— Взаимно, — приподнялись уголки губ Насти.
— Мистер Купер, мы всё подготовили, как вы и указали в примечании при бронировании, — указала Грета рукой на костюмы.
— Прекрасно, — я хмыкнул и скосил взгляд на Настю. — Очень прекрасно.
Спустя десять минут, большую часть которых я ржал и с упоением слушал бурчание Анастасии за ширмой, мы подошли к фотографу.
— Это позор… Я хочу сбежать… — жалостливо всхлипнула рыжая, смотря на свой костюм помидора сверху-вниз. — Как ты мог, Райан…
— Да ладно тебе, — хмыкнул я, довольствуясь костюмом зелёного огурца. — Прикольно же!
— Ничего не прикольно! — фыркнула Настя, а фотограф незаметно улыбалась столь бурной реакции.
— Вам очень идёт, леди Анастасия! — сказала Грета, чтобы подбодрить её.
— Райан, — взглянула рыжая на меня. — Никто не должен увидеть эти фотографии. — её взгляд карих глаз был прищурен, а щёки надуты, как у белки, спрятавшей за ними орешки. — Покажешь кому-то, кроме брата, прибью.
— Такая просьба обойдётся в кругленькую сумму, — улыбнулся я.
— Подлец. Я заплачу, но не надейся, что больше пяти тысяч! — показала она раскрытую ладонь перед моим носом.
Я с ухмылкой убрал её руку от своего лица:
— Десятку. И не кредитом меньше.
— Умггг… — загудела Настя. — Ладно! — и отвернулась. — Давайте уже закончим это всё!
Какая злая помидорка, хех. Не то, что я — добрый огурчик. Огурец-молодец-сочный жеребец.
Грета приступила отрабатывать гонорар, рассказывая и показывая нам: какие позы занимать, после чего снимала на фотокамеру. Девушка настолько увлеклась работой, что не замечала, как на автомате подбадривала Настю, говоря, что та настоящая модель. Сама же рыжуха от столь приятных слов перестала кукситься и даже позволила себе улыбаться. Декораций и разнообразных фоток было уже огромное количество, но мы продолжали фоткаться, уже откровенно ребячась и отрабатывая фотосессию по максимуму. Странно только то, что помимо нас в студии стали фотографироваться и та парочка, которую мы видели у стойки ресепшн. В костюме Островской культуры они с улыбками и отличным настроением позировали для парня-фотографа. Я бы забил на это, но при их появлении Настя стала вести себя сковано и стеснительно, ведь костюм той девушки был прекрасным и женственным, а она — помидорка. Хех, пришлось попросить Грету оградить нас широкой ширмой, чтобы рыжая вновь расслабилась.
— Всё, — улыбнулась довольная Грета, щёлкнув последний кадр. — Хорошая работа, Райан, Анастасия.
Да, мы позволили ей обращаться к нам на «ты», хоть девушка первое время и говорила с официозом, пытаясь перестроиться.
— Уже можно снять это позорище? — с мольбой посмотрела Настя на меня, потянув костюм помидора за бока.
Я хмыкнул и кивнул.
— Можно толь…
Стоп! Это ещё что?
До слуха донёсся топот десятка ботинков. Кто-то спешил. Явно сюда. Помимо них я отчётливо слышал, как прозвучал лязг передёрнутого затвора…
— Сюда, быстро! — резко схватил я за руки Настю и Грету и оттянул их за декорацию.
— Что такое?! — испуганно выпалила рыжая.
Я прикрыл ей ладонью рот, как и Грете, что также хотела возмутиться.
— Не шумите… Слышите? Внизу крики.
Девушки переглянулись, а через секунду дверь студии распахнулась, и раздался мощный приказной рёв:
— Всем лежать! На землю, я сказал!
Я медленно вздохнул. Интересно: может, эти чуваки заберут меня в заложники? Тогда не придётся ехать на обед в особняк Черновых… А что? Ничё так план, хех…