— Отчасти.
— Так давай — вопроси.
— Не здесь. Обстановка чуждая.
— Ох, неужели…
Такое активное присутствие в разговоре навевало на мысль, что он Убийце небезынтересен. Вопрос посещения Мертвой звезды. Только разговорами все и ограничилось — Богдан уже сидел на снаряженном рюкзаке. Договоренность, как ни крути, оставалась в силе — к Дракону их отвели, взамен Убийца имел право на покой и одиночество. Он-то еще не знал, что ему предначертана целая статутная княгиня с приданым.
— А вы разве тут не задержитесь? — спросил Богдан, когда вслед за ним из логова засобирались остальные.
Поскольку Дракон оказался не совсем подходящим, Венди посчитала возможным несколько подкорректировать условия договора. Еще одна скромная Услуга — ничто по сравнению с вечностью вожделенного одиночества.
— Ближе к телу, — скривился Убийца.
Венедис огласила. Три-четыре дня помощи в изучении пространств космодрома. Позиция ключевая — на что прямо указал инверсионный след от Горы Мертвецов. Подтверждается — присутствием самого Убийцы и Последнего, какого-никакого, но Дракона. Есть необходимость пройти с биолокационными рамками по пусковым площадкам. Особенно — в районы воронок и разломов. У места высокий потенциал ответов. Минусы: разбросанные тут и там ловушки на крупного зверя и вообще — аномалия неопределенностей. Без проводника никак.
Старьевщик бы еще добавил просьбу провести хотя бы сутки, разбирая хлам в мастерской Богдана. Потому что до сих пор из истинных механизмов у Вика имелся только микроподавитель, вмонтированный в зуб, и две стрельбы. А из сваленного в подвале оборудования получилось бы наковырять необходимые элементы для привычного механистского обвеса.
В остальном ход спутницы Вик оценил — если она хочет сохранить неуправляемого, но полезного Богдана в деле, несколько дней отсрочки как-нибудь да повлияют на ситуацию. Не сказать, чтобы Старьевщик пребывал в восторге, но в целом, конечно, оценил.
Убийца понимал такую расстановку не хуже механиста. Оттого вид имел кислый.
— Четыре дня?
— Максимум! — Венди улыбнулась своей ангельской улыбкой для торжественных случаев.
Убийца, хмуро промолчав в знак согласия, полез через бревна к выходу.
Вик, между делом, не понимал — что мешает Богдану избавиться от надоедливых гостей более радикальным способом. Свернув, например, им головы.
На прощанье Дракон снова ухнул по нервам своим беззвучным пением.
— Тебе тож не хворать, — буркнул Убийца.
И у самого шлюза добавил, особо ни к кому не обращаясь:
— Он сказал, что вопрошать надо близких сердцу божеств. Это якобы очень важно.
Переход из жилища наружу всегда — путешествие из одного мира в другой. В безграничный. А за спиной остается стиснутое пространство, насыщенное личностью его владельца. Особенно впечатляет, когда покидаешь обитель Дракона.
Даже угрожающе серое небо над головой не мешает вдыхать полной грудью воздух родной вселенной. И радоваться.
— Куда дальше? — Лишь тривиальный Убийца оказался невосприимчивым к таким маленьким благостям.
— Ты рассказывал про разломы неподалеку.
Богдан кивнул.
Разлом — это мощно. Это брешь в теле планеты, причем родившаяся в точке высокого напряжения. Это — сила, а разлом искусственный, возникший от приложения рукотворной энергии, — сила, умноженная своей неправильностью.
— Хорошо подумала?
— Там настолько опасно?
— Нет. — Убийца показал на облака. — Буран собирается.
— Ничего страшного.