— Извини, но дать подержать не могу. Плохая примета, если твое оружие перед боем берет в руки противник. А ты вроде как представитель Овергора.
— Обойдусь, — махнул рукой Риордан. — Необычная форма клинка.
— Шутишь? Да это наше стандартный клинок легкого типа, — с этими словами Обрайт передал шпагу оружейнику. — Ну, что пойдем в столовую?
Риордан читал ранее, что поединщики Фоллса работают только двумя видами оружия: мечами и алебардами. Но не знал, что мечи в свою очередь на что-то подразделяются.
— Ты сказал легкого типа? — Переспросил он Обрайта. — Значит, существуют и другие? Если я затронул секретную тему, можешь ничего не отвечать.
— Ай, брось! Какие тут секреты! Мы про вас, как и вы про нас давно все разузнали. Даже странно, что ты об этом спрашиваешь. У нас четыре вида мечей: легкая сабля, короткий прямой для ближнего боя, полутораручечник и двуручный Жнец. Это большой изогнутый меч, лезвие которого расширяется к острию, а само острие скошено под углом.
— Сабли предназначены для рябят твоей или моей комплекции?
— Насчет меня ты угадал, но дело не в комплекции. Тут все зависит от трех показателей: скорости, силовой выносливости и длины рук. Насчет соотношения даже не спрашивай. Это знают только инструктора и Мастер войны.
— А если бы знал, сказал бы? — подначил Риордан поединщика.
Тот хмыкнул в деланном возмущении.
— Ну ты тип! Конечно же нет!
Разговаривая, они поднялись на парадное крыльцо замка и вошли через центральный вход. Стража внутри пропустила их без единого вопроса. Обрайт направился направо по коридору первого этажа в направлении щекочущих обоняние ароматов, которые сопровождают приготовление пищи.
Они зашли в небольшую залу с овальным столом по центру. Вышколенные слуги тотчас же расставили перед ними блюда с закусками, а десятью минутами позже появились тарелки с горячим. На ужин подали мясо с фасолью в мясной же подливке, а также картофельный и капустный салаты. Отдельно на блюдах лежали нарезанные ломти ветчины и сыра. Принесли несколько кувшинов с напитками.
— Ты можешь себе позволить вина. Хорошее, из Ильсингара, — предложил Обрайт.
— А ты?
— Я на особом режиме питания. Мне положен только ягодный сок.
— Тогда и я воздержусь. Это все для нас одних?
— Вторая десятка уже поужинала. Двор бережет аппетит до Глейпина. Негоже приезжать на званый ужиный сытыми. Хозяева могут обидеться.
— А первый состав?
— Дрыхнут. И будут спать еще сутки. Им что-то дали из снадобий. Проснутся накануне начала боев. Отдохнувшими и жутко голодными.
— Это чтобы не нервничали перед битвой?
— Типа того. Чем больше ребята погружены в себя, тем меньше попусту расходуют энергию.
Проголодавшийся Риордан за обе щеки уплетал еду, но не забывал задавать Обрайту новые вопросы. Поединщик Фоллса реагировал на них спокойно и казалось, что его совершенно не заботит то, что он разговаривает с врагом.
— Значит, мечи и алебарды. А почему именно это?
— Потому что они наиболее эффективны в нашем ремесле. Мы не используем в бою топоры, молоты, вилы и прочий сельскохозяйственный инвентарь.
— Задет, — фыркнул Риордан, показывая, что поддевка Обрайта попала в цель. — Но ты не объяснил, чем тебе не угодил этот инвентарь.
Жестикулируя куском лепешки, боец Фоллса принялся пояснять.
— Представим двух поединщиков. Одинаковое телосложение, одинаковый уровень мастерства. Первый с топором или молотом, что безразлично, а второй с мечом или саблей. Первому нужно отвести руку для удара, а второй может в это время нанести укол. Понимаешь? Молот или топор тяжелее, у них нет острия, а только дробящее усилие. Это чистая потеря времени. У первого нет никаких шансов, если только второй не прозевает момент. Вот и вся наука.
Риордан согласно покачал головой. Примерно это же говорил Биккарт, когда гонял Дертина на тренировочном плацу.
— Ладно. А что с алебардой?