С дикими воплями шахтёр упал лицом о каменный пол.
— У меня плоха черта одна, — вырвав топор из шахтёрской ноги и перевернув его на спину, прохрипел Огого. — Я злопамятный.
— Командир, прости. Прости дурака, — со всех сил пытался вымолить тот пощады. — Я ошибался. Я буду…
Мощным ударом Огого отрубил ему правую руку.
Снова раздался чудовищный крик, на который ответил ударом великан.
Несмотря на то, что перед этим Вика увидела девять зверски убитых людей, она не смогла смотреть на «операцию» нашего здоровяка и уткнулась лицом в моё плечо.
— Плохой был твой поступок, — Огого отрубил ему вторую руку.
Вопли стали ещё сильнее.
— Огого! — не выдержало сердце Вики. — Зачем ты мучаешь его?
— Да, мужик, хорош уже, — я решил подойти, чтоб остудить пыл здоровяка, но тот так убедительно посмотрел на меня, что я передумал вмешиваться.
— Заслужил он, — сухо ответил здоровяк и переключился на демонтаж ног шахтёра.
Тот уже испытывал такую боль, что даже не мог кричать. Просто задыхался от боли и харкался кровью.
— Как нужно провиниться, чтобы заслужить такое фаталити? — вспомнил я термин из Мортал Комбата. Не думал, что он пригодится мне в реальной жизни.
— Жену мою… того. Несколько дней.
Последняя нога шахтёра не отделилась одним ударом. Но повторять удар Огого не стал, а просто вырвал, чем залил шахтёра ещё большим напалмом адских ощущений.
— На моих глазах, — по покрытым плесенью щекам Огого потекли слёзы. — Убил её потом.
Он присел рядом с четвертованным и прошептал ему:
— После смерти снова найду тебя и повторю это. Буду находить в каждой следующей жизни. Ты больше никогда не уйдёшь в загробный мир от старости.
А затем начал медленно всаживать лезвие топора в его грудь.
Да уж. Злопамятство и жестокость нашего нового товарища не знала границ.
Глядя на эту картину, я не вольно поймал себя на мысли, что не раз представлял похожую ситуацию на случай, когда найду убийцу своих родителей. Теперь я, пожалуй, задумаюсь, стоит ли так же зверски убивать его. Ведь выглядело это ужасно.
Лишив жизни несчастного шахтёра, Огого поднялся на ноги, закрыл глаза и начал что-то неразборчиво бормотать. Наверное, нашёптывал послание своей жене.
Тем временем, со стороны прохода послышалось множество голосов и шагов.
Услышав их, здоровяк резко вышел из своей «медитации» и навалился на деревянную стену. Та в местах соприкосновения с камнем, начала трещать. А затем все крепления, что находились с той стороны, лопнули и стена рухнула. А заодно раздавила несколько успевших подбежать шахтёров.
Вот уж здоровья у Огого, оказывается. Каким образом я смог его пересилить при нашей первой встрече?
Перед нами открылся небольшой зал, в котором находилось десятка три вооружённых людей. Все они стояли, опешив то ли от того, какая силища у Огого, то ли от того, что в принципе не ожидали, что он заявится к ним с таким громким визитом.
— Те, кто жив, ещё могут дальше жить, — громко прохрипел Огого. — Хоть и я не желаю вам жизни.
— Ты чего припёрся к нам? — выкрикнул кто-то из толпы. — Нормально нам было без тебя.
— Я привёл посланника Офеота, — ответил Огого. — Убивателя призраков.
— Таким же затупком и остался.