— Давай, иди! Увидимся на закате звёзд.
Маток подбежал к старику и принялся закидывать фрукты обратно в тележку.
Я иду рядом с Баркотом, наблюдая, как трескается яблоко в его ладони. Он зол, но вида не подаёт. На него смотрят так, словно он ничтожество. Баркот улыбается, пряча свои истинные чувства. Он хочет быть одним из них… а Абсолюты не принимают его.
«Ничего… я спасу их, и тогда наша раса будет объединена и эта ненависть закончиться!»
Я опешил, широко раскрыв глаза. Я… слышу мысли Баркота. Как это работает⁈
«Я исполню мечту Мамы. Я стану „Истинным Светом“ и все мы будем жить в мире и процветание!»
Как он об этом подумал, то разжал яблоко, что бы оно ни лопнуло в его ладони. Он унял свой гнев, вспомнив о своей мечте и о своём обещание. Но почему-то его взгляд упал на ладонь, что покрыта красной свежей краской.
— Не могу на него смотреть…
— Когда уже до «Совета» дойдёт, что его нужно убрать от нас подальше?
— Мерзость…
— Сынок, отвернись, не смотри на него.
— Да как мы докатились до такой жизни?…
Толпа расходилась перед Баркотом, словно он прокажённый… а он не переставал им улыбаться, в голове только и повторяя себе, что он спасёт их, и они его примут… что наступит мир, о котором он так мечтает.
Реальность сделала оборот, и теперь я иду с Баркотом по прекрасному саду: золотые цветы распускались разноцветными бутонами, а золотые деревья, словно ожив, неестественно качались и без ветра. Земля здесь рассыпчатая как песок, но всё же золотая, как и везде. В конце стоит дворец: купольно–образная крыша выситься на тридцать метров, постройка идёт кругом, по бокам есть небольшие корпуса с комнатами, а центральное помещение — зал совещаний Абсолютов. И это место закрыто за золотыми стенами, что образуют квадрат.
У золотых деревьев сидят множество юных учеников, внимательно слушая своих наставников и записывая их слова в тетрадь. Те, кто постарше, медитируют на поляне из радужных цветов.
Я заметил, что от ног Баркота не исходят белые линии, что расходятся по золотому песку. Дворец «Озорка» — место, куда вступила нога самого Прародителя. Это место священно, и здесь практически невозможно лгать. И каждый раз, как Абсолют делает шаг, по золотому песку распространяются белые линии света. Это место сливается с ними воедино. Но Баркота, словно отвергает сам Создатель…
Недалеко от замка раскинулась новая локация, которую я раньше не видел. Там стоит белая деревянная полукруглая арка, а вокруг неё, в позе лотоса, сидят под сотню Абсолютов в демонических белых масках. Они все взялись за плечи близ сидящего, и что–то бормочут себе под нос, качаясь в потоке волны… выглядит так, словно я наблюдаю за какими–то акультистами.
Баркот подпрыгнул на несколько десятков метров верх, и приземлился в центре круга. В руках у него не одна, а теперь две склянки с краской. Видимо по дороге до замка докупил разбитую покупку.
Возле арки, сложив руки на груди, стоит Мариат. Взгляд у неё не хороший, она словно сейчас проделает в сыне дыру.
— Привет… — почесал Баркот затылок и показал две склянки с краской, — Я всё взял….
— Ты опоздал! — сурово поприветствовала сына Мариат, — И где Маток?…
— Он будет чуть попозже… только не ругай его, он опаздывает из–за меня, — отвел Баркот взгляд, — Я нечаянно врезался в тележку, и Маток остался помочь старику собрать рассыпанные яблоки…
Такой ответ только разозлил Мариат. Она покачала головой и тяжело вздохнула.
— Вы двое прошли полное обучение школы «Судьба», и такое происходит очень редко. Вас двоих допускают до сокровенных тайн нашего мира, где вы двое можете работать в высших чинах Абсолютов любой Касты… получив такой дар, ты пытаешь оправдать своё опоздание, и опоздания Матока. Я просто поражаюсь, как халатно вы относитесь к тому, что вам уготовано.
— Прости… — не поднимал взгляда Баркот.
Мариат в очередной раз вздохнула, и сменила гнев на милость. Она подошла к сыну и положила ладони на его плечи.
— Ладно, что сделано, то сделано. Ты готов к посвящению?
— Если честно… как то мне страшно, — усмехнулся Баркот, не поднимая глаз, — Меня не принимают, и каждый раз пытаются прогнать. Как я могу входить в высшие ряды Абсолютов, когда им не явлюсь?..
— Ты Абсолют! — сжала она пальцами плечи сына и чуть тряхнула его, — Они не понимают, как важна твоя миссия. Они ещё пожалеют о том, что не принимали тебя! Тебе лишь нужно показать им, кто ты на самом деле… сейчас они этого не видят, они слепы, но твой свет развеет их глупость и они всё поймут и примут тебя.
Наконец–то Баркот поднял взгляд, увидев любящие глаза своей матери.