Это был долгий и сладкий поцелуй. Ридгор вложил в него всю свою страсть и нежность. Сначала осторожно коснулся своими губами моих. Замер на целое мгновение, будто стараясь ощутить, запомнить все обуревавшие чувства.
Его теплое дыхание едва касалось меня, но будоражило кровь и кружило голову все сильнее и сильнее. И, наконец, когда ждать уже не было сил, Ридгор осторожно провел языком по моим губам. А потом смял их в требовательном поцелуе.
Эпилог
А пока мы были в саду, Зейге и Фаридена нашли среди записей из ледяной башни заклинание открытия врат.
Зейге развернул книжку, показывая нам сложную схему. Фаридена тут же подскочила с кресла и заметалась по мастерской в поисках нужных инструментов.
— Крыло черной бабочки — есть, жезл второй луны… жезл? Где же он, чтобы его дегуры пожрали! Ах, вот же он. Так, есть. А это что? Камень бесконечной ночи? Где я вам этот камень возьму? — возмутилась она.
Это было первым отступлением от правил ритуала. Не всех нужных инструментов хватало.
Зейге принялся зажигать свечи, расставляя их по краям платформы. Огоньки засветились черным, мрачным и холодным светом. Мне стало не по себе. Я вспомнила, что рассказывал Зейге о вратах, которые открывают во внешние миры. Хтонический принц разрезает пространство. Это самый безопасный портал. Могущественный маг связывает миры. И здесь появляются сложности. Погрешность здесь, отступление там и вот врата ведут уже непонятно куда. Что находится на той стороне никто не знает — безобидный мир людей, безвоздушные пустоши, чудовища из тьмы?
Но гораздо хуже, когда портал открывает новичок. А Зейге в темной магии еще совсем зеленый юнец. Я поежилась, и Ридгор, заметив это, приобнял меня за плечи.
Зейге нараспев читал заклинание и водил по воздуху свободной рукой. В другой он держал книгу, умудряясь заглядывать в текст, похоже, только одним глазом. Потому что другим начинающий темный неотрывно следил за линией, которую выводил перед собой.
Та симпатично мерцала бледной, слегка синеватой лентой. Напоминания снежную тропку в сумерках. Зейге опустил руку, уставился на свое произведение.
Линия закрутилась в воздухе, изображая схематичный ураганчик. Запуталась, превратилась в петляющую кривую. Такие получаются, когда болтаешь по телефону и бездумно водишь ручкой по тетрадному листу.
— Это нить между мирами, — шепнула мне Фаридена. Зей ищет ближайший внешний мир.
Ленточка мигнула и исчезла. Зейге выругался. Повторил свое действо еще несколько раз.
— Вероятно, лучше собраться позднее, — примирительно предложила Фаридена.
Столь быстро сброшенный с пьедестала Зейге заволновался.
— Нет, нет, я… у меня есть еще один интересный способ на примете, — он с мольбой взглянул на меня, — Эви, встань в центр платформы.
Глаза советников зажглись неподдельным научным интересом.
— Нет, — рыкнул Ридгор, быстро закрывая меня собой.
— Всего на секунду, — взмолился Зейге.
— Да зачем? — удивилась я, выглядывая из-за спины дракона. Его желание защищать меня в любой ситуации приятно согревало.
— Ты живой якорь, часть твоего мира. Так что должна его притягивать, — с жаром зашептала мне на ухо Фаридена. — У Зея еще не все получается, с тобой будет гораздо легче найти один из внешних миров.
— Не думаю, что это опасно, — забормотал Зейге. — И наверняка не так чтобы болезненно, — он виновато потупился.
— Не думаешь? То есть наверняка ты не знаешь? — хмыкнула я. — И что значит не так уж болезненно?
Зейге, несмотря на то, что был нашим другом, оставался магом. Умным, гениальным в своем искусстве, но несколько невнимательным к другим людям.
Поэтому иногда требовалось приводить его в чувство. Правую руку дракон чуть приподнял, не донеся ладонь до эфеса меча. Но холодно намекая на подобную возможность.
Зейге горестно поднял руки.
— Ты прав, не стоило и предлагать, — вздохнул он.
— Могу выделить прядь волос, — примирительно сказала я. — Это ведь тоже часть внешнего мира?
— Нет, — решительно отрезал дракон.