- Они до последнего не знали друг о друге. Каждый думал, что он самый главный в заговоре. Эрих, наверное, так и не узнал. А для Вэйлина, догадываюсь, это стало неприятным открытием после ареста.
- А если бы вы победили? Кто из них тогда стал бы главой Тайной Стражи?
- Никто… Два напыщенных дурака, предатели к тому же, зачем они были нужны? Только на время восстания, а потом я бы от них избавился и нашел кого-то поумнее.
- Хоть эта мысль у тебя разумная. Ладно, а как ты сам познакомился с Джалилом?
- Не помню. Нет, честно… Я много пил после смерти мамы. Плохо помню это время. В какой-то момент он просто появился. Начал рассказывать всякие вещи, о моих предках, о том, как важен голос крови. Мы, герцоги Мерфрайна, прямые потомки Императора Андера Великого. Вся Империя пошла из Мерфрайна! А нас оттеснили от трона, как последних шавок…
- А потом?
- Потом он научил меня, как много пить и не пьянеть. Выглядеть пьяным в глазах других, но сохранять трезвый ум. У меня был амулет, но он потерял силу… А затем появилась идея вернуть трон мне, законному владельцу.
- Ты считаешь себя законным владельцем трона?
- Да. При выборе нового Императора мы были первыми в очереди, а вместо нас избрали этого квитинского выскочку. Всё благодаря твоим интригам, Гленард. Твоим и этого мудака Донрена.
- Это Джалил тебе в уши напел?
- Он рассказал все детали. А разве он не прав, Гленард? Напомнить тебе о паре эпизодов с твоим участием в то время, после Багряной весны?
- Не знаю, о чем ты говоришь. И, кстати, первым в очереди был твой отец. После его смерти, место в очереди перешло к герцогу Виллену ан Фьотдайху а не к тебе. Таковы законы Императора Андера Великого.
- И что случилось с Вилленом, Гленард? – Арнорд усмехнулся.
- Он умер. И первым в очереди стал Тадеш ан Зведжин. Но это совсем другая история, в которой для тебя всё равно нет места.
- Понятно… Что ж, это твоя совесть, Гленард. У герцога Рейнорда ан Мерфрайн был наследник. Единственный наследник. И этот наследник – я. А вы меня обошли. Бросили кость, подачку, посадили в клетку, приставили ко мне тюремщика, этого полковника Дугала. А сами грабили, раздирали и насиловали Империю. Мою Империю!
- Я смотрю, сказки Джалила глубоко в тебе засели. Я не буду тебя переубеждать. Хочешь верить в этот бред – верь. Тебе всё равно недолго осталось. Если хочешь умереть с верой в эту сказку, да пожалуйста. Но мне просто вот интересно – а зачем тебе всё это было нужно?
- В смысле, зачем? Чтобы вернуть себе трон.
- Нет, это-то понятно. Но зачем тебе этот трон? Вот, смотри, ты и так герцог. У тебя огромное и богатое герцогство. Хочешь, правь, реализуй все свои желания. Хочешь провести свою жизнь в развлечениях – да сколько угодно. Любая еда, любые напитки, тысячи женщин, желающих оказаться в твоей постели. Ну, или мужчин, если верны слухи о тебе. И притом, ты почти ни за что не отвечаешь. Ты герцог по рождению. Ты никому ничего не должен. А тут, ты становишься Императором, причем захватываешь трон силой. Половина Империи, включая герцогов, считает тебя узурпатором. Вся Империя раздирается гражданской войной. Юг отделяется, естественно, они всегда этого хотят. За ними Плодэн, Зведжин и, естественно, Квитин, который никогда не простил бы тебе гибели Славия. Север – Плотхавт, Сидлерд, Клафтхорд – тоже себе на уме. Нет, герцог Герриг ан Клафтхорд спит и видит, как бы Славия сместить, но с тобой на троне он тоже никогда не смирится. Он хочет править сам. Чем ты собирался править в таких условиях?
- Джалил обещал помочь. Обещал сделать так, что меня все примут, и все будут счастливы.
- Забавно. Мне он обещал то же самое. Не смотри на меня так, неужели ты думаешь, что ты единственный, кому он императорский трон предлагал? Это же Джалил, ему нравилось играть в эти игры. Искушать, разделять, властвовать. Ну, ладно он, он развлекался. А ты зачем отказался от пожизненного безмятежного владения герцогством ради тяжести императорской короны?
- А что я имел в Мерфрайне, Гленард? Я жил в клетке, мой дворец был мне тюрьмой. Никуда не ходи без разрешения, ни с кем не встречайся, ничего не делай без одобрения. Чем я правил, Гленард? Своими игрушками и солдатиками? Сначала правил отец. Потом, после его смерти, должен был править я. Но моя мать, моя собственная мать, решила, что я пока еще к этому не готов и решила править сама. Все эти годы. Я, взрослый человек, герцог, наследник Императора, между прочим, с любой стороны, как ни посмотри, пока у Славия нет своего сына. И я был вынужден выпрашивать у своей собственной матери лишнюю монетку, чтобы купить себе то, что я хочу, или устроить праздник.
- Но она умерла, Арнорд.
- Да, умерла. И тут же власть захватил ты. Ты и полковник Дугал из твоей чертовой Тайной Стражи. Ни одного решения я не мог принять самостоятельно. Дугал мне не давал. Я лишь подписывал указы, которые мне подсовывал Дугал. Но я-то знаю, что, на самом деле, эти указы готовились здесь, в Айрбене. Чем я правил, Гленард? Сначала меня отталкивала от герцогства моя мать, потом ты… И именно из-за этого я тебя так ненавижу. И Славия, только благодаря которому ты здесь. Впрочем, вы друг друга стоите. Если бы не ты с Донреном, Славий тоже не сидел бы на троне. Разве я не прав, Гленард?
- В принципе, ты прав, - Гленард сел за стол напротив арестанта. – Факты изложены верно, и с ними не поспоришь.
- Вот так просто? Не будешь отпираться?
- Твоя проблема, Арнорд, в том, что ты путаешь причину и следствие. Я согласен, что твоя мать, герцогиня Лиара ан Мерфрайн, поступала нечестно с тобой. И, признаю, мы позволяли ей это, поскольку считали, что она лучше знает своего сына. Потом она умерла, а ты ушел в полугодовой запой. Вот это и было причиной того, что я посчитал, что ты не сможешь править герцогством с должным умением. И именно из-за этого я решил, что герцогством должен править Дугал от твоего имени. А точнее, ты прав, не Дугал, а Тайная Стража, включая, в первую очередь, меня. Но изначальная причина была в тебе. Мы не верили, что ты способен удержать в руках одно из самых богатых и самых важных герцогств Империи. Возможно, мы ошиблись. Я ошибся. Еще одна из моих многих ошибок. Но ты не дал нам возможность увидеть эту ошибку. Ты не сделал ничего, что могло бы показать твою способность к управлению герцогством. Если бы ты не пил все эти годы, или, с помощью Джалила, не изображал бы полного пьяницу, всё могло бы быть по-другому. Мы бы ослабили контроль и позволили бы тебе управлять Мефрайном самому по себе. С нашими советниками, конечно, но самостоятельно. Но Джалил убедил тебя сделать по-другому. Ради его собственной выгоды. Ты должен обвинять во всём этом не только и не столько меня, сколько твоего дружка Джалила.
- Где то время, когда герцоги были самостоятельны в своих решениях? Когда правители правили своими феодами сами, а не по указке какого-то деревенского выползка?
- Где-то в доимперские времена, - Гленард пожал плечами, пропустив оскорбление мимо ушей. – Эту вертикаль власти не я придумал. Ее еще Император Андер Великий построил вместе со всей Империей. Мы лишь ее немного усовершенствуем, вместе с усовершенствованием, опять же, всей Империи. Я другого не могу понять, Арнорд. А на что ты вообще рассчитывал в своей атаке на столицу?
- На то, что Славий отправится в свой забытый Богами Квитин, а ты, Гленард, будешь гнить на виселице на Рыночной площади.
- Нет, это-то понятно. Я про другое. Ты пошел на столицу с войском. Сколько вас было? Тысяч десять?