Борьба: Возмездие в сумерках: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, желающие найдутся. — усмехнулся Кобра. — А ништяков не прибавится… Кстати, насчёт Чёрного Камня. А что он сейчас-то даёт чумам? Я так спрашиваю всех периодически, и никто что-то не знает. Все только в курсе про то, что он давал раньше. А сейчас? Сейчас выходит, что никто не знает.

— Я тебе даже больше скажу — сами чумы не знают. И сами друг у друга об этом спрашивают. И никто не знает. Вот откуда такие проблемы начались у церковников, и вот откуда растут ноги всего этого конфликта с СЧК. Чумы не видят в Чёрном Камне ничего мистического, а значит и Церковь — пустое место, и бояться её не надо. Вот почему они так стали жестить с этой инквизицией и появились чумы вроде Самоха, который сжигает своих же на кострах за лишнее слово, вылетевшие не вовремя.

— Слышал эту историю. — усмехнулся Кобра. — Жаль без подробностей. Хотя, впрочем, смысл понятен… А ты дело говоришь, сеньор Тарантул. Выходит, тебе кажется удачной идея с захватом пары секторов с последующим вовлечением в это СЧК.

— Не совсем. Скорее, лучше, подойти к этому вопросу при помощи Гузоха. Чтоб эта шахта тоже приняла чумную веру, и стала очередными «прихожанами» у него. А для этого надо, чтоб он там оказался, что уже сложнее.

— То есть факт того, что надо захватить даже не один сектор, а два тебя не смущает? — ехидно улыбнулся Кобра.

— Я сам давно думаю об этом. В таком деле, знаешь ли, аппетиты только растут… Поэтому нет. Не смущает.

— Ну ты меня удивил… — слегка помотал головой Кобра. — Прям начинаешь думать, как мы… Я-то думал, мне сейчас тебя убеждать придётся. А ты скажешь, что маки там далеко, и как они нападут. И я тебе предложу, что никаких маки там и не будет, а нападёте Вы при нашей-то помощи… А ты мне говоришь, что и сам уже обо всём этом думал…

— Нам нужно знать их позиции и силы. Плюс от вас прикрытие по флангам. Остальное мы сделаем.

Кобра удивлённо и утвердительно покачал головой:

— Лихо… Лихо… То есть вам даже оружие не нужно?

— Оружие лишним не будет. Но только твоим оружием на некогда учиться пользоваться. А делать вид, что мы его используем не вариант. Потому, если что можешь предложить, так мы только рады.

— Разумеется. Хе-хе. — Кобра выпил остававшийся в кружке чай. — Предложу я Вам 80-миллиметровые миномёты, которыми нас недавно обстреляла моя же группа «Браво», у меня этого оружия хватает… Пусть на них и подумают, раз уж они так любят косить под маки…

Верховный жрец

Неврох стоял и смотрел на то место, которое он недавно опалил керосиновой лампой в помещении алтаря. Ковры поменяли почти сразу заодно с катапетасмой, которая тоже сгорела. Поменяли и постамент для свечей и для ламп, потому что прошлые слегка оплавились от пламени. И столько нового ладана развеяли в этом помещении, что уже ничего не могло напоминать о том, что здесь было пару дней назад… Но Неврох всё видел таким, каким он оставил, когда уходил: ковёр полыхал, кругом дымило, а позолоченные места постаментов начинали плавиться.

— Ничто не проходит бесследно. — тихо, но вслух сказал патриарх. — Ни отмыть, ни поменять, ни перестроить. Всё оставляет свой след. И этот след сохраняется вечно… Потому все так стараются самостоятельно на что-то закрывать глаза, чтобы просто это не видеть…

Он думал о том, что слишком много закрывал глаза на те ленивые, полные насмешки взгляды со стороны эсчекистов и имперской администрации. Слишком легкомысленно относился к тому, что думают о нём и о святой Церкви. Слишком уж считал это всё незначительным. Пустым. Никчёмным. Не заслуживающим его внимания. И времени…

Того времени, которого у него как раз сейчас нет. Когда СЧК делает всё, что хочет с его подчинёнными. С адептами святой веры. С Самохом… Как это могло произойти? Митрополит в заключении?!

Сначала жрец Долонох, теперь митрополит Самох. А следующий он будет? И какое там будет обоснование? Разжигатель ненависти? Ну, конечно. Разжигатель-поджигатель. Вон и храм чуть не спалил. Как тут не отправить в заключение. А там и в госизмене можно обвинить. Как они это любят. А что «они»? Мы же сами так любим… Начнём процесс над кем-то. Сначала он у нас свидетель. А потом глядишь — уже обвиняемый… Ничем мы тут не отличаемся. Только вот мы за нашу святую веру, а они за себя. Самих себя. Какими бы они ни были…

Последнее прям остановилось в мозгу у Невроха. И правда, какая интересная разница. Какими бы они ни были… Это ведь мы, священнослужители всегда хотим быть хорошими, а эсчекистам это не важно. Хорошие-плохие — все одинаковые. Есть разница только в успешности свой карьеры. Вот откуда берётся наше поражение перед ними. Мы хотим ещё и выглядеть хорошими, а они и не против признавать нас таковыми, заключая при этом в темницу, как в случае с Самохом. Ему до сих пор не предъявляли никаких обвинений. Лишь заявили, что он находится под охраной по делу особой государственной важности…

Интересная она «важность» — содержать под стражей митрополита. И это при том, что его сопровождала бура негласного ресурса. Она куда делась? Тоже под охраной? Можно всякое говорить и думать про их нрав… Там и алкоголики бывали, чего уж. Но они прекрасно знают, что за неподчинение приказу или предательство дорога у них одна, и тут без вариантов. Их никто не спасёт, и деваться им некуда… Так и куда они делись тогда?

Тут не помешал бы другой митрополит, чтоб хотя бы узнать, что там происходит, и насколько всё плохо. Такой, которого не жалко бы и потерять в случае чего. И тут бы прекрасно пригодился старикан Гузох. Но от него, как назло, нет вестей с момента его посещения сектора «Крито», да и то эти вести тогда передал, собственно, не он, а Самох…

Странно всё пошло с ним. Гузох не казался каким-то врагом в силу своей беспомощности. Он слишком долго очень прилежно и добросовестно относился к своим обязанностям. Такие ведь руководству не нужны. Нужны преданные тебе лично, а не какому-то делу. И как странно, что с таким-то опытом, Гузох не понимал таких элементарных вещей. А ведь мог быть очень влиятельным… И все те последние проблемы, которые ему чинили были связаны лишь с желанием поменять его на более лояльного, а самого отправить на отдых. Никто не желал ему какого-то отлучения или тем более смерти. Всего лишь отдых, чтоб не мешал, не занимал нужное патриарху место. В конце концов, митрополитов всего шесть, и надо понимать, что раз уж занимаешь такое место, то придётся соответствовать. Иметь необходимый уровень лояльности, уж не говоря про то, чтобы как полагается следовать политике патриарха.

На своё давнее знакомство он что ли надеялся? Или на то, что помог стать патриархом? Да кто ж это помнит, находясь на самом верху. Когда меняются все приоритеты. Когда понимаешь, что проблем кругом намного больше, чем возможностей их решить. Кто ж помнит о прошлых заслугах, когда земля горит под ногами в настоящем времени?

И при всём при этом пока поменять Гузоха не получалось. Старикан как-то надёжно уцепился за своё место, да тут ещё и оказалось, что некоторые жрецы с ним солидарны. Разделяют его взгляды на служение святой вере и даже на отношение к Чёрному Камню не просто как к символу веры, а как субъекту веры… Вот это уже прям удивляло. Откуда берётся столько идиотов. В семинарии их ведь учили другим промывать мозги, а не себе! Или с возрастом они перестали видеть разницу?

Да ведь даже и Долонох был в чём-то солидарен с Гузохом. Тот самый Долонох, который теперь гниёт в следственном изоляторе СЧК по обвинению в госизмене. Как они-то друг с другом могут быть связаны? Долонох всегда был предан лично патриарху, а уже потом святой Церкви. И служение патриарху полагал первостепенным, а второстепенным — служение в храме в Чум-бату. Так и куда это делось?

Вот оно. Откуда берутся все эти проблему с СЧК. Из Церкви они берутся. У них там в СЧК снизу доверху исполняют приказы, кто бы что ни думал. А у нас в Церкви, думают все одинаково, а делают все — кто-что хочет. И это ещё называется патриархатом. Девичьими соплями это называть надо, а не патриархатом…

Невроху стало не по себе. От той ненависти, что была у него при прошлом посещении этого храма не осталось ничего. Одно большое разочарование. И даже не в том, что окружало его, а в себе самом. Что не видел своей собственной слабости тогда, когда ещё можно было диктовать условия. Теперь можно было только признать потери, пока они не стали фатальными.

Тут он вспомнил свои прошлые предостережения. Ещё не так давно, когда он лично говорил с митрополитом Самохом, то сам же предупреждал его о том, что есть человек в группировке «Донецк-Макеевка», который представляет для них серьёзную угрозу. Что эту угрозу нельзя не чувствовать, так как опасней её сейчас нет. И что он сделал, чтоб устранить её, раз считал такой важной?

Неврох помнил, что какое-то решение у него было, но оно точно вылетело из головы. Всё из-за этих перипетий с СЧК, которые и Самоха-то угробили. А так ли они одни смогли это сделать? Должен же быть ответ, что случилось с бурой негласного ресурса… И тут он вспомнил — да, ещё месяц назад он отправил своего киллера из людей. Того, кто сможет убить префекта, и закончить все эти эксперименты с самоуправлением людей.

Шеф СЧК