Много шума из-за тебя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Роан явно меня заметил.

Мое сердце забилось чуть сильнее.

Роан припарковался у дороги и вышел. Неторопливо подошел к саду и перепрыгнул через небольшую калитку – вместо того, чтобы открыть ее.

– Эви? – он шагал сразу через две ступеньки, спускаясь в сад.

– Привет.

– Что ты делаешь здесь в такую рань? – Роан сел на скамейку рядом со мной, положив руку на спинку скамьи и почти обнимая меня.

Этого было достаточно.

Этот мужчина что-то делал с моей защитой.

Уничтожал ее.

Из меня вырвались жуткие рыдания.

– Черт, Эви, – Роан обнял меня, привлекая к своему теплому крепкому телу. Я уткнулась в его грудь, мои слезы текли прямо на его свитер. – Тише, ангел, – он гладил меня по спине. – Я здесь, с тобой.

Так оно и было. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности, не помню, чтобы когда-то такое было. Это еще сильнее меня запутало, настолько, что рыдания застревали в горле, эмоции переполняли меня. Я еще сильнее уткнулась лицом в грудь Роана, задыхаясь от слез и пытаясь успокоиться.

Когда слезы наконец перестали течь, я еще какое-то время тяжело дышала, пытаясь успокоиться, мы оба молчали.

Оторвав голову от его груди, я посмотрела на небо. Став светлее, оно оказалось почти голубым и абсолютно чистым.

– Хочешь об этом поговорить?

Услышав ненавязчивый вопрос Роана, я выпрямилась и подняла голову. Его руки гладили меня по спине, и когда я пошевелилась, он убрал одну руку, а вторую положил мне на бедро. Затем обеспокоенно посмотрел на меня, и я осознала, что у меня, наверное, от слез распух нос.

– Моя мама – алкоголичка, – призналась я.

Беспокойство на его лице уступило место сочувствию.

– Эви, – он сжал мою ногу.

Я поведала ему то, о чем рассказывала только Грир. Такие вещи я держала в тайне от предыдущих парней, потому что Чейс использовал бы это знание в холодной войне против моей самооценки. Ему нравилось поддерживать во мне мысль, что я – ничтожество, которое должно быть благодарным за то, что имеет.

– Мой отец умер от порока сердца, когда мне было восемь лет. Только что он был со мной, и вдруг его не стало. Никто не знал про порок сердца, пока не оказалось слишком поздно. У меня о нем сохранилась всего пара ярких, четких воспоминаний, словно это произошло вчера. Все остальное – это просто представления о нем как об отце и муже. Я была такой маленькой. Но он был из тех отцов, кто терпеливо вытаскивает жевательную резинку из волос своей дочери, потому что она плачет при мысли о том, что жвачку придется вырезать, – я улыбалась сквозь слезы. – Он подбадривал меня в младшей футбольной лиге, будто я была будущей звездой, хотя, по правде говоря, с трудом попадала по мячу. Он был из тех мужей, кто каждый день целует свою жену перед уходом на работу и вечером по возвращении домой. Из тех мужей, кто вытирает посуду и смешит жену, если у той был паршивый день.

– Звучит так, будто он был хорошим мужчиной.

– Так и есть. Самым лучшим. А когда он умер, мама начала пить, чтобы справиться с потерей. Когда вмешались социальные службы, она отправилась в реабилитационный центр, а меня на это время отправили в приемную семью, откуда через пару месяцев мама меня забрала. Но на протяжении всех этих лет она то выпадала из жизни, то возвращалась в нормальное русло. Когда мне было тринадцать, она встретила Фила. Моего отчима. Он тогда ей очень помог, она долго оставалась трезвой. И я полагала, что с выпивкой покончено, но ошиблась.

Когда мне было девятнадцать и я училась в университете, у мамы заподозрили рак груди. Оказалось, что все в порядке, но это выбило ее из колеи. Она снова начала пить, – я знала, что Роан видит в моих глазах. Отчаяние. Ничем не прикрытое отчаяние. – Последние четырнадцать лет мама постоянно попадает в реабилитационные центры. Она может быть трезвой годами, а потом происходит что-нибудь – потеря работы или смерть друга, – и она начинает пить снова, как только жизнь подкидывает трудности. Фил обожает ее. Он – отличный мужчина и прекрасный отчим, и, мне кажется, обладает безграничным терпением.

– А что насчет тебя?

– Я устала, – я улыбнулась сквозь слезы, беззвучно стекавшие по моим щекам. – Я устала от разочарований. Годами я без конца поднимала ее с кухонного пола и укладывала в постель, или же мне звонили незнакомые люди из супермаркета, потому что мама напилась и не могла вспомнить, как она там оказалась. Потом она раскаивалась и была полна решимости протрезветь. И… эта надежда, Роан. Неважно, сколько раз мама меня разочаровывала, но эта тупая, чертовски бесполезная надежда не исчезает. Надежда не прислушивается к разуму. Потому что мама – неплохой человек. Она и вправду хорошая, смешная и милая, у нее большое сердце. Просто у нее есть огромная слабость… Не знаю, сколько еще я смогу выдержать.

Он притянул меня к себе и поцеловал в висок, я прижалась к нему. Мы встретились всего-то четыре недели назад, а у меня было такое ощущение, будто мы знакомы вечность. Будто он ждал меня здесь всю жизнь.

– Что мне делать? – прошептала я. – Я не знаю, что мне делать. Отгородиться от нее совсем или попытаться снова?

– Хотел бы я дать тебе ответ, – его голос прозвучал хрипло, почти что надсадно. Как будто ему было больно за меня. От этой мысли мое сердце сжалось еще сильнее. – Но только ты можешь принять это решение, Эви. Хорошая новость состоит в том, что ты здесь. Не там. И у тебя есть время на принятие решения. Тебе не нужно принимать его прямо сейчас. Просто будь здесь, Эви, со мной. Твоя мама, Чикаго, все это… хотя бы один раз это может подождать. Пока ты не будешь готова. Просто будь здесь, со мной, – шепотом повторил он.

Я еще крепче прижалась к нему, вдыхая его уже такой знакомый запах, чувствуя на себе его теплые сильные руки.