– Да, мы вместе.
Виола обернулась к барной стойке.
– Мам! – прокричала она, привлекая внимание всех в баре, включая свою мать.
– Господи Иисусе, в чем дело, малышка? – Милли вышла из-за стойки с озабоченным лицом.
– Роан и Эви вместе! Вместе! Вместе!
Среди местных начал медленно подниматься гул, сквозь который мы расслышали:
– Ну и кто же сорвал куш?
– Декс?
– Нет, не Декс, – Милли покачала головой. – Должно быть, Джед.
– У кого список?
– В телефоне Ви. Где твой телефон, малышка?
– О чем, черт возьми, вы говорите? – вмешалась я.
Виола хитро улыбнулась:
– Я начала принимать ставки от всех, кто хотел угадать, через какое время вы с Роаном сойдетесь. Там набралась почти тысяча фунтов.
Не веря своим ушам, я повернулась к Роану, который изо всех старался не рассмеяться.
– И ты не против того, что они делали ставки?
Его ответная ухмылка превратилась в широкую улыбку.
– Эви… они ставили на то, что ты окажешься в моей постели. Я не могу злиться в ответ на такую поддержку.
Я шлепнула его по руке, и те, кто сидели рядом, рассмеялись.
– Тебе повезло, что мне понравилось то, что ты делал в постели, Роан Робсон.
Это вызвало волну свистов, и на щеках Роана появился восхитительный румянец. Я знала, что это не из-за смущения. Я знала это, потому что он посмотрел на меня с вожделением. Это был румянец возбуждения.
Оказалось, это пьянило – чувствовать себя объектом неприкрытого желания мужчины, которого ты так отчаянно хочешь.
К сожалению, заниматься сексом с Роаном совершенно точно было нельзя, пока Каро спала в соседней спальне. Я шепнула ему об этом на ухо, и он тут же со стоном уткнулся мне в шею. Я рассмеялась, пытаясь игнорировать ощущение от того, что его губы и борода касаются моей шеи, но у меня ничего не вышло. Когда Роан поднял голову, я его поцеловала. В ответ он обхватил мое лицо руками, и наш поцелуй стал еще более глубоким. Еще одна волна громких свистов дошла до наших ушей.
Усмехнувшись, я прервала поцелуй и покачала головой:
– Пожалуйста, скажи, что это прекратится, когда они привыкнут.
Роан ухмыльнулся:
– С этими людьми трудно знать что-то наверняка. Возможно, это будет происходить каждый раз до самого дня нашей смерти.
И хотя я смеялась, поворачиваясь к Виоле, чтобы ответить на вопрос «Когда это случилось?», в голове я продолжала прокручивать фразу «до самого дня нашей смерти».
Неужели Роан только что намекнул, что это навсегда?
Сначала подразумевались те три коротких слова, а теперь – «навсегда»?