— Вижу–вижу…
Я направился к Барельефам быстрым шагом, не смотря на то, что тело разрывает от боли. Если это последний источник, значит это последние слепки моей жизни. Что там нарисовано⁈ Что ждёт меня впереди⁈
Подобравшись к двум Барельефам, моя радостная улыбка вмиг исчезла, а глаза округлились.
— Нет… — покачал головой, — Да как так…
Первый барельеф изображает меня в белоснежной броне, и я с кем–то скрестил мечи. Клинок врага виден лишь на крае воззвания, словно рядом должен был стоять ещё один барельеф. А вот второй барельеф заставил меня покрыться холодным потом: моё тело распадается на атомы, мы с Амедео держимся за руки, а между нами какое–то белое свечение. Мы смеёмся, и одновременно плачем… я умираю. Но вот Амедео выглядит так, что он в порядке. Что это такое⁈ В конце я исчезну⁈… Если я одолею Баркота, то всё равно умру?… Такой мой конец⁈…
«Алестер, успокойся!» — дрожал голос Мефисто, так он тоже понял финальный акт пророчества Прародителя.
«Эй, Пацан, может быть это всё бред! Ты ведь уже обошёл один раз судьбу, сделаешь это и второй раз!» — решил подбодрить Вельзевул.
В ушах застыл финал стиха, что я слышал на планете Абсолютов касты — Судьба.
«Истинный Свет… Истинная Тьма… Да поглотят вас огни небытия!»
Следом голос Амедео:
«Это выглядит так, что после Истинной Тьмы и Истинного Света ничего не останется. Это коллапс всего сущего.»
Я сделал шаг назад, схватившись за голову. Не могу в это поверить. За что⁈… Почему⁈… Дайте мне ответ!!!
— Он здесь, прямо перед тобой…
Меня отвлёк знакомый голос. Прямо возле луча света, стоит источник: женщина из белого чистого света. Мой проводник по истории прошлого.
— Я умру?… — задал я единственный вопрос, что меня сильно интересовал.
Источник опустила свои красивые глаза, и всё же ответила:
— Любую судьбу можно обыграть… ты сам решаешь, как тебе поступить. Если пойдешь по пути спасения, то да… ты умрёшь. Или же ты сделаешь иной ход, и принесёшь ещё больше страдания всем мирам. Выбор останется за тобой. Но отсидеться в стороне не получится… и дабы ты понял, за что ты сражаешься, ты должен посмотреть историю мира Абсолютов и Тёмных.
Я сощурил глаза, вновь заметив, что она похожа на…
— Ты же Мариат?… Да?…
— Да… Когда-то меня так звали…
Она закрыла глаза, и отвернулась. С её тела начал спадать белоснежный свет, явив её истинный лик с белоснежными крыльями и мудрым лицом.
— Как это понимать?… — сделал пару шагов вперёд, — Ты Источник! Как это произошло?… И почему ты сразу же не сказала, кто ты на самом деле⁈
— Что бы у тебя не возникло вопросов. Забегать вперёд опасно, ведь можно пропустить главную суть истории, — она протянула в мою сторону руку, — Настало время узнать правду. Нам больше никто не помешает…
Я пару раз кивнул, и дрожащей рукой ухватился за её ладонь. Мы вместе вошли в луч света, где меня ждут ответы на все мои вопросы.
Глава XXIX
Не такой, как все…
Как я вошёл в источник, меня встретил не ослепляющий свет… а густая, клокочущая тьма. Я стою в подобие болота, что хочет утянуть меня в свои чертоги. В шаге от меня стоит Мариат, излучая последние остатки света. И почему–то я не чувствую страха, или тревоги, даже видя, что я погрузился во тьму по пояс.
— Ты помнишь, на чём мы остановились? — голос девы начал отдавать эхом, и звучать с каждой стороны.
— Да, — кивнул, — Абсолюты теряют разум, и обращаются в Безумцев. Прародитель ушёл, и я должен выяснить, почему он это сделал. Я должен понять истинный замысел Истинной Тьмы и Истинного Света.
Тьма поглотила меня по грудь, как и Мариат.
— Всё верно… — она протянула руку и коснулась моей щеки сухими пальцами, — Мы заглянем чуть дальше… с того момента пройдёт 200 лет, если считать по человеческим меркам. Баркот рос, и учился не покладая рук. Он изучил все знания Абсолютов касты Судьба, став лучшим учеником моей школы. Он принял нашу веру в лучшее будущее, — я погрузился до подбородка, и тьма уже начала поглощать мою голову, — Он всеми силами пытался стать одним из Абсолютов… и выполнить данное мне когда–то обещание…