Приняв заказ, официантка ушла на кухню, а отец Леонтий долго смотрел мне в глаза, потом неожиданно расплылся в улыбке:
— Не бойтесь, Дмитрий Александрович, вы сидите не с отцом Леонтием, а просто с Игорем Орловым. Был батюшка, да весь вышел…
Я смешался: поздравить его или, наоборот, сочувствовать? Может быть, разжаловали?
— А теперь куда? — спросил я.
— Куда Макар телят не гонял, в Норильск. Буду детишек к спорту приобщать.
— Зачем же так далеко?
— Почетная ссылка, — засмеялся он. — Добровольная.
— А супруга?
— В купе. Отдыхает.
Официантка поставила перед нами закуску.
— Не откажете? — поднял бутылку боржоми Игорь.
Я подставил свой стакан, а Орлов продолжил:
— Это же надо, все вокруг ломится от свежих овощей, а тут шпроты, колбаса. Может, сбегать в купе, принести помидоры?
— Не стоит. — Я поднял стакан с водой. — Скажу честно, не знаю, поздравлять вас или нет.
— Давай на «ты».
— Давай. Так как же?
— Я и сам не знаю. Наверное, к лучшему.
— Сам решил?
— Жизнь решила… Конечно, преподобный в районе нос воротил. Получается, дезертир. Но, кажется, уладилось.
— Нового батюшку прислали?
— Нет. Кадров не хватает. Временно за меня будет обслуживать приход староста. Начальство наше не очень обрадовалось, но отпустило с миром.
— Я давно хотел с тобой поговорить, но сам понимаешь… — сказал я, совершенно не заботясь, как Игорь это воспримет.
— И я, — просто признался Орлов. — Ты спортсмен, я спортсмен. — Он засмеялся. И вдруг заявил без всякого перехода: — Дурак я! Никто меня из института не гнал. Был бы у меня сейчас диплом, все веселее. Диплом — он ведь ни пить, ни есть не просит, верно?
— Верно, — подтвердил я.
— Из комсомола меня, наверное, правильно попросили. А из института физкультуры не просили. Честное слово, сам ушел. С четвертого курса!
— Знаю, — кивнул я.
— Ты все знаешь, — грустно сказал Игорь.
— Нет, не все. Например, что вы с Ольгой решили махнуть на Север.
— Как это осталось в секрете для станицы, сам поражаюсь. У меня в Норильске приятель — директор спортивной школы. Я ему давно написал. Так, на всякий случай. Думал, даже не ответит! И к моему удивлению, сразу получил послание! Пишет, город отличный. Заработать можно. Квартиру обещает. Неудобно говорить о деньгах, но мне, Дима, этот вопрос поперек горла стоит. Хочется встать на ноги, Ольгу одеть, родить и растить сына и не думать о копейке. Вы все, наверное, думали, теплое местечко у отца Леонтия! Тысяч я не нажил в Бахмачеевской, поверь. Как вспомню эти несчастные трешки, рубли, стыдно становится. И не брать — обидишь. Да и в район к преподобному ехать с пустыми руками нельзя.
— Что же, я тебя понимаю, материальный вопрос очень важен, хотя мы часто стесняемся его затрагивать.