– Крепкий дядя, – заметил Тиллиер. – Действительно, словно из бронзы отлили.
Стоявший рядом выходец из Венбада откликнулся на его реплику:
– Слиток наш земляк. Во время меркийской кампании соперник пропорол ему мечом гортань и повредил язык. Поэтому он почти не говорит, а если скажет, то все равно ничего не понять. В общем, он не общительней куска металла.
– А ну, заткнулись оба!! – рявкнул Кавалер. – Или Вестурхен мигом выбьет пыль из ваших курток!
Тиллиеру очень хотелось ответить, но он сумел сдержаться. Слиток подошел к плацу и коротко кивнул Кавалеру.
– Команда готова, наставник, – отчеканил тот.
Инструктор жестом показал на центр площадки.
– Построились рядами по четыре человека, – скомандовал Кавалер.
Стараясь не мешкать, но и не суетиться, новобранцы образовали на тренировочной площадке каре.
Слиток дождался, пока все займут свои места, и принялся выполнять разминочные упражнения. Рекруты старательно повторяли его движения. Потом наставник неожиданно высоко подпрыгнул и в прыжке прижал колени к груди. Новобранцы, кто как смог попробовали изобразить нечто похожее, но далеко не у всех получилось, а один и вовсе грохнулся на землю, отбив об утоптанную землю колени. Конечно, неудачником оказался здоровяк Дертин. Когда серия прыжков закончилась, все рекруты сипели словно кузнечные мехи. Дав им небольшую передышку, Слиток повел команду к следующему снаряду. Им оказался тот самый лабиринт из каменных стенок разной высоты. Только Риордану с его точки обзора не была видна пирамида из шлифованных каменных шаров разного диаметра, что лежала перед первым препятствием.
Слиток взял из них самый крупный и легко перекинул его через каменную стенку. Потом обошел барьер, снова поднял свой груз и так же непринужденно перебросил его через следующее препятствие. Затем на время скрылся из глаз, а новобранцы видели лишь каменный снаряд, который путешествовал по лабиринту, взлетая и шлепаясь наземь. Последняя стенка вывела Слитка к началу. Почти не запыхавшись, наставник положил свой булыжник на место в пирамиду и сделал приглашающий жест ученикам. Курсанты подходили один за другим, получали от Слитка по булыжнику и перебрасывали их через барьеры.
– Тот участник, кого догонит предыдущий курсант, должен немедленно выйти из лабиринта, – зычно крикнул Кавалер.
Когда дошла очередь Риордана, наставник, почти не глядя, сунул ему в руки валун и ткнул пальцем в направлении препятствия. Первый барьер дался легко, хотя камень оказался более тяжелым, чем выглядел на вид. Вторая стенка была выше первой, и Риордану пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться с булыжником в руках до ее края. Зато третья доходила ему до груди, и он легко перевалил снаряд через препятствие. И замер перед четвертой, не зная, что делать. Она оказалась намного выше, чем его рост. Он сразу понял, что ни за что ее не одолеет. В его мышцах никогда не было какой-то особенной силы. Зато пальцы и кисти рук от многолетнего лазанья по скалам приобрели стальную крепость. Риордан прекрасно обходился с весом своего тела, но как это поможет ему подкинуть тяжеленный валун? Он попробовал. Встал на цыпочки, поднял вверх руки, подпрыгнул и толкнул булыжник вверх. Камень оторвался от его ладоней менее чем на локоть, ударился о стенку и с гулким стуком шлепнулся наземь. Риордан растерялся. Он привык справляться со всеми проблемами, а события последних дней даже внушили ему мнение о некой собственной исключительности, но этот барьер разом разрушил все иллюзии. Риордан сделал еще одну попытку, заранее понимая, что у него ничего не получится. Мышцы рук и плечи стали горячими от напряжения. В этот момент из-за предыдущего препятствия вылетел булыжник да так, что Риордан едва успел отскочить. Сверху, над стенкой появилась ухмыляющаяся физиономия Крушителя:
– Никак я промахнулся? Право, жаль. Прочь из моего лабиринта, недомерок!
С сокрушенным видом Риордан поплелся к старту. До него не вылетел никто, он оказался первым неудачником. Дертин, стоявший в стороне от остальной толпы, приветливо помахал товарищу рукой.
– Не унывай, Риордан, это просто не твое соревнование. Я бы тут всех перебросал, но меня не допустили. Пока руки не заживут.
Он говорил негромко, но Слиток все равно услышал и тут же сделал знак Кавалеру Не скрывая торжества, тот на весь плац провозгласил:
– Внимание, нарушение дисциплины. Наказание – пять ударов палкой. Топай к экзекутору, здоровяк. Старина Вестурхен ждет тебя сбоку от оружейной.
Риордан уже открыл рот, чтобы сказать земляку слова поддержки, но вовремя заметил, с каким хищным лицом следит за ним Кавалер, и лишь похлопал Дертина по широкой спине. Тот вздохнул и медленно побрел в направлении красного домика оружейников.
Когда вся группа втянулась в лабиринт, Кавалер тоже получил свой камень. Он подкидывал уверенно, энергично и скоро выбил из состязания одного деревенского парня. На втором круге отсеялось еще несколько человек. Вот Тиллиер вышел из лабиринта, улыбаясь и пожимая плечами. Балагур хотел что-то произнести, но Риордан предостерегающе приложил палец к губам. Через четыре круга соревнования в лабиринте осталось всего шесть курсантов – Кавалер, Крушитель, трое парней из Венбада во главе с Жалом и Хоракт. Дело пошло намного медленнее, паузы между препятствиями стали длиннее. Наконец, в пятом раунде выбыл Кавалер и двое из города каменотесов. Булыжники теперь подкидывали теперь только Хоракт, Жало и Крушитель. На следующем круге сдался Хоракт. Он вышел из лабиринта бледный, с дергающимся лицом. «Живот, у него же больной живот», – вспомнил Риордан. Хоракт отошел в сторону от группы и даже не сел, а рухнул на корточки. Предпоследним соревнование закончил Жало. Крушитель подошел к остальным курсантам и победно вскинул вверх обе руки. Группа приветствовала его хлопками в ладоши.
Слиток дал команде передохнуть пару минут, а потом повел всех на следующее упражнение. Как всегда, речь за наставника толкнул Кавалер:
– Теперь мы проходим «рощу». Задача: не касаясь земли, перебраться с одного ее конца на другой. Любым способом – перехватывайтесь руками, ползите, раскачивайтесь, кто как сможет. Если упал, встаешь в очередь и начинаешь сначала. Свалился трижды – выбываешь.
Слиток ведет счет на барабане. Рекорд снаряда – тридцать девять ударов, и он принадлежит нашему наставнику. Построились в цепочку! Работаем в темпе.
Барабан оказался здоровенной бочкой, а палочка была похожа на палицу. Бум, бум, бум! Гулкие удары Слитка встряхнули зрителей, те оживились и ответили на ритмичные звуки свистом и улюлюканьем.
Новобранцы подходили к «роще» один за другим, прыгали на первую перекладину и, перебирая руками, перекидывали свои тела на следующий «древесный ствол». Чем дальше, тем сложнее становились снаряды и переходы между ними. Вот сорвался первый курсант, за ним второй, а потом начался настоящий «листопад» из призывников. Из первой десятки только двое парней сумели закончить упражнение с первого раза. Хоракт слетел сразу, как показалось, он даже не очень-то и старался. Когда он направлялся в хвост очереди, на его лице была явно заметна гримаса боли. Риордан едва дождался своей очереди. Годами он карабкался по горам за горными козлами, повисал на кончиках пальцев на скальных уступах, поэтому был уверен в том, что «роща» ему по силам. Он легко прошел первую перекладину, так же без видимых усилий перелетел на вертикальный ствол и, почти не задержавшись на нем, прыгнул дальше, на наклонное бревно, по которому все курсанты двигались ползком. Риордан не стал на него карабкаться, а повис снизу и стал продвигаться, рывками пробрасывая свое тело все дальше и дальше. Дойдя до окончания препятствия, он раскачался так, что сумел обхватить бревно ногами, отпустил руки и, изогнувшись, вися вниз головой, уцепился за следующую горизонтальную перекладину, которая была внизу. Выждал пару мгновений, а потом отпустил ноги и за счет инерции сразу перелетел на следующий вертикальный снаряд. Толпа на трибунах охнула. Не снижая темпа, Риордан продолжил перехватываться руками, постепенно приближаясь к окончанию «рощи».
– Да он, как летающая ящерица! – не выдержал ктото из курсантов, за что тут же отправился к экзекутору.
Закончив упражнение, Риордан с красным от прилива крови лицом спрыгнул на землю с последнего «древесного ствола». Слиток тут же прервал счет и показал Кавалеру сначала четыре пальца, а потом еще один.
– Ты уложился в сорок один удар, – с удивлением сказал старший по призыву. – Это второй результат по «роще». Так, ребята, пока у нас два чемпиона дня – Крушитель и… как тебя… Риордан, – с видимым усилием выговорил Кавалер. – Следующей и последней на сегодня будет полоса препятствий.
Самое сложное на полосе оказалось преодолеть участок с бревнами, висящими на цепях. Преодолевать его нужно было по узким мосткам, под которыми был вырыт бассейн, заполненный грязной жижей. Вся трудность состояла в том, что бревна висели под разными углами, и Слиток не раскачивал их взад и вперед, а крутанул каждое так, что они стали вертеться вокруг своей оси. С виду получилось очень даже устрашающе. Бревна вращались с разной скоростью и с треском стукались между собой, разлетаясь в стороны, и было почти невозможно предугадать траекторию их движения. Это был такой древесный измельчитель для человеческой плоти. Риордан видел, как медлили новобранцы, когда делали первый шаг на полосу, как словно от холодного ветра поеживались их шеи. И вот через короткое время некоторые из них, грязные от глинистой жижи, фыркая и отплевываясь, вылезали из бассейна на радость публике. Стало понятно, почему с другой стороны школы народу собралось больше, чем с фасада. Наблюдать за этими ударами и падениями было наверняка интереснее, чем созерцать каждодневный быт солдат и резервистов.
Когда пришел его черед, Риордан легко преодолел частокол жердей, перепрыгнул через ровик с водой и небольшой барьер, взобрался по канату, спрыгнул на барабан, который норовил повернуться и уйти из-под ног, и остановился перед участком с бревнами. По обе стороны от него в нерешительности замерло еще несколько рекрутов, которым совсем не хотелось принимать грязевую ванну. Каждый старался найти какую-то закономерность в движении бревен, чтобы благополучно проскочить эти деревянные жернова. Наконец один из парней выбрал момент и что есть силы рванул вперед. Он балансировал на узком мостике туда-сюда, уворачиваясь от снарядов, а один раз распластался по нему, пропуская летящее бревно над собой. Последние метры ловкач преодолел, нырнув через крутящийся в воздухе деревянный столб, перекувырнулся и встал на ноги, с улыбкой до ушей. Следующему повезло гораздо меньше. Он уже на первых шагах получил толстой жердиной под зад и сверзился с мостика прямо в жижу. За спиной Риордана вырос уже следующий новобранец, поэтому медлить дальше не было смысла. Он двигался рывками, пригибался, отскакивал. Но когда до конца мостика оставалось буквально пару шагов, одно из бревен столкнулось с другим на расстоянии вытянутой руки от его головы. Риордан не стал искушать судьбу. Он оттолкнулся ладонью от торца деревянного снаряда и сам спрыгнул в грязевой бассейн. «И не такой уж он ловкий», – бросил кто-то из зомердагцев, когда Риордан выбирался на другую сторону полосы препятствий. Кавалер и Слиток сделали вид, будто ничего не слышали.