...ОГРАНИЧЕНИЯ ОТОЗВАНЫ.
...ЗАГРУЖАЮ КОММУНИКАТИВНОЕ ЯДРО.
...ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИШТАР.
Она стояла на синей полупрозрачной платформе. Вокруг, насколько хватало глаз, до самого горизонта, простиралась невероятная циклопическая конструкция - сложное, живое переплетение синих металлических струн и узлов, пульсирующих светом, соединяющихся в мерцающие ядра, и расходящихся в сети, превышающие по размерам горы. Подобие огромного дерева, сплетенного из вибрирующих и движущихся частей, вздымалось впереди, нависая над платформой и уходя куда-то вверх, в черное беззвездное небо.
Ребекка подняла руку, рассматривая свои пальцы в перчатке - белый рукав, парадный мундир прайма.
- Красивый, правда?
Рядом, всего в паре шагов стояла девушка - огненно-рыжие волосы до пояса, и мундир, такой же, как у Ребекки, только почему-то черный.
Ребекка готова была поклясться, что секунду назад ее тут не было. Девушка подняла руку, копируя ее жест.
- Я решила, что мне так будет лучше.
Несколько секунд Ребекка смотрела в ее лицо - отражение своего собственного.
- Кто ты?
- Я - Вероника. Ты меня не помнишь?
- Мириам... рассказала мне. Но почему... где мы?
Вероника обернулась, глядя на огромное живое нечто, вздымающееся над ними.
- Я не знаю, есть ли для этого слова в человеческом языке... ты же тоже это видишь?
- Да.
- Она говорила со мной. А сейчас будет говорить с нами обоими.
- Она?
- Да. - Вероника подняла голову. - Она... богиня.
Конец второй книги.
Иван Константинов
Стальная бабочка-3 Часть первая
Часть первая
Глава I.
Мириам плыла в темноте, слегка покачиваясь, и холодный ветер, пахнущий сырой землей, касался ее лица.
Больше она ничего не чувствовала – плеч, рук, ног. Только ресницы, трепещущие от холода, и движение вперед, в неизвестность.
– Почему я еще дышу? – Голос Арго прозвучал совсем рядом, сверху.
– Без дыхания ты не смог бы идти. – Ответил другой голос, ровный, красивый, но совершенно лишенный интонаций.
Нечеловеческий.
– Я не о том. У меня пробиты оба легких, дыра в печени, две иглы рядом с желудком…
– Еще четыре в плече и две в бедре.
– Ага, и я разбираюсь в ранах. Я покойник, так почему иду и дышу?
– Ты идешь потому, что она приказала тебе идти. Дышишь потому, что она закрыла твои раны, и остановила кровь.