Невеста. Последнее задание Энди (СИ): читать начало книги онлайн

Очевидная растерянность инопланетника одновременно позабавила и придала сил. Я картинно приподняла брови, вроде бы удивляясь такой странной реакции. Стоявшая рядом Юлия жадно наблюдала за происходящим.

– Доброе утро, сит тиНьер Авейро! – Я тщательно следила за своим голосом.

К моему разочарованию, арголец быстро справился в растерянностью:

– И вам солнечного дня, сита?..

– Анна Клевцова.

– Сита Анна. Очень красивое имя. Такое мягкое, пушистое, уютное. И в то же время – острое, как коготь враха. Мне будет интересно узнать вас поближе. Надеюсь, вы не откажете мне в личной встрече.

С этими словами арголец взял меня за кисть и прикоснулся губами к краю рукава. Все верно, ему же нельзя прикасаться к моей коже. А вот о том, что он уже прикоснулся, благородный сит, похоже, и не знает.

Арголец отпустил мою руку и отошел к другой девушке раньше, чем я смогла решить: принять или нет приглашение. Пока я судорожно соображала, разрываясь между долгом и любопытством, Кассиан склонился уже над рукой подружки Наташи Мазур. Я несколько ехидно отметила про себя, что там инопланетник отделался дежурной любезностью.

Обойдя всех, без исключения, арголец вернулся к Бестужеву. И уже там, от порога, еще раз поклонился нам всем. Только теперь рука была прижата к груди раскрытой ладонью, а не ребром кулака. Попрощавшись, мужчины скрылись за дверью. А невесты слегка оживились. По помещению запорхали шепотки. Многие косились в мою сторону. И я хорошо понимала, что сейчас будет.

Поняла это и полячка. Юлия слегка толкнула меня в бок:

– Аня, ты доела?

Я молча кивнула. На тарелке еще оставалась большая половина омлета. Но аппетит пропал окончательно. Ладно. Если будет совсем туго, и кофе больше не будет помогать, проглочу пилюлю.

Мы избавились от грязной посуды и поспешили на выход. Подальше от озабоченных невест, стремительно превращающихся в стаю стервятниц. И это они еще не знают, с каким благородным ситом их столкнула судьба. Впрочем, не все девушки позавидовали вниманию, которое мне уделил арголец. Выходя из столовой, я поймала и немало сочувствующих или удивленных взглядов. И если второе мне было понятно. Все же среди девушек красотой я не выделялась. И им, должно быть не понятно, почему именно меня заметили, выделили. То сочувствие во взглядах меня ставило в тупик. Что не так? Чего я не понимаю?

Сбежать от девиц мы с Юлией не успели. Валери Леруа со свитой нагнали нас в нескольких метрах от дверей в столовую. И тут же прижали к стенке, окружили. Симпатичная мордашка Валери исказилась в злобной гримасе:

– Тыыы! – Рука француженки толкнула меня в плечо, впечатывая в стену. Твердые и звонкие звуки в ее исполнении звучали змеиным шипением. – Не смей вертеть хвостом перед аргольцами! Они мои!

От абсурдности предъявляемых претензий я даже рукоприкладству не возмутилась. Только глупо хлопала глазами. Она соображает, что говорит? Может, сама не поняла, что ляпнула? Я отлепилась от стенки и сложила руки на груди:

– Валери, тебя в детстве не учили делиться? Что ты одна будешь делать со всеми аргольскими мужчинами? Ты задумывалась?

Валери с шипения перешла на визг:

– Не твое дело! Я сама решу! Выберу себе лучшего! Самого богатого, самого молодого, самого красивого! И чтобы меня на руках носил! Да я вообще выйду замуж только за правителя!

Я хмыкнула про себя: за правителя, девочка, ты точно не выйдешь. По той простой причине, что ты в его сторону даже не глянешь. Если я, конечно, не ошиблась с прогнозами. София хмуро одернула компаньонку:

– Валери, перестань! Мы же в общественном месте. Не стоит из-за какого-то урода позориться. Все равно, ни тебе, ни мне, ни нашим подругам он и даром не нужен. Он же страшный!

Не знаю почему, но от речи Софии меня просто переклинило. Урод?! Да что эти курицы себе возомнили? У Кассиана наверняка не одна боевая награда! Может, арголец у себя на родине национальный герой! А шрамы… Это такая ерунда! Хотя, странно, что при их уровне медицины, он их не свел.

Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове. И я уже открыла рот, чтобы поставить нахалку на место. Но напоролась на острый взгляд вышедшего из-за поворота аргольца. И рот закрылся сам собой. А я затрепыхалась на острие его взгляда. Откуда-то пришло понимание, что арголец слышал все. И вышел из-за поворота только для того, чтобы не допустить развития свары.

В тишине капали секунды. Сварливые девицы, выпятив грудь, ожидали моих возражений. Но я молчала. Молчала, не в силах оторвать взгляд от каменного лица инопланетника. Невесты, не дождавшись развития событий, начали переглядываться между собой. Одна из свиты Леруа, Джессика Карвер, проследила за моим взглядом. И охнула на весь коридор, увидев еще одного свидетеля перепалки и предмет обсуждения нашего спора в одном лице.

Кассиан, поняв, что его заметили, приблизился к нам. Свита Леруа поспешно расступилась перед аргольцем и он подошел почти вплотную к Валери. Француженка заметно побледнела, но даже не попыталась отступить. Только спину выпрямила еще сильнее.

Арголец несколько секунд молча изучал девушку. А потом вдруг грациозно склонился перед ней в таком изящном, нарочито-глубоком поклоне, что все сразу стало ясно: издевается. По коридору прокатился его глубокий хрипловатый голос:

– Прошу прощения, ситэни, что оскорбляю своим видом ваше чувство прекрасного. Клянусь, я не буду добиваться вашего внимания. И даже постараюсь пореже попадаться вам на глаза. Но совсем исчезнуть я не могу. Так как именно мне поручено заботиться о вашей безопасности. А сейчас прошу меня простить.

Арголец совершенно равнодушно отвернулся от полностью деморализованной Валери. И поклонился в мою сторону. На этот раз совершенно искренне, как мне показалось, вновь прижимая раскрытую ладонь к груди в области сердца:

– Сита Анна, сита Юлия, окажите мне честь: позвольте проводить вас до ваших жилых помещений?

Юлия несколько растерянно оглянулась на меня. Неужели бойкая полячка не знает, как поступить? Перед тем, как ответить, я облизнула разом пересохшие губы. И взгляд аргольца тут же прилип к моему рту. Несмотря на то, что он мне был совершенно не интересен как мужчина, сердце у меня заколотилось, пытаясь выпрыгнуть из груди. Губы пришлось облизывать повторно. А то они слиплись намертво. Зрачки аргольца снова начали вытягиваться, выстреливая на поверхность мерцающие золотые искры. Зрелище было настолько ошеломляющим, что я с трудом выдавила из себя слова согласия: