– Иду, – кивнула Поппи и повернулась к нам. Она решительно посмотрела на Роана, а затем, к моему ужасу, обошла меня сзади и подошла к стулу, на котором он сидел. Она наклонилась и запечатлела долгий поцелуй на его щеке. – Я зайду поздороваться позже.
Его щеки залились краской, и он скованно кивнул.
Поппи улыбнулась, будто считала его очаровательным, и, к счастью, развернулась, чтобы уйти. Сделав два шага, она повернулась к камину.
– Ой, а я все гадала, где же ты, сладенький, – Поппи устремилась к Шедоу, который при ее приближении встал и подставил голову, чтобы она его погладила.
По какой-то причине то, что она прикасалась к Шедоу, выводило меня из себя не меньше, чем то, что она поцеловала Роана!
Она поцеловала Роана.
Ну хорошо, она поцеловала его в щеку, но ведь не просто чмокнула.
В этом поцелуе было приглашение.
И он покраснел!
Я была в таком бешенстве, что не могла на него смотреть.
Это было нечестно. И я это знала. Но я и не говорила, что мыслю рационально каждый день.
Эта женщина знала Шедоу. Очевидно, Роан проводил с Поппи какое-то время, но он никогда не упоминал про нее. Свою предполагаемую подругу.
Как только Поппи исчезла в другом зале, Каро откашлялась и бросила на Роана вопросительный взгляд:
– Она слегка возбуждена.
– Да, – он посмотрел на меня, – но это лишь безобидный флирт.
Я усмехнулась про себя и, не встречаясь с ним взглядом, оглянулась, чтобы убедиться, что с Шедоу все в порядке. Он снова заснул. Предатель. Он лизнул Поппи, словно был рад ее видеть.
– Кажется, она хорошо знакома с Шедоу.
– Она купила его привязанность, – голос Роана прозвучал весело, и я снова посмотрела на него. – Поппи дает ему лакомство каждый раз, когда видит его.
– Должно быть, ей часто приходится носить собачьи лакомства в кармане на случай встречи с ним.
Роан пристально смотрел на меня, в его глазах что-то загорелось.
– У нее тоже есть собака. Отсюда и постоянные поставки лакомств.
– Оу, – вспыхнула я, осознав, что мне отнюдь не удалось скрыть свою ревность и подозрительность.
Он одарил меня своей сексуальной улыбкой:
– Да. Оу!
Этот негодяй радовался тому, что я ревную!
Я прищурила глаза, но его улыбка стала еще шире.
Я попыталась найти поддержку у Каро, но ничего не вышло. Она тоже казалась чрезвычайно довольной моим очевидным проявлением ревности в отношении Роана и Шедоу.
Мне было жарко и неуютно, я раздраженно фыркнула и закричала через весь зал:
– Милли, пожалуйста, можно нас обслужить!
Она вздрогнула от моего голоса, но потом ухмыльнулась: