— А зачем масло зари? — недовольно спросила она, уставившись на флакон потемнее. — Я не говорила приносить.
Я пожала плечами, растирая пальцы на руке — они все еще саднили.
А через несколько секунд, Фаридена вдруг ошарашенно уставилась на бутылочку:
— Как я сама не подумала! Гениально! Масло усилит действие!
Я с самым серьезным видом кивнула и заявила:
— Это же очевидно.
Еще бы, с амулетом Ирнаядона, повелевающего прикладной магией. Но признаваться в читерстве не буду.
Фаридена недоверчиво оглядела меня. В глазах зажегся нехороший огонек. Но она опустила голову и принялась с усилием мять толкушкой жижу в глиняной мисочке. И все время что-то шепча.
Наконец Фаридена закончила.
Аромат от смеси пошел приятный, с нотками древесины и запахом костра. Я все это время дрожала от холода, обхватив себя руками, но теперь даже слегка расслабилась в надежде на то, что скоро согреюсь.
Фаридена облила снадобьем обледенелые деревяшки, брошенные в кучку Ридгором и Зейге. Ни на что не годные дрова сначала оттаяли, затем быстро высохли, а потом и вовсе превратились в отличный сухостой.
Ридгор взмахнул рукой, произнеся заклятие огня и… ничего не произошло. Он помолчал. Подумал. Коснулся амулета Арборона и, присев на корточки, произнес:
— Дирен Арбарон, гериен, — и просто подул на охапку высохших веток. Те мгновенно занялись веселым пламенем, поднялся дымок, древо начало потрескивать.
— О, так все же магия работает, — заметила я.
Ридгор и Зейге переглянулись, странно посмотрев друг на друга. Чуть позже, я услышала, как они тихо обсуждали:
— Ты обращался к Арбарону? — спросил Зейге.
— Да. Магия драконов не отзывается. Я даже не чувствую силу.
— Значит мы уже покинули мир Эардона и перешли в...
Но мы с Фариденой в это время собирали ягоды, и за ее ехидными рассуждениями о никчемности миров без магии и людей из них, я прослушала концовку разговора Ридгора и Зейге.
А жаль.
Глава 25
У костра мы задержались. Сначала грелись, потом собирали мелкую подмерзшую чернику. Странно было, что ягоды здесь вообще росли.
Ридгор поймал нескольких кроликов, а Зайге умудрился призвать посуду, пледы и набитые свежей, душистой соломой и шерстью матрасы из мира драконов. Больше вытянуть ничего не удалось.
Оказалось у высших магов есть специальный алтарь, где все это лежит на случай вот таких перемещений куда попало — работал он даже в миры принцев. Но когда некоторые тарелки появились кусками, мысли о перемещении через этот алтарь я отбросила. Очень небезопасное занятие.
Отлично поужинав у костра, мы разлеглись сытые, на мягких лежанках, укутавшись в пледики. Точнее мы с Ридгором, а Зейге и Фаридена гуляли неподалеку и о чем-то шушукались. Кажется, они начали находить общий язык.
Достижение. Умудриться подружиться с Фариденой — это еще суметь надо, а вызвать ее уважение — вообще непостижимо. Похоже, Фаридена даже восхищалась Зейге. Хотя старательно это скрывала.
Мы с Ридгором лежали рядом и смотрели на ночное небо, усыпанное звездами, среди которых плавали тяжелые, бледно-голубые планеты.
Я прижалась к дракону и спросила:
— Ридгор, а что за истинные пары? — не то чтобы мне было важно, просто хотелось поболтать с драконом о чем-нибудь… таком… истинно-любовном.
Мужчина перекатился на бок и, опираясь на одну руку, задумчиво провел по моим волосам другой, коснулся пальцами кромки около ушка.