— Всё отлично, спасибо. Как там Чикаго?
Она пожала плечами.
— Я скоро переезжаю обратно в Милуоки, — ответила она, закрывая дверцу. Камрин обошла внедорожник и забралась в машину. Проверив зеркало заднего вида, она выехала с дорожки, прежде чем служба безопасности могла бы подумать, что она укладывала кучу оружия, паркуясь так долго.
— Все готовы к зажигательному девичнику и мальчишнику? — поинтересовалась Кэти со своего места позади Троя.
Кейд заговорил первым:
— Джастин с Хизер ясно дали понять, что не будет никаких вечеринок. Ты же знаешь.
Камрин улыбнулась. Хизер с Джастином не хотели традиционной феерии — предсвадебные вечеринки, как правило, изматывали пару в ночь перед их свадьбой. Они просто хотели устроить небольшой междусобойчик дома с напитками и музыкой. Посчитали, что веселее остаться вместе и разделить вечер с друзьями.
Кэти выразительно вздохнула.
— Знаю. И считаю, что это отстой. Даже стриптизёра не будет! А что насчёт тебя, Трой? Хочешь стать нашим стриптизёром?
Камрин случайно заехала за жёлтую пунктирную линию, прежде чем успела выровнять машину.
— Твоя полоса здесь, — произнёс Трой с сарказмом.
Сарказм был её гранью, а не его.
— Я знаю!
— Ну и дела, — сказала Кэти. — Это правда. Я не поверила Джастину, но это правда. Вы двое пара! Вы даже ругаетесь как пара.
— Когда ваша свадьба? — пошутила Шана.
На этот раз Камрин не свернула с полосы, но подумала об этом.
— Я не знал, что вы встречаетесь, — произнёс Джон. — Когда это произошло?
— Год назад, — ответил Трой, более жёстким тоном, чем было необходимо. — Да, это правда, нет, это не шутка, и мы не ругаемся.
В автомобиле воцарилась тишина. Сдержанное молчание. Прибавьте сюда сверчков.
Камрин вздохнула, не желая, чтобы друзья Хизер чувствовали себя неуютно.
— Это была долгая неделя. Мы просто… устали. Хотите сначала зарегистрироваться в отеле или поехать сразу домой?
— Домой, — согласились они все.
— Думаю, Кэм должна идти к алтарю с Троем, — сказала Хизер, обращаясь к группе.
Камрин скрестила руки на груди и таращилась на лужайку. Вот уже час они прогоняли эту репетицию во дворе, и до сих пор ничего так толком и не отрепетировали. И происходило это всё, конечно, уже после полуторачасовых дебатов о том, почему у Хизер и Джастина будет не православная церемония.
Бернис показала всей семье, где будут размещаться проход, стулья и алтарь, а именно во дворе с восточной стороны дома. Приём и ужин — с западной стороны дома. Компания, которую они наняли, чтобы привезти оборудование, установит всё только завтра рано утром, поэтому во время репетиции приходилось использовать воображение.
А у её семьи не было воображения.
Камрин взглянула на Троя. Тому, казалось, было совершенно всё равно, как или с кем он пойдёт по проходу. После того, как они приехали, он не проронил ни слова. Если можно было назвать то, что он сказал, разговором. Больше похоже на брюзжание. И вообще, в чём его проблема? Он уже начинал её раздражать.
— Я имею в виду, Кэм — свидетельница, а Фишер — свидетель, — продолжила объяснять Хизер, когда никто так и не заговорил. — Предполагается, что они должны идти вместе, но почему бы просто не оставить пары вместе?
— Хизер, как скажешь, — произнесла Камрин, с которой было уже достаточно. — Давайте просто поторопимся с репетицией.
Руки её матери взлетели к бёдрам.