– Вы не умрете из-за моей трусости!
Ее цвета вспыхнули, словно собранные воедино невидимой линзой. Айс повернулся, очень быстро, реагируя то ли на вспышку, то ли на движение – но опоздал. Мона увернулась от него, прижимая багрово светящийся металлический стержень к себе, к внутренней стороне левого предплечья.
И закричала.
Мириам увидела ее крик, как еще одну вспышку – свет, сжавшийся в узкий луч, направленный вниз, в землю, точно перевернутый орбитальный лифт. Айс ухватил Мону за плечо, и вырвал заготовку у нее из руки, а Мириам успела поймать девушку до того, как та упала на колени – и замерла, глядя в ее глаза.
Там, в черной от боли глубине, что-то изменялось – будто всплывал из колодца, наполненного болью, преодолевая огромное расстояние, знакомый жаркий свет.
– Чрево дьявола! – Выругалась Вероника.
Тонкие пальцы, лежащие на плечах Мириам, сжались – Мона выпрямилась в облаке невидимого огня, становящегося все ярче. Вихрь цветов огромной силы затопил кузницу, заставив Айса отступить.
Пылающая Мона внимательно посмотрела на Мириам, затем быстро повернула голову к Би.
– Зачем ты меня не послушала? – Спросила она. Ее голос принадлежал Моне, но интонация была неправильной – больше соответствующей цветам, прорывающимся сквозь нее откуда-то издалека. Еще месяц назад, Мириам сочла бы это странным – но не сейчас.
– Ты и правда пришел. – Сказала она. – Тебе хорошо спалось?
II.
– Я же говорил не идти на запад! – Мона подняла перед собой руку, на которой, жуткой черно-розовой полосой проступил длинный ожог. – И почему вы ее не остановили? Она могла себя искалечить.
– Это он. Сломанная Маска. – Сказала Мириам в ответ на вопросительный взгляд Би. – Точно, ни с кем не перепутаешь.
– Так это правда. – Айс со звоном уронил горячий клинок, и потянулся за клещами. – Если честно, то я ей не верил.
– Я обещал, что если ей будет плохо – я приду. – Взгляд Моны скользнул по Джону, нагромождению деталей рядом с ним, по клинку, который поднял Айс. – И у нее, похоже, были причины меня позвать…
– Банда рейдеров в сорока минутах езды. – Сказала Би. – И, похоже, они могут помешать цирковому представлению вечером.
– Представлению? Значит, это случилось – она проснулась. Что она сделала с вами?
– Мы заключили сделку… с Иштар.
– Цена?
– Она хочет вернуть тебя. – Би подошла чуть ближе, глядя ему в глаза. – Но думаю, не так… не в этом теле. Это не мое дело, но то, что ты бросил их всех здесь…
– Я сам… – Прервал ее Сломанная Маска. – Сам хотел решить! Ты не представляешь, что такое жить здесь – когда каждое твое действие, воспоминание, даже мысль, известна и принадлежит ей. Я всего лишь хотел посмотреть на обычных людей…
– И как? – Би подошла еще ближе. – Ты достаточно на них… посмотрел?
– Человек – это животное из крови и грязи, наделенное душой. Как ты, или я. За несколько дней, проведенных в Хоксе, я не только понял это – я пережил больше, чем за двадцать предыдущих лет. То, что я видел там… в тебе – оно того стоило.
– Ты бросил тех, кого обещал защищать!
– Я знал, что она найдет мне замену, но не мог даже предположить, что это будете вы. И если даже Страж Мертвых с вами…
– Нельзя всю жизнь провести в колыбели. – Риордан, разбирающий железо в дальней части кузницы, со звоном отбросил какую-то деталь ближе к наковальне. – Когда тайна настолько большая, ее не сохранишь долго.
Створка ворот скрипнула, пропуская в кузницу Мари – успевшую переодеться в грубый черный комбинезон. Та остановилась на пороге, переводя дыхание после бега, и Мона слегка кивнула ей.
– Привет, сестра.
– Дура! – С трудом выдохнула Мари. – И сестренка моя дура, и ты – дурак! Зачем ты сказал ей?!
Она подскочила к Моне, и повернула ее руку, рассматривая ожог.