Пауза явно затягивалась. Оба спутника Якова вылезли из машины, присоединились к водителю и теперь втроем рассматривали не вовремя замолчавший мотор.
– Похоже, приехали, – прокомментировал ситуацию Орловский.
Шнайдер недовольно зыркнул на него вновь покрасневшими глазами, но говорить ничего не стал.
Жители, как и прежде, предпочитали не показываться на улице, как будто это могло их спасти от бед и напастей.
Хотелось молотить в наглухо закрытые ставни, и останавливала лишь мысль, что при этом за бандита примут его.
– Что делать будем? – спросил Георгий.
– А ты что предлагаешь? – вопросом ответил Шнайдер.
– Срочно поднять запасных, ваши революционные отряды, связаться со школой прапорщиков. Стянуть к вокзалу все силы, блокировать банду со всех сторон, а с рассветом приступить к ее ликвидации, – перечислил Орловский.
– Почему с рассветом? – других возражений со стороны Якова не последовало.
– Потому что для ночного боя запасные не годятся. Дисциплины нет. Не знаю, как твои отряды. Юнкеров же немного. Если бы подготовиться чуть раньше… – не удержался от упрека Георгий.
– Да чего ты привязался с этими юнкерами! Тоже мне, вояки! – взорвался Шнайдер.
– Все-таки не запасные. Видал, как драпали? Еле-еле на автомобиле обогнали.
Тем временем водитель вставил в машину ручку и принялся крутить ее с такой энергией, что злополучное транспортное средство заходило ходуном.
Никакого эффекта эта мера не дала. Мотор безмолвствовал, словно решил уподобиться многочисленным местным обывателям.
Показалось – или звуки погрома приблизились.
– Пошли пешком! – махнул рукой Шнайдер, и тут мотор чихнул раз, другой, а затем заработал как ни в чем не бывало.
Все торопливо заняли свои места.
– Куда хоть едем? – прокричал, перекрывая шум, Орловский.
– В правительство, – Яков ответил так, словно не был знаком с русским языком. – Слушай, тут где-то покойнички валялись. Не твоя, случайно, работа?
– Моя.
– Даешь! Чем они тебе не угодили?
– Прибить хотели, – коротко пояснил Орловский.
– Ну и?..
– Ну и получили по заслугам, – Георгий ответил таким тоном, что даже Якову стало ясно: тема исчерпана.
Вокруг губернаторского дворца царила суета. Сюда вряд ли дошло известие о нападении банды, однако отдаленные выстрелы все-таки всполошили кого-то из начальства, а может, и просто из солдат. Назвать происходящее подготовкой к бою нельзя было даже с натяжкой. Люди бессмысленно собирались в кучки, что-то обсуждали, кто-то начинал митинговать, кто-то бестолково носился по двору…
Несколько солдат, правда, выкатили пулемет, расположили его неподалеку от одного из костров, но из темноты улиц их позиция просматривалась настолько хорошо, что лучше бы они этого не делали.
Можно равнодушно взирать на митингующую толпу, привыкнуть ко всеобщей расхлябанности, но здесь сердце Орловского не выдержало.
Он соскочил с подножки, не дожидаясь полной остановки автомобиля, и в несколько шагов оказался перед пулеметчиками.
– Устроились?
Одет Орловский был в шинель без знаков различия, но что-то в его голосе и выправке заставило улегшихся было перед «максимом» солдат встать, принять подобие строевой стойки.