Холодный герцог безмятежно выдержал взор принца и медленно ответил:
– Все верно. Мой дорогой принц, вы абсолютно правильно разобрались в ситуации.
Вот, стало быть, как. Великого Таргона слили всеобщими усилиями. С молчаливого одобрения самого короля Подземелья. Вокруг одно предательство. И пассивная эта блокада преследовала единственную цель – устранить опасного бунтаря, разжигателя тлеющего пламени пан–минотавризма. А Дилморон – он персона всем крайне угодная. Его требуется лелеять, а еще лучше – подсунуть пылкому юноше страстную красотку в виде отвлекающего фактора, способную капля за каплей подмочить едва отвердевшие убеждения будущего политика. А изматывающая осада Подземелья? Прекращение торговых сообщений, закрытие воздушных площадок? Ну еще бы! Забродившее винцо просто поплотнее запечатали крышкой. Пусть бунтует и пузырится в своем сосуде и, упаси Иерарх, хоть капля плеснется наружу! Погодите. Ну, а если бы Таргон раздумал лезть головой в подвешенную на дереве петлю? Если бы его не поразил припадок самоотречения? Пошли бы в боевой поход оба ковчега, окруженные кольцом воинов, как тогда? План насмарку? Или существовал некто, способный единолично провернуть акцию нейтрализации грозного знаменосца смуты? Я почувствовал, как пелена застилает мой взор. Разочарование. Обида. Хотелось бы сейчас взглянуть ему в глаза. Махор! Телохранитель принца! Посланник Азмоэла! И еще пуще накатила волна отчаянной ярости. Вот бы встать сейчас и закричать им в лицо: «Люди! Что же вы все какие паразиты?! Ну, ни одного же приличного человека вокруг! Или то, что вы творите, по вашим человечьим законам морали, и есть норма приличия?! Тогда я вообще не хочу иметь с вами ничего общего!».
Но я молчал. Как всегда. Дилморон тоже не проронил ни слова. Герцог, чтобы разрядить обстановку, перевел разговор на нейтральный предмет. На меня, то есть.
– Занятный у вас слуга, принц. Вылитый троглодит, но габариты запредельные. Мутация?
Ну, вот опять! Других слов что ли не знают? А Дилморон, занятый своими думами, мрачно ответил:
– Это возможная реинкарнация Бога троглодитов Бривала.
Вокиал бросил на меня взгляд, полный неподдельного уважения:
– Отменный ход. Будущий монарх возвращается в компании ожившего божества. Позвольте вас поздравить.
– Среди приглашенных гостей я видел минотавров.
– Разумеется. Знать Подземелья никогда не прерывала сношений с внешним миром. Даже в те отрезки времени, когда напряжение между вашей планетой и Центральным Стволом достигало максимального уровня. Ваши виднейшие вельможи охотно посещают соседние планеты. У меня в течение полугода гостили представители нескольких кланов. Участвовали в игрищах, охотились, вели деловые операции. На остальных мирах – аналогичная ситуация. Правда, я вынужден признать, что после возвращения домой некоторые ваши политические деятели начинали демонстрировать крайне реакционные взгляды. Может быть, тут дело в «Noblesse oblige»? В любом случае, в настоящий момент в Корентине пребывает ряд влиятельных персон из Подземелья. Уверен, они будут счастливы получить аудиенцию у грядущего на престол монарха и побеседовать о будущем. Также, хочу обратить ваше внимание, милый принц, что ближе к финалу, сюда, на сферу, начнут слетаться лидеры остальных планет. Я ожидаю Мордреда, Тазара, Контура. Чуть ранее нагрянет делегация Инферно. Вам предоставляется уникальный шанс провести переговоры в полуофициальном формате. Мой совет – воспользуйтесь им.
Дилморон потянулся за своим бокалом. Тонкий сосуд смотрелся очень хрупко в его мощной длани.
– А как давно планировался корентинский турнир? Такой шикарный стадион не возвести за пару декад. И вряд ли местный магистрат решился бы на столь значительное кровопускание бюджету…
– О нет. Все сложилось практически экспромтом. В расходы внесли свои лепты почти все планеты Овиума. Небольшие сомнения были с окончательной датой. Но в последний месяц развеялись и они.
Дилморон допил вино и поставил бокал обратно на столик. По–моему, он тоже все понял. Тщательно продуманная, кропотливо спланированная операция. Наша дорога вела в Корентин, это предопределили все силы Овиума. Вокиал, человек тактичный, прихлебывал из своего бокала напиток, давая хозяину время собраться с мыслями. Видя, что минотавр уже пришел в себя от обрушившихся на него новостей, Холодный герцог произнес:
– Ну, довольно о делах Азмоэла и Контура. Поговорим теперь о лично ваших, принц, достижениях. И тут, к моему сожалению, картина намного более унылая. Вам было предначертано появиться в Корентине. И это случилось. Но вы, Дилморон, затеяли рискованную игру. И, порази меня Танатос, если я понимаю ее суть. Скажите на милость, зачем вы притащили с собой эту инфернальную бестию?
– Простите…
– Я говорю о девушке. Вашей спутнице или пленнице, неважно. Вы что, не понимали, это ловушка?
– С самого начала понимал.
– И все–таки решили шагнуть в настороженный на вас капкан? Весьма легкомысленный поступок.
– Странная логика. Контура, что удумал эту каверзу, вы не осуждаете, тогда как меня…
– Помилуйте! Неужели вы приписываете регенту Желтка такую неумелую интригу? Да, Контура можно назвать коварным. Но глупым, отнюдь. И как вам только в голову пришло, что он повар этой стряпни?
– Обычная практика. Де Бержераку же в Реальности подсунули чахоточную красотку!
– Ба! Политика и романтика трудно сочетаемы на одном подносе. Да Контура чуть удар не хватил от ярости, когда он узнал об этой штуке! Он утешал себя лишь тем, что Таргон и Дилморон вдвоем без труда разгадают глупую интригу и отреагируют соответственно. И вот – вы в Корентине. Но эта адская искательница приключений в вашей компании. Это провал.
– Право, я не совсем понимаю…
– Неужели? Согреть на своей груди вражеского лазутчика и не понимать, какую ошибку совершил? Восхитительная наивность! Ваши кланы не признают короля Дилморона. Они решат, что монарха совратил суккуб, и теперь он поет под дудку огненной красотки с соседней планеты.
Да что же это такое? Снова хитрость подается в коварном соусе на блюде из обмана. И несет ее повар–клятвопреступник!
– Ниама не опасна. Она приняла обет и носит Червя Молчания.
– Час от часу не легче. Свои вам все равно не поверят. Но принцу Дилморону этого оказалось мало. До полного комплекта нелепиц ему приспичило приволочь на турнир в качестве наложницы адепта Второго Круга Адского Пламени. Посвященную высших порядков с невольничьим ошейником на горле. Браво! Какая оплеуха миру Инферно! Они будут опозорены. Это бесчестье! Славную штуку Подземелье решило сыграть со своим ближайшим соседом по Древу.
– Но как это вообще могло произойти…, – пробормотал совсем сбитый с толку хозяин.