Кто-то, торопясь, полоснул ножом по веревкам и едва не поранил пленника.
– Башку оторву, – пригрозил Горобец и кивнул офицеру: – Пошли в вагон, погутарим.
После обмена взглядами пленник вел себя покорно, выполнял каждое слово матроса, но инициативы не проявлял.
– Водки, вина, коньяка? – Матрос радушно кивнул на заставленный бутылками и остатками закусок стол.
Пленник несколько очнулся и со вздохом произнес:
– Если можно, водки.
– Отчего же нельзя? Все можно. – Федор собственноручно наполнил полстакана прозрачной жидкостью, подумал и плеснул себе. – Пей.
Офицер выпил залпом, чуть поморщился, однако за закусками тянуться не стал.
Горобец одобрительно хмыкнул, выпил таким же манером сам и лишь тогда спросил:
– Как звать-то?
– Константином Захаровичем.
– Ну, нет. Это слишком длинно. Будешь просто Костей. Ты из каких будешь?
– Крестьянин, – пожал плечами Костя.
Раньше он мог стесняться происхождения, однако теперь наверняка благодарил Бога. Все-таки какой-то шанс.
Как в нынешние времена поступают с офицерами, Константин, разумеется, знал.
– А в офицера тогда как попал? – Ответ не удивил Федора. Он знал, что еще перед войной в армии служила масса офицеров из самых разных сословий. Это на флоте традиционно были одни дворяне, в пехоте же кто только ни попадался. А уж к концу третьего года войны…
– Призвали. Образовательный ценз был, вот и попал в школу прапорщиков.
– Когда закончил?
– Летом шестнадцатого.
– А чего так поздно? – Судя по возрасту, Костю должны были призвать еще в начале войны.
– Отсрочка была. – Прапорщик вздохнул, явно сожалея о том, что она закончилась так некстати. Протянул бы еще с полгода, и никто бы не попрекнул погонами с одной-единственной звездочкой.
– Воевал? – вопросы Горобец задавал короткие. Словно хотел подчеркнуть, что, несмотря на выпитую совместно водку, это не беседа, а допрос.
– Да. – Признаваться, что на фронт довелось попасть лишь после Нового года, Костя не стал.
Какая разница, если признаешься, что после выпуска попал в запасной полк, да так там и застрял на четыре с лишним месяца?
С некоторым удивлением он ощутил, что отвечает частенько вопреки собственному желанию, как будто не ответить невозможно. Даже если от этого будет зависеть жизнь. Хорошо хоть, что ответы звучат строго в русле заданного вопроса.
Горобец закурил, пуская дым прямо в лицо собеседнику, и только тогда предложил:
– Ко мне пойдешь? Мне грамотный человек нужен.
Предложение явно удивило прапорщика, и он не сразу смог задать уточняющий вопрос:
– Кем?
– Ну, не чистильщиком же сапог, твою мать! Мне нужен энтот, как его? – Горобец прищелкнул в воздухе пальцами, припоминая необходимое слово. – Начальник штаба, вот. У меня, почитай, народу на армию хватит, а энтого… начальника штаба нет. Ты чем командовал?