г е р е к (Сердару). Скажи теперь, старичок, кто из нас был прав, ты или я?
С е р д а р. Конечно, я.
Г е р е к (изумленно всплескивает руками). Ты? А не ты ли объявил, что мужчина это мужчина, а Батыр никогда не уступит?
С е р д а р. А не ты ли говорила: вай, вай, они никогда не помирятся? Кто же был прав?
Г е р е к (нежно). Ты был прав! Ты всегда у меня прав!.. (Гладит его бороду.)
С е р д а р. Знаешь, Герек… (Смотрит на нее.) Тебе сейчас ровно восемнадцать лет. (Тихо запевает песню, которую пел в начале третьего действия; Герек, прислонившись к нему, подпевает.)
З а н а в е с.
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Под широким виноградным навесом, примыкающим к террасе, стоит большой стол, заставленный блюдами и бутылками. Тут же пианино и диван. При открытии занавеса О г у л б и к е суетится вокруг стола, готовясь к приему веселого гостя.
О г у л б и к е (кричит). Багты!.. Багты!.. Что тебя, земля проглотила, что ли?
Входит Б а т ы р.
Куда ты услал девчонку? Такой ответственный день, а ее нет.
Б а т ы р. Ответственный день?
О г у л б и к е. Не видишь, ждем гостя.
Б а т ы р. Какого гостя?
О г у л б и к е. Веселого гостя. Ты не морщься, а лучше матери помоги. Убери со двора этот капкан!.. Время к ночи, гость запутается.
Б а т ы р. Какой капкан?
О г у л б и к е. Ну, как его… теннис, что ли? Не собираетесь же вы с Джерен играть сегодня.
Б а т ы р. Ни сегодня, ни завтра. И вообще…
О г у л б и к е (иронически). Ай-ай! Старость вас настигла за один день?
Б а т ы р. Что еще сделать?
О г у л б и к е. Отец сказал, чтоб Джерен украсила наш стол своим присутствием. Подойди к телефону и пригласи ее.
Батыр как бы отстраняет ладонями просьбу матери.
Не спорь! Отец и так смотрит на тебя волком. Неужели у тебя не хватит сил поднять телефонную трубку?
Батыр молчит.
Тогда я попробую. (Берет трубку.)