– Значит, оставляешь меня, верный друг?
– Служить можно по–разному. Для этого необязательно быть рабом.
Король медленно кивнул. Порывисто поднялся с трона и стиснул мои плечи железным пожатием:
– Прав! Многократно прав, Гонзо!
Он поднял уроненный на пол мешок и небрежно отшвырнул в сторону. Мои глаза невольно проводили бывшую собственность.
– Быть посему! Отныне бывший каптенармус Гонзо становится гражданином Подземелья! Я принимаю твою плату за свободу.
Мои колени подломились, и я покачнулся. Дилморон подхватил меня под локоть, оцарапав руку о костяные шипы, и усадил рядом с троном.
– Спасибо, ваше величество, – голос словно не из меня исходил, а откуда–то со стороны.
– Ты рад? – спросил, наклоняясь, Дилморон.
– Не понял пока, – честно признался я.
– А теперь вернемся к моему вопросу. Свобода не может являться наградой за службу – ты честно за нее заплатил. Но твоя примерная преданность заслуживает большего, и поэтому я спрашиваю тебя вторично – чем я могу отблагодарить моего Гонзо?
– У–у–у, я не осмеливаюсь просить сверх того, что получил.
– Хорошо, тогда сам предложу. Твои соотечественники готовы избрать тебя старейшиной. Хочешь стать главой всех троглодитов Подземелья?
– Я подумаю об этом. А можно повременить с наградой? Или у короля Дилморона, как и у всех монархов, очень короткая память?
Хозяин задорно улыбнулся:
– Кажется, у тебя будет возможность это проверить.
Я вздохнул, покачал головой:
– Да нечего думать. Я вряд ли смогу помочь своему народу. За годы возле людей мне стали ближе их заботы и тревоги, нежели чаяния моих соплеменников. Я стану очень плохим повелителем.
– Чего же ты тогда желаешь?
– Не знаю. Я понял, людям в жизни главное найти себя. Они ищут, ищут и либо находят, либо мучаются остаток дней. Их просто слишком многое отвлекает. Неумение видеть основное – вот самая большая беда людской расы. А я – троглодит. Мне со стороны виднее.
– Говори, Гонзо, не томи. Что у тебя на уме?
– Хочу пожить в столице. Мне надоела глушь. Думаю, открыть для гуманоидов всех национальностей что–то вроде комнаты, куда они смогут приходить и делиться своими проблемами.
Дилморон закрыл глаза и с блаженной улыбкой на губах произнес:
– Кабинет психологической поддержки от троглодита Гонзо. Мне страшно, что я мог не дожить до этой минуты.
– Да, поддержки, правильно господин. Я так вас изучил, что наверняка на этом поприще меня ждет бешеный успех. Минотавры одержимы внутренними бесами более чем все остальные человеки. Надеюсь, на подобные услуги будет спрос. Опять же – полное отсутствие конкуренции.
– Ха–ха–ха! Одного постоянного клиента ты уже заработал! Помощника ко мне!
Начальник стражи высунулся за дверь и громовым голосом кликнул секретаря. Через минуту в залу втолкнули насмерть перепуганного писца с охапкой папирусов.
– Пиши! Подобрать в ратуше для моего бывшего слуги отдельное помещение, которое он одобрит. Выделить ему трех ассистентов из числа складских зеленокожих. Все содержание за счет казны! И с нынешнего дня я нарекаю этого троглодита Гонзо–прозревшим. Этим именем к нему надлежит обращаться всем без исключения. Мое слово сегодня же должно лечь в папку указов короля!
Эпилог
« Не стоит искать дружбы среди людей.